ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

На окне клуба красовался девиз:

«КАЖДЫЙ ПЛЫВЕТ КАК МОЖЕТ».

У входа братья остановились. Видно, сегодня здесь собрались все, кто интересуется водным спортом. Над крышей сарая, где зимой стоят яхты, празднично развевались разноцветные флаги. Будущие участники гонок щеголяли в дорогих спортивных костюмах. Один разгуливал даже в кроваво-красном шерстяном жилете, хотя термометр показывал плюс двадцать пять в тени.

— Ну как, Ян, пойдешь записываться?

— Конечно, пойду.

Он решительно стал в очередь за шикарным господином, от которого за версту несло духами, — купается он в них, что ли? Однако, внимательнее присмотревшись к своим будущим соперникам, Ян заколебался.

— Пошли-ка лучше домой, ребята, — сказал он. — Ничего у нас не выйдет.

Младшие возмутились. Да почему? Они же не раз видели их паршивенькие лодчонки в гавани яхт-клуба.

— Ты выжмешь из парусов все, что можно, — возбужденно твердил Марк. — А эти расфуфыренные стиляги ручки побоятся испачкать. Моряки называется!

Боб не упустил возможности поддеть братца:

— Зато Марк у нас — прямо морской волк. Из тех, что, кроме рома и табаку, в рот ничего не берут.

Марк разозлился. Ну еще бы! Боб ведь тоже не прочь покрасоваться в белых брючках, а вот ему лично плевать на курортный шик, и он уверен, что «Бернар» запросто обставит все эти пижонские яхты.

Ян в этом не был уверен. «Бернар», конечно, очень хорошее судно, на нем даже в море выйти не страшно. И устойчиво, и скорость приличную имеет, и достаточно маневренно, но до классных яхт ему далеко. Участвовать в гонках без форы да еще надеяться, что они выиграют, — нет, это просто смешно! Рыбачьи лодки, иолы, не в счет, а все остальные значительно быстроходнее «Бернара».

— Ну пусть не выиграем, можно же участвовать просто так, ради спортивного интереса, — настаивал Боб.

Марк тоже так считал. Но Ян думал иначе. За участие в гонках надо внести триста франков. Разве могут они швыряться такими деньгами?

— А если увеличить паруса?

— Клячу хоть золотыми подковами подкуй, скакуна ей все равно не обогнать.

Марк прямо подпрыгнул:

— Кляча? Да эта кляча твоих скакунов…

— Ладно, хватит спорить, — вмешался Боб. — Не по зубам нам, видно, орешек.

Марк еще пытался доказать, что такой замечательной команды, как у них, нет ни на одной яхте, но Ян был неумолим. С какой стати выставлять «Бернар» на посмешище? Он этого не заслужил.

Значит, старт в Брескенсе, финиш в Антверпене. Маршрут — по выбору гонщиков. Будто есть, из чего выбирать! От Брескенса до Антверпена по главному фарватеру приблизительно пятьдесят морских миль, прикидывал Ян. По боковым фарватерам — сорок. Кое-где еще можно срезать углы. Но ведь все будут срезать углы. Нет, куда нам! Вот если бы дали фору, вышли бы на часок раньше, а там, глядишь, ветер бы утих, попробуй тогда догони.

Но разве бывает на Шельде безветренная погода? Нет, нечего и соваться. Триста франков коту под хвост? Не пойдет.

— А первый приз у них классный, — мечтательно произнес Боб. — Бесплатная поездка в Танжер для двух лиц.

— И кто же будут эти два лица? — задиристо спросил Марк.

— Не задавай глупых вопросов. Мы, конечно.

— Кто это «мы»?

— Ну мы, старшие. Кто ж еще?

— А я? — Едва успев выговорить, он шарахнулся от спортивной машины английской марки, которая промчалась вплотную к тротуару.

— В Танжер собрался, а сам по тротуару ходить не умеет. Смотреть надо.

— Чуть ботинок с меня не содрал, — пожаловался Марк. — Глядите, на какой скорости этот псих сворачивает.

— Отойди от края. Ну кто так ходит — одна нога на тротуаре, другая на мостовой!

Марк стал объяснять, что так гораздо удобнее, но тут к остановке подошел автобус.

Начался обеденный перерыв, и автобус был до отказа набит портовыми рабочими. Братья с трудом втиснулись на площадку.

— Часы свои напоказ выставляет! — проворчал Марк, втайне завидуя Бобу. — Специально на петле повис, чтобы все видели его сокровище.

Боб не остался в долгу:

— Будешь больше каши есть и слушаться старших, глядишь — и ты до петли дотянешься.

Марк еще долго бурчал насчет тощих дылд без бицепсов, умеющих только языком болтать, но старшие братья не слушали и смотрели в окно.

— Знаете что? — вдруг сказал Марк. — А ведь можно будет мотор включить, если мы очень отстанем от других.

— Это ты о чем?

— О гонках. О чем же еще? Чуть-чуть проскочим на моторе, пока догоним остальных, потом выключим.

Ян пожал плечами:

— