ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ах, Кит, нет! Отец…

— Нет, любовь моя, — твой отец начал поправляться, когда я выехал из Лондона. Он временно потерял способность говорить, что продолжалось довольно долго, пока организм боролся против болезни. Но он — сильный человек, и доктор сулит полное выздоровление. Как только настал момент, когда с ним оказалось возможно разговаривать, он тут же сообщил мне, где тебя искать. Он очень сожалеет обо всем случившемся я надеется на твое великодушное прощение.

— Я не обвиняю отца. У Винстона язык подвешен неплохо, поэтому, по всей вероятности, он убедил его, что не причинит мне никакого зла. Скорее всего, ты заставил отца передумать. Но самое важное — мы снова вместе.

— Ты слишком много говоришь, дорогая, — шутливо упрекнул ее Кит. — Разве ты только что не призналась, что хочешь меня? Я не могу больше ждать и хочу показать тебе, как сильно люблю тебя и как ты мне нужна.

Она не успела ответить, поскольку его губы прижались к ее устам, ладони твердо, но бережно держали лицо, пока он покрывал поцелуями милый рот, мягкий подбородок, изящный носик своей возлюбленной, ласково шепча ее имя в исступленном неистовстве дикой страсти. Потом Девон закричала, испытывая сладостную агонию, когда его темная голова опустилась, а рот прикоснулся к торчавшему кончику ее груди. Руки ласкали спину, поясницу, продвигаясь вниз, к шелковистым бедрам.

— Ты поправилась, дорогая, — пробормотал Кит, лаская ее грудь.

Словно желая доказать это, он прикрыл ладонями эти нежные белые голубки, потерся пальцами о чувствительные бутончики сосков до тех пор, пока они не набухли и не напряглись. Затем он вновь захватил их губами, поиграл кончиком влажного языка, прежде чем втянуть их глубже в рот, посасывая с нежной настойчивостью.

Девон содрогнулась всем телом от сильного наслаждения. Господи, ей так хотелось этого, хотелось его, всего, что он мог предложить ей.

Приподняв голову, Кит блаженно вздохнул.

— Ах, душа моя, ты обольстила бы и самого дьявола, чего ж ты хочешь от простого смертного. Разве он может устоять перед твоими прелестями?

— Простой смертный? Нет, Кит. Ты — Диабло, дьявол, который опутал мое сердце паутиной соблазна. Я так люблю тебя.

Его дыхание стало хриплым и участилось, пока руки порхали по изысканным линиям и формам ее роскошного тела, скользили вниз к упругим бугоркам ее аппетитной попки. Он гладил и ласкал их, плотно прижимая к своим бедрам, давая ей почувствовать его готовность, неистовое желание обладать ею.

Их интимная близость растопила и разрушила последние осколки робости и смущения, которые еще оставались в поведении Девон. Прерывисто дыша, она шаловливо повернулась в его объятиях, смело касаясь, лаская и поглаживая его крепкое мужское тело руками, ртом, языком, возбуждая его и доводя до исступленного безумства. Его четкое представление реальности исчезло, когда ее язык обозначил горячую влажную тропинку поперек его плоского живота. Перевернув ее на спину, Кит коленом раздвинул ее ноги и проник в тесный и горячий тайник ее тела. Стон наслаждения вырвался из его губ, когда он встретил трепетный призыв тела Девон. Затем их тела слились в единое целое, руки лихорадочно и неустанно исследовали каждый бугорок и впадинку любимой плоти, губы жадно встречались в бесконечном пьянящем лобзанье, и Кит, охваченный любовным пылом, начал ритмично двигаться.

Несмотря на то, он что намеревался не торопиться, доставляя наслаждение Девон, сила его желания увлекала его вперед, заставляя делать более сильные и глубокие движения, в стремлении настичь самый центр ее женского естества. Он ударял сильнее, глубже, резче, ее сбивчивые слова заставляли его торопиться, чтобы принести каждому из них вожделенное освобождение от истомившего обоих желания.

Крепко сомкнув ноги вокруг его поясницы, Девон призывно побуждала его проникать глубже, плотнее, доводя его до дикого безумия. Назревавший внутри нее взрыв превратил все ее тело в текучее пламя, однако ноги упорно оставались на месте, не желая отпускать его, пока он не достигнет наивысшего момента, пока не стихнет последнее судорожное движение его тела и не сорвется облегченный вздох с его губ.

