ЛитМир - Электронная Библиотека

Принесенный хромым стариком ужин остался нетронутым на узеньком столике. Девон отодвинула поднос в сторону, так как не могла и крошки проглотить, зная, что в соседней каюте Диабло предается восторгам любви вместе с Карлоттой. Девон охватили мрачные воспоминания о том, как обращался с ней Диабло до того, как им овладела мысль о ее предательстве. Веселый, любящий, страстный, нежный, а не такой холодный и жестокий незнакомец, которому доставляет удовольствие издеваться и унижать ее. Раздевшись, Девон улеглась на узенькую койку, решив, что ночь слишком теплая, чтобы облачаться в душный пеньюар и изнывать от жары. С тех пор, как они вошли в южные воды, погода резко изменилась. Находиться в каюте стало невыносимо, как в душегубке. Девон предполагала, что они где-то в районе Багамских островов и с нетерпением ожидала своей участи, уготованной ей судьбой в доме Диабло. Будет ли он попрежнему волочиться за Карлоттой, когда судно вернется на Райский Остров? Разметавшись на узенькой койке, Девон забылась тревожным сном. Затем ей приснился опять этот удивительный сон. Он преследовал ее несколько недель после того, как она покинула Диабло.

В этом сне Диабло бесконечно дарил ей свою любовь. Сладостную, трепетную и нежную, которую она познала вместе с ним. Легким движением он снимает с нее платье, сбрасывает свою одежду и ложится рядом с ней. Затем он прижимает ее на этом маленьком и неудобном ложе. Вдруг обычное течение сна прервалось, и Диабло превратился в насмешливого незнакомца, который пытается овладеть ею с исступленной страстью и жестокостью вместо привычной нежности. Девон открыла глаза, вдруг осознав, что все происходит не во сне, а наяву. В самом деле, ей не грезилось, это живой Диабло склонился над ней, обнаженный по пояс, с дьявольской улыбкой на лице, словно сейчас под его обликом действительно скрывается настоящий владыка тьмы.

— Диабло! Что ты тут делаешь?

— Ты же моя жена, Девон, — напомнил Диабло.

— Извини, но как-то странно услышать об этом из твоих уст, — ответила Девон первое, что пришло на ум. — А я думала, что все это дурной сон. А как же Карлотта?

— Карлотта? А при чем тут она?

— Ты уже потешился с ней? Я хотела сказать, что я думала, ты проводишь ночь с ней.

— Зачем мне Карлотта? Впрочем, ее предложение слегка вскружило мне голову.

— Я не верю тебе.

— Тогда мы — квиты, поскольку и я не верю тебе. Только ты одна могла предать меня. Но желание обладать тобой сильнее меня. Одному Богу известно, сколько раз я пытался забыть тебя, но даже гордость бессильна перед тобой. Ты — моя жена, поэтому должна исполнять свой долг и ублажать меня в постели.

Девон пришла в неистовую ярость.

— Долг! Я ничего тебе не должна. Я стала твоей желанной невестой и заклятым врагом одновременно. Ты похитил меня дважды, причем один раз — накануне свадьбы. И не думай, что я поверила в твои бредни про Винстона. Пусть лучше остается твоя жестокость, чем похотливые ласки без любви.

— Жестокость! — возмутился Диабло. — Что тебе известно о жестокости? Я мог бы рассказать тебе, но лучше, если наглядно продемонстрирую это.

Его рот впился в ее губы раскаленным клеймом, причинив нестерпимую боль. Девон задохнулась, не в силах закричать. Он не обращал никакого внимания на ее страдание, руки обвили ее, словно стальные канаты, сжав так сильно, что она не могла даже вздохнуть. Неистовство поцелуя заставило ее рот раскрыться. Тотчас же его язык настойчиво проник внутрь, но теперь это никак нельзя было сравнить с той нежностью, которую она испытывала прежде. Он овладел ее ртом и обращался с ним с неумолимой беспощадностью, подчиняя своей воле, завоевывая без всякого милосердия. Внезапное проявление безудержного безумства и буйной силы невероятно напугали Девон, она думала, что он задушит ее в приступе своего необузданного темперамента.

