ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ты поможешь мне, Ле Вотур? Хочу видеть Диабло плененным и наказанным. Хочу, чтобы дьявола вздернули за все совершенные преступления.

Ле Вотуру нечего было терять, выдавая секрет Диабло, но получить он мог очень многое. Расправа с ненавистным Диабло позволила бы ему выполнить давным-давно данное обещание, какое он принял на себя после смерти своего друга Блэк Барта, которого Диабло убил, захватив судно убитого. Долг чести требовал справедливой расплаты. Прошло много времени, и, наконец, настала пора, когда Диабло сполна заплатит за предводительство в мятеже, стоившем жизни Блэк Барта. Однако не дай Бог, затея Лорда Харви провалится. Ле Вотур ни за что не хотел бы, чтобы Диабло узнал, кто его предал. Как только Дьявол узнает об этом, его месть окажется моментальной и смертоносной.

Наконец Ле Вотур произнес:

— Диабло — не мой приятель. Я открою вам его секрет, если только вы пообещаете мне в обмен на это, что никому не расскажете о нашей беседе, включая и вашу дочь, которая спасла мне жизнь во время сильного шторма. Разумеется, мне не хотелось бы, чтобы она считала меня подонком и думала обо мне плохо.

Лорд Харви с большим трудом мог представить себе, как его дочь смогла найти в себе силы прийти на помощь столь отвратительному и низкому человеку, каким был Ле Вотур. Однако, вспомнив нежное отзывчивое сердце дочери, сочувствующее любому человеческому существу, он произнес:

— Даю слово, ничего не скажу Девон. Однако дать подобного обещания в отношении ее жениха Винстона не смогу. Он также сильно, как и я, жаждет отомстить Диабло и представить его на суд справедливости.

Ле Вотур какое-то мгновение подумал над словами, прозвучавшими из уст лорда, затем ответил:

— Вы — человек чести, следовательно, принимаю ваши условия. Слушайте и запоминайте, как добраться до Райского Острова, где находится логово Дьявола. А лучше принесите карандаш и бумагу, я нарисую карту.

Через четверть часа Ле Вотур откланялся и вернулся на судно, пока лорд Харви поспешно подписывал банковские документы на получение недостающей для расчета с пиратом суммы. Они договорились встретиться на верфи лондонской гавани, где причалила «Виктория».

Когда Девон стояла у борта «Виктории», ее сердце затрепетало от восторга и умиления, как только она увидела приближавшуюся карету, на дверцах которой красовался герб рода Чатем. Карета остановилась, и из нее показалось до боли знакомое и родное лицо отца. Его взор устремился на палубу, стараясь разглядеть любимую дочь. Она нетерпеливо бросилась к трапу, но Пек остановил ее. Он взглянул на Ле Вотура, дожидаясь его команды.

— Рано, милая моя, — предупредил капитан. — Нам с вашим отцом нужно закончить важное дело перед тем, как я освобожу вас, и можно будет беспрепятственно вернуться к нему.

Примерно с час назад пират поднялся на борт «Виктории» после встречи с лордом Чатемом и сообщил Девон, что очень скоро она сможет уйти, как только прибудет ее отец вместе с выкупом. Девон сочла это как подтверждение достижения соглашения между ними и не могла дождаться того момента, когда покинет этот ненавистный корабль. Она очень обрадовалась, когда Ле Вотур разрешил ей находиться на палубе, откуда ее легко увидит граф. Теперь Девон, увидев дорогое лицо отца, поняла, насколько он постарел за эти последние недели, поэтому решение покинуть Диабло для нее оказалось единственно правильным, хотя ее сердце постоянно ныло от нестихаю-щей боли. Она с ненавистью смотрела, как Ле Вотур осторожно спускался по трапу, бережно ступая на поврежденную ногу. Его правая рука все еще оставалась на перевязи, однако все раны уже хорошо заживали.

Лорд Харви вышел из кареты, не дожидаясь, пока лакей откроет дверь и поможет ему. Его полные тревоги глаза устремились на исхудавшую фигурку дочери.

— Золото привезли? — спросил Ле Вотур, подойдя к массивной фигуре графа.

— Да, все. Освободите Девон.

Кивнув, пират повернулся и просигналил Пеку, который пропустил ее к трапу. Она сбежала вниз и бросилась в объятия отца. Только тогда граф передал мешок с золотом в руки Ле Вотура. Поспешно граф поднял девушку на руки и усадил в карету, из ее глаз полилось море слез, как только она прижалась к родной груди отца. Экипаж тронулся. Ле Вотур стоял на причале и пересчитывал деньги.

— Ну, что ты, что ты, любовь моя, — неумело успокаивал граф. — Все позади. Ты — в безопасности.

Его нежность и ласковое обращение вызвали новый поток слез, поскольку это напомнило Девон о Диабло, который так нежно называл ее. Иногда пират поддразнивал, а иногда задабривал, но всегда это звучало из его уст с любовью. Лорд Харви не предполагал такой реакции.

— Тебе было страшно, моя дорогая? — спросил граф, когда заметил, что слезы и не думают переставать литься из глаз дочери.

— Нет, отец, извини, если я произвела такое впечатление. Диабло не причинил мне зла. Он обращался со мной очень нежно, правда, но у него были причины относиться ко мне плохо. Я… я выстрелила в него в тот самый день, когда он привел меня на корабль. Рана получилась не очень опасной, хотя вывела его из строя на какое-то время.

Багровое лицо графа сделалось белым от потрясения.

— Боже мой, доченька! Ты стреляла в Диабло и до сих пор жива, даже рассказываешь об этом. Этот человек — хладнокровный убийца. Просто чудо, что он не приговорил тебя к мгновенной смерти.

— Диабло вовсе не такой, как о нем говорят люди, — неуверенно произнесла Девон, пытаясь оправдать человека, которого она полюбила.

Лорд Харви, прищурив глаза, внимательно посмотрел на Девон.

— Этот мерзавец заколдовал тебя, дочка? На его счету множество жизней, тысячи украденных фунтов, всякого добра, потопленных кораблей. Одному дьяволу известно, сколько женщин он изнасиловал. Этот человек напрочь лишен чести. Он обещал освободить тебя, но не сделал этого, поскольку в его кодексе чести есть только ложь и обман.

— Диабло собирался освободить меня, отец, однако буря сбила нас с курса. Диабло был сильно ранен в это время и совершенно не мог приказать освободить меня. Он…

— Перестань, Девон. Я довольно наслышан о добродетелях этого человека! Я не хотел бередить тяжелые воспоминания, однако в подобных обстоятельствах просто чувствую необходимым это сделать. Совершил ли Диабло нечто такое, что причинило тебе вред, пока ты находилась у него в плену?

Девон прикрыла глаза. Она точно знала, что имел в виду отец. Вопрос прозвучал не от кого-нибудь, а из уст родителя, тем не менее, простой ответ был невозможен. Наконец она сказала правду или что-то близкое к правде, так как не хотела причинять боль ни Диабло, ни отцу.

— Если ты спрашиваешь о том, изнасиловал ли меня Диабло, то я отвечу: нет. Я сказала, что мне не причинили зла.

Однако ее пунцовые щеки говорили гораздо больше, чем осторожные слова.

Девон умолчала о том, как то, что начиналось как обольщение, закончилось к взаимному удовольствию обоих… что в очень короткое время она сблизилась с Диабло по собственной доброй воле, не противилась его интимным ласкам, поощряла его любовь, отвечала ему с беззаветной страстностью. Разве могла она рассказать обо всем этом своему отцу?

Слова Девон мало облегчили душу лорда Харви. Он не мог поверить, что Девон избежала дьявольских тисков, выйдя из них живой и невредимой. Всем известно, что Дьявол глумился над молоденькими девушками, такими, как Девон. Однако ради собственного спокойствия и спокойствия дочери, он решил принять ее слова на веру.

— Слава Господу! Я так боялся, он, гм… ну, ладно, ничего, доченька. Все сейчас хорошо, забудь свое мучение и не вспоминай о нем больше. Обещаю, что жестокий Дьявол скоро будет повешен за все его преступления.

Ужаснувшись от подобной мысли, Девон замолкла: ей сейчас тепло и приятно купаться в отцовской любви. Она обладала достаточной проницательностью, чтобы понимать, что ее благополучие, в первую очередь, связано с ним, что он пойдет на все трудности лишь бы защитить свою дочь от зла и посягательств. Их молчание продолжалось до тех пор, пока экипаж не остановился перед домом Чатемов. Лорд Харви вышел из экипажа первым и помог Девон спуститься. Его рука нежно обвилась вокруг ее хрупких плечиков. Но не успели они подойти к парадному входу, как из-за угла показался еще один экипаж, резко затормозивший позади кареты Чатемов. И Девон, и отец — оба обернулись, увидев худощавого человека среднего роста с русыми волосами и тонкими усиками.

43
{"b":"13228","o":1}