ЛитМир - Электронная Библиотека

За массивным рабочим столом, заваленным грязной посудой, сидела тучная, крикливо одетая женщина и кое-как перетирала пивные кружки. Трудно было сказать, сколько ей лет.

— Я сказал, что желаю видеть хозяина! — рявкнул Эллиот, в гневе взглянув на слугу, и тут же пожалел о том, что сорвал на нем гнев, когда увидел, как съежился от страха этот бедняга. — Мне нужен хозяин, мистер Таннер, повторил он более спокойным тоном.

— А кто его спрашивает, позвольте узнать? — хриплым голосом отозвалась толстуха за столом и, плюнув в кружку, потерла ее мясистой рукой. Кивком головы она указала слуге на дверь, и тот сломя голову выскочил в коридор.

— Я знакомый дочери мистера Таннера, — ответил Эллиот, обернувшись лицом к этой странной расфуфыренной особе. Из-под копны жестких, рыжих с проседью волос, прикрытых пожелтевшим чепцом, его просверлили взглядом темные бусинки глаз, глубоко посаженных на одутловатой физиономии. Толстый мясистый нос свешивался над тонкими губами. Одним словом, такое лицо едва ли было миловидным даже в молодости.

Женщина саркастически ухмыльнулась, показав целые, но почерневшие зубы.

— Которую из дочерей вы имеете в виду? Хотя нечего спрашивать, конечно, не мою бедняжку Мэри. Таким, как вы, до нее нет дела.

— Я ищу Энни Таннер, — раздраженно прервал ее Эллиот.

— Ну, ясно. Половина лондонских джентльменов знакома с Энни, — сказала женщина, с грохотом водрузив на стол пивную кружку, которая, по ее мнению, была теперь достаточно чистой.

Увидев, как она моет посуду, Эллиот возблагодарил небо за то, что ему не пришлось провести ночь в этой крысиной норе.

— Я маркиз Рэннок, — холодно продолжал он. — Я желал бы увидеть мистера Таннера. Немедленно.

Женщина указала большим пальцем куда-то через плечо и захихикала, отчего затряслись все ее объемистые прелести и этот несуразный чепец на голове.

— Вот как? Ну что ж, он там, за этой лужайкой, милорд. Третья могилка слева под маленьким дубком.

— Умер?

— Да, как говорится, обрел вечный покой три недели назад, — не скрывая сарказма, ответила она.

— А вы кто такая, мадам?

— Я скорбящая вдова, — ответила толстуха, продолжая ухмыляться. — Как раз привожу в порядок дела.

Боже милосердный! Это мать Антуанетты. Следовало бы раньше догадаться.

— Скажите, мадам, где я могу найти вашу дочь? Женщина подозрительно обшарила его острым взглядом.

— Энни? Не знаю. — Она пожала плечами. — Может, моя Мэри что-нибудь знает? Она работает служанкой в одной хорошей семье в Мейфэре.

Эллиот с трудом подавил раздражение. Ситуация осложнялась, а ему очень хотелось поскорее покончить с этим делом.

— Миссис Таннер, мне надо уладить одно дело с Энни… На этот раз миссис Таннер окинула одобрительным взглядом фигуру Эллиота.

— У такого молодчика, как вы, наверное, немало дел с Энни, — фыркнула она. — Я, наверное, скоро увижусь с ней, а то и сама в Лондон съезжу, как только покончу с делами.

Эллиот, которому отчаянно хотелось как можно скорее отвязаться от Антуанетты и поставить крест на своем прошлом, достал из кармана бархатную коробочку.

— Потрудитесь передать это ей. Вместе с запиской.

У миссис Таннер жадно вспыхнули глазки, но тут же погасли снова. Она всхлипнула и жалобно запричитала.

— Все это хорошо, милорд, но я бедная вдова. А поездка в Лондон стоит денег…

Эллиот швырнул на стол пригоршню монег, и женщина немедленно смахнула их в свой передник.

— Этого вам, надеюсь, хватит. Но зарубите себе на носу, миссис Таннер: если я узнаю, что Энни не получила эту коробку или мою записку, вам лучше заранее приготовить еще одну могилку под дубком. — С этими словами он круто повернулся и торопливо вышел из вонючего трактира во двор. Ему было необходимо поскорее глотнуть свежего воздуха.

В самом отвратительном настроении он вскочил на коня. Эллиоту хотелось поскорее убраться из этого мерзкого места, однако и возвращаться в Лондон желания не было, впрочем, как и к своей прежней жизни тоже.

Он вдруг понял, что не хочет больше быть маркизом Рэнноком, о неблаговидных похождениях которого ходило столько слухов, который давно стал в Лондоне притчей во языцех. Надо было что-то решительно менять в своей жизни.

Глава 4

Старый дворецкий Маклауд, которого вся прислуга в доме побаивалась, едва не остолбенел от изумления, когда под вечер на пороге Страт-Хауса появился измученный дорогой хозяин и оповестил о своем неслыханном намерении поужинать в классной комнате вместе с дочерью.

Оправившись от шока, Маклауд послушно начал отдавать соответствующие распоряжения слугам, чем довел до типично французской истерики повара Анри и всю его кухонную команду. Но поскольку всем было известно, что мисс Зоя является любимицей спесивого дворецкого, на пороге классной комнаты в мгновение ока появились трое лакеев с серебряными подносами, нагруженными холодной ветчиной, горячей говядиной, а также винами, овощами и сладостями в количестве, достаточном, чтобы накрыть ужин в банкетном зале. А самое главное, был доставлен малиновый торт, который особенно любила Зоя.

Когда часы пробили восемь и крышки с блюд были давно сняты, Эллиот, сидя в небольшом кресле, довольно неуклюже вытирал испачканный малиновой начинкой подбородок дочери. Не выпуская из руки липкую салфетку, Эллиот откинулся на спинку кресла, вытянув перед собой длинные ноги, и стал очень внимательно вглядываться в личико Зои. Эта хорошенькая малышка была частицей его самого. В ней он видел темные вьющиеся волосы своей матери, обрамляющие серьезное, открытое лицо, как у его покойного отца. Острый подбородочек она, видимо, унаследовала от тетушки Агнессы, но упрямая линия челюсти, несомненно, досталась ей от него самого, а уж от кого она ему досталась, одному Богу известно.

Да, это было его дитя, и он любил свою дочь, хотя за ужином она не произнесла и десятка слов. Чему тут удивляться? Зоя, наверное, подумала, что отец сошел с ума, потому что Эллиот редко заглядывал в классную комнату, обычно ужинал один и никогда не вытирал салфеткой лицо дочери. Сидя здесь, среди книг и глобусов, Эллиот чувствовал себя — да, наверное, и выглядел — как разряженная шлюха на великосветском рауте. Может быть, он действительно сошел с ума? Такая мысль не впервые приходила ему в голову за последнее время, но он решительно прогнал ее прочь. Нет уж, надо постараться, чтобы у него все получилось как следует.

Он заставил себя улыбнуться.

— Зоя, принеси-ка свою любимую книжку с картинками… кажется, про зверей в зоопарке… Мы могли бы вместе посмотреть картинки.

— Я уже слишком большая, папа, чтобы рассматривать картинки.

Господи! Какой же он глупый! Конечно, девочка, которая так хорошо читает, как Зоя, уже давно утратила интерес к картинкам. Эллиот смущенно улыбнулся и очень обрадовался, когда дочь улыбнулась в ответ.

— В таком случае принеси книгу, которая тебе больше всего нравится, и расскажи своему глупому папе, о чем она.

Девочка послушно покопалась в стопке довольно потрепанных книг и протянула отцу одну из них.

— Это приключения желтого котенка. С ним то и дело случались всякие истории. Только здесь много трудных слов.

Эллиот снова улыбнулся, причем на этот раз улыбка уже не была принужденной. Возможно, со временем у него будет лучше получаться. Он ласково поправил прядку волос, упавшую на личико Зои, похожее формой на сердечко, и пощекотал при этом унаследованный от тетушки Агнессы подбородок.

— В таком случае папа почитает тебе эту книгу, и мы вместе поработаем над трудными словами. Согласна?

Зоя молча кивнула, но ее темные глазки блеснули в предвкушении удовольствия. Он не мог припомнить, когда читал книгу дочери. Пожалуй, никогда. Он любил дочку и часто испытывал желание ей почитать, но всегда что-нибудь отвлекало его от этого. Малышка практически не знала своего отца, и виноват в этом был он.

Конечно, далеко не все дети имеют любящего отца, а он искренне любил Зою. Никто из детей в Чатем-Лодже не имел отца, тем не менее все они были жизнерадостными и уверенными в себе, тогда как его дочь была застенчивой и нерешительной.

17
{"b":"13231","o":1}