Его рука сжала ей правую грудь, обжигая пламенем, которое она чувствовала всей кожей сквозь тонкую ткань. Против ее воли сосок напрягся под ладонью Диабло, посылая огненные сигналы во все уголки тела. Его поцелуй становился глубже и исступленнее, а рука продолжала осваивать нежный бугорок, лаская, массируя и опаляя ее кожу, словно раскаленный меч. Его пальцы забрались под простынку, и тонкая ткань издала едва уловимый хрустящий звук. Девон трепетала всем телом, беспомощная перед натиском его сокрушительного желания. Затем слабая оборона Девон рухнула, и ее тело, отпущенное на волю, в разгул дикой страсти, заставило сердце биться маленькой пташкой в капкане урагана чувств. Кровь клокотала, ноги дрожали, неотвратимое желание бушевало во всем ее теле с тем же всепоглощающим неистовством, которым был одержим в эту минуту Диабло.

Серебристый таинственный свет луны, словно нимб, озарявший голову Диабло, не давал Девон увидеть выражение его лица. Растерявшаяся поначалу в порыве его бурного проявления чувств, Девон теперь перестала бояться, когда он на мгновение замер и долго и пристально смотрел на нее, затаив дыхание. Она чувствовала, как ее грудь под его пальцами напрягалась и твердела, отчего она одновременно испытывала и боль и приятную истому. Инстинктивно она изогнулась, открывая еще более соблазнительные линии своего тела. Из его горла вырвался приглушенный и резкий стон. Затем ловким движением он опустился на нее сверху, всем своим весом прижав ее к жесткому топчану.

— Господи, помилуй, любимая, не знаю, кто страдает больше, ты или я. Как можно обижать тебя, если все, чего я хочу от тебя, так это просто любить. Твое восхитительное тело создано только для меня. Я едва прикасаюсь к тебе, как ты сразу же реагируешь на мои ласки. Мне хочется раствориться в тебе полностью, чтобы ощутить всю полноту наслаждения, которое мы можем доставить друг другу.

Его руки обвились вокруг ее стройного тела, сильно прижимая его к себе. Жестокости и грубости теперь не было и в помине. Его рот прижался к ее губам, и поцелуй опьянил до головокружения. Жесткие пружинки волос на его груди терлись о ее нежные груди, и она слегка дрожала от этого упоительного прикосновения. Он, должно быть, почувствовал ее возбуждение и распалился жарким огнем сам, так как подавлял желание настолько давно, что теперь едва сдерживался, чтобы не овладеть ею сразу же. После Девон у него не было интимной близости ни с одной женщиной. Пока его губы ласкали кончики сосков Девон, его пальцы упорхнули к самому заветному гнездышку, прятавшемуся между ног Девон. Диабло раздвинул их, чтобы еще больше возбудить свою возлюбленную.

— Господи, ты такая горячая и влажная, такая желанная, что мне хочется упиваться каждым дюймом твоего восхитительного тела.

Он наклонил голову, затем покрыл легкими поцелуями треугольник золотых волос и осторожно раздвинул языком нежный пунцовый бутон. Он услышал, как она шепнула его имя, но не обратил внимания на ее удивленное восклицание, продолжая проникать дальше во влажную глубину ее укромной пещерки, радушно открывавшейся навстречу его любовным завоеваниям и сочившейся драгоценным элексиром жизни. Его язык продолжал свои безудержные ласки, пока он упивался сладостью ее тела. Девон слишком переполнилась восторженными ощущениями, которых она никогда не испытывала прежде, чтобы поразиться новому способу выражения любви Диабло. Затем Девон вся затрепетала, словно внутри нее произошел искрометный взрыв, разметавший во все стороны свет, краски, формы окружавшего ее мира.

Не давая Девон опомниться, Диабло сбросил с себя остатки одежды и вонзился в нее с такой неистовой силой, что ей показалось, будто она вот-вот развалится на две половинки. Ей не хватало дыхания, бедра терлись о тело Диабло, но ее инстинктивное ответное чувство вызвало еще больший прилив страсти.

— Кит, о Боже! Когда ты любишь меня вот так, как теперь, я даже забываю, как меня зовут.

Вдруг Диабло громко вскрикнул, продолжая ритмично двигаться и заставляя Девон догонять его. Ее крик отозвался эхом в его ушах. Диабло крепко прижал к себе дрожащее тело Девон и не отпускал до тех пор, пока Девон не замерла.

59
{"b":"13228","o":1}