— Господи, родная, я думал обрести подобное блаженство только на небесах. Теперь я знаю, чего я так долго ждал. Ты — мой земной рай, мое блаженство.

Пережив наивысший миг любовной агонии, Кит принялся нежно гладить ее груди, бедра, живот, где его рука замерла, наткнувшись на определявшуюся наощупь выпуклость как раз ниже талии. Девон затаила дыхание, с запозданием сообразив, что Кит пока еще ничего не знает о их малыше. Теперь выходило, как будто он сам определил это.

— Кит…

— Боже мой, ты ждешь ребенка! Почему ты до сих пор молчала о том, что я скоро стану отцом? Или ты решила дождаться, когда ребенка можно будет сразу взять на руки? Тебе следовало бы рассказать об этом еще на балу у Смитов, — укоризненно произнес он, раздосадованный тем, как она могла упустить столь важное событие из виду. — Если бы я знал об этом, то вел бы себя более осторожно.

— Не стоит беспокоиться, ты не причинил мне боли, любимый, — ответила Девон, и ее синие глаза засветились бесконечной любовью и обожанием. — Не больно и нашему малышу. Он чувствует себя прекрасно. Вот здесь, — сказала она, положив его ладонь на небольшую твердую выпуклость своего живота, — чувствуешь, как он шевелится во мне. Он сильный, такой же, как его отец.

Встревоженный взгляд Кита сменился благоговением, когда он почувствовал под своей рукой легкий пульсирующий удар.

— Почему ты не сказала об этом раньше? — повторил он. — Когда тебе стало известно? Боже мой, Винстон мог повредить наше дитя! А если бы удалась затея Скарлетт, я мог бы лишиться вас обоих. — Красивое лицо Кита превратилось в маску ужаса и гнева.

— Я начала подозревать это через месяц после возвращения в Англию. Я собиралась было рассказать тебе на балу, но вмешалась Скарлетт. Затем на следующий день Винстон увез меня. Через пять месяцев у тебя появится сын, Кит. Ты счастлив? — спросила Девон и мечтательно улыбнулась.

— Безмерно, душа моя, но я думал, что лучше бы первой была дочка. Голубоглазый ангел, такой же очаровательный, как ее мамочка.

— Нет, сначала сын, Кит, чтобы он носил твое имя, а потом столько дочек, сколько тебе захочется.

— Не очень много, — шутя возразил Кит. — У меня вовсе нет желания награждать тебя бесконечными родами и беременностями, подвергая твою жизнь опасности.

— Я хочу иметь твоих детей, — заверила его Девон. — Я сильная и выносливая, со мной ничего не случится.

— Они будут у тебя, душа моя, но в меру, ровно настолько, чтобы удовлетворить мой мужской эгоизм и самолюбие и насытить твой материнский инстинкт. Я хочу, чтобы у тебя всегда оставалось время для меня.

— Для тебя, любовь моя, время всегда найдется, начиная прямо с этого момента. Люби меня снова, Кит. Люби меня за все те одинокие ночи, когда я плакала, изнывая от тоски по тебе и долгой разлуки.

— Буду, любимая, но сначала — ужин, который я приготовил для нас двоих. Он ждет, а я голоден, как волк. Я несколько дней провел в седле и ничего не ел с самого утра, когда уехал от Кормака. Если ты хочешь, чтобы я как следует любил тебя, то нужно подкрепиться чем-нибудь более существенным.

Сконфузившись, Девон покраснела, и пока Кит хлопотал на кухне, готовя поднос с едой, не теряла времени даром, а умылась и освежилась. Затем, завернувшись в одеяло, она подбросила дров в огонь, и к моменту, когда вернулся ее возлюбленный, огонь весело пылал в камине. Усевшись рядышком на кровати, они с аппетитом доели все остывшие остатки еды. Облизывая пальцы, Девон откинулась назад в сытом изнеможении.

— Ух, как здорово. Я проголодалась гораздо больше, чем думала перед этим. Ведь я столько времени проспала, совершенно не думая о еде и питье.

— Ты все еще не отдохнула, душа моя? — спросил Кит. Его серебристый взор, жадно насладившись прелестным лицом Девон, упал на ее полные груди, выглядывавшие там, где одеяло сползло до подмышек.

90
{"b":"13228","o":1}