ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Плата за успех: откровенная автобиография
Дед, любовь и расстройство психики
Притворись моей невестой
Жесткий менеджмент. Заставьте людей работать на результат
Неизвестным для меня способом
Пленница для сына вожака
Офсайд 3
Halo. Сага о Предтечах. Книга 1. Криптум
Игра колибри
Содержание  
A
A

– Мне не нравится твой тон, кузен. Я вообще тогда не выходил из этой комнаты. И, если хочешь, попытайся найти свидетеля, который это опровергнет.

– Твои слова звучат как вызов. Ленивая улыбка скривила губы Эдмунда.

– Дорогой кузен, если тебя так интересует вызов, очень жаль, что ты не слышал, как ссорились Делакорт с Мерсером в тот вечер. А вот некоторые гости слышали. Мерсер не держал в тайне свои намерения, хотя развод и неприятная штука.

Коул продолжал хранить ледяное спокойствие.

– Еще одно слово, Эдмунд, и мы встретимся с тобой на рассвете в лесу на окраине Лондона. А я знаю, как ты не любишь подниматься с постели до полудня.

Эдмунд с не скрываемой больше злобой посмотрел на Коула и резко поднялся с кресла.

– Я не боюсь тебя, Амхерст! – прошипел он, но побледневшее лицо опровергало его слова. – И я действую во благо нашей семьи.

– Неужели? Значит, у нас с тобой разные представления о благе семьи. К сожалению, я вынужден попросить тебя удалиться.

Коул не надеялся, что Эдмунд добровольно покинет дом. А христианское милосердие не позволяло ему спустить кузена с крыльца. Поэтому он позвонил в колокольчик и приказал появившемуся Стайлзу проводить гостя до кареты, очень надеясь при этом, что Дженет не узнает о его визите.

Глядя вслед удаляющемуся Эдмунду, Коул ощутил неприятную горечь. Наверное, тому что-то было очень нужно, раз уж он решился прийти сюда, в дом Мерсеров. Неужели он рассчитывал на то, что если юный лорд Мерсер и его состояние окажутся под полной опекой сэра Джеймса, то отец станет более сговорчивым и оплатит его карточные долги? Или он замыслил нечто более коварное? Этого Коул не знал, но он прекрасно понимал, что стал серьезной преградой на пути Эдмунда.

Постепенно успокоившись, Коул взял шляпу и снова направился к входной двери, где едва не столкнулся с Эллен, одетой для прогулки. На руке у нее висела небольшая плетеная корзинка.

– Добрый день, мисс Камерон. – Коул распахнул дверь, пропуская Эллен. – Вы собрались к тетушке?

Женщина улыбнулась:

– Да. А вы на встречу с другом?

– Совершенно верно. – Экипажа у крыльца не было, и Коул осторожно взял Эллен под руку. – Если вы одна, то позвольте вас проводить?

Эллен легко сбежала по ступенькам на тротуар.

– Благодарю вас, капитан Амхерст, но тетушка живет недалеко. И потом, вам, наверное, со мной не по пути.

Шагая рядом с ней, Коул задумался: а ведь Эллен тоже могла бы пролить свет на смерть лорда Мерсера.

– Тогда позвольте мне по крайней мере перевести вас через Оксфорд-стрит, – продолжал настаивать Коул, забирая у Эллен корзинку. – Там даже в воскресенье довольно оживленное движение.

– Как вам будет угодно, – любезно согласилась Эллен. Она взяла Коула под руку, и они зашагали в направлении Оксфорд-стрит.

Бросив взгляд на спутницу, Коул заметил:

– У вас сегодня какой-то подавленный вид, мисс Камерон.

Эллен вздохнула.

– Меня очень взволновала эта история с Жуликом.

– Вы считаете, это был чей-то злой умысел?

Эллен помедлила с ответом, откинув со лба прядь волос каким-то угловатым движением.

– Конечно, не мне судить, но после смерти его светлости в доме явно происходит нечто ужасное.

Коула так и подмывало спросить у Эллен, не мог ли, по ее мнению, лорд Делакорт убить Мерсера, однако он промолчал. Через некоторое время он все-таки сказал:

– Как вы думаете, мог его отравить кто-нибудь из слуг? Я имею в виду лорда Мерсера.

Коул почувствовал, как напряглась рука Эллен.

– Поначалу мне такое и в голову не приходило, – ответила она.

– А теперь?

– Я не понимаю, зачем бы им это понадобилось. Наверху тогда была Ханна, горничная. Мне всегда казалось, что она чересчур развязно себя ведет в присутствии лорда Мерсера. Но это еще ничего не значит.

– А вы делились своими наблюдениями с леди Мерсер? Эллен снова замялась и едва не споткнулась.

– Сэр, я не считала возможным для себя вмешиваться в отношения Дженет с мужем.

Слова Эллен наводили на другую, довольно опасную тему. И Коул не мог решить, следует ли ее затрагивать. Он глубоко вздохнул.

– Леди Мерсер мне говорила, что вы также подозревали подругу Мерсера, мадам Ланье.

– А я и не знала, сэр, что моя кузина так вам доверяет.

– Ее светлость тревожится за своих детей, а поскольку их воспитание доверено мне, я попросил ее подробно мне обо всем рассказать, – пояснил Коул.

Эллен медленно кивнула:

– Что ж, это разумно. Да, я, правда, говорила, что Мерсера могла отравить Глорианна, но, наверное, я просто выдавала желаемое за действительное.

– Желаемое за действительное? – удивился Коул.

– О, я вовсе не хочу ей зла, если вы подумали об этом. Глорианну я знаю очень мало. А ведь гораздо легче подозревать в убийстве того, кого знаешь плохо, чем того, кого знаешь очень хорошо.

– Я вас понял! – сухо бросил Коул.

Вскоре они свернули на Нью-Бонд-стрит. По пути Эллен сделала несколько замечаний о погоде, но ее тон по-прежнему был печальным. Наконец они достигли Оксфорд-стрит, и Коул осторожно перевел ее на другую сторону улицы.

– Что ж, мисс Камерон, если вы больше не нуждаетесь в моей помощи, я откланяюсь, – сказал Коул.

– Спасибо, что проводили, – поблагодарила Эллен. – Я увижу вас за ужином?

– Не уверен. – Коул снова внимательно посмотрел на бледное лицо Эллен. – Мисс Камерон, вы хорошо себя чувствуете?

– Вполне сносно. – Эллен небрежно махнула рукой. – Меня тревожит судьба Дженет и детей.

Будь моя воля, я увезла бы всех в Килдермор. Мне кажется, здесь им грозит опасность.

– А может, вы несколько преувеличиваете?

– Нет. Дженет надо бежать из Лондона. А мне необходимо сбежать от тетушки, которая спит и видит, как бы выдать меня замуж. Только вчера она прислала мне письмо о том, что нашла вдовца адвоката, который мне очень подойдет в мужья, несмотря на то, что ему сорок пять лет и у него шестеро детей. – Эллен попыталась рассмеяться, но это вышло у нее неубедительно.

– А вы сообщили тетушке свое мнение об этом?

– Сэр, я незамужняя девушка, у таких не бывает своего мнения.

Коул успокаивающе погладил Эллен по плечу.

– Не беспокойтесь, мисс Камерон, никто не заставит вас выйти замуж против вашей воли.

– Конечно, не заставит. И спасибо вам на добром слове. Все, больше не буду вас задерживать, ведь вас ждет друг. – С этими словами Эллен повернулась и отправилась своей дорогой.

А Коул зашагал в другую сторону, обдумывая свой разговор с Эллен. Что так смущает его в ее поведении? Оно, безусловно, не похоже на легкий флирт, присущий незамужним женщинам определенного возраста. Коул был хорошо знаком с подобными уловками, но с Эллен все было по-иному. Своим поведением старая дева напоминала ему...

Внезапно Коула осенило. Рейчел! Они с Эллен совершенно не похожи внешне, это правда. У Эллен темные волосы и очень выразительные глаза, однако ее нельзя назвать красивой. А Рейчел была воплощением традиционной английской красоты. И все же во внешности обеих было много такого, что мужчины посчитали бы очаровательным. Сегодня Эллен впервые заговорила о своих желаниях, да и то вскользь.

Коул понимал, что покорность судьбе – удел многих женщин. Такую цену они платили обществу, которое управлялось мужчинами и основывалось почти исключительно на их желаниях. Как богослова, это глубоко огорчало Коула. И он всеми силами старался избавить Рейчел от этой участи. Казалось, что каждую свободную минуту своей семейной жизни он только и занимался разрушением панциря, скрывавшего ее индивидуальность, ее мечты и желания.

И все же, несмотря на то что всю свою энергию Коул отдавал семейной жизни, его брак, со стороны казавшийся вполне счастливым, на самом деле был холодным и бесплодным.

Он уехал на войну, оставив жену беременной, о чем он даже не подозревал, на волю провидения. Он мог бы служить в армии капелланом, но ему хотелось сражаться, а не молиться. Через год из письма, которое прислал приходский священник, Коул узнал, что Бог прибрал к себе его жену и ребенка несколько месяцев назад. Он полностью посчитал виновным в этом себя, как будто убил их собственными руками.

42
{"b":"13232","o":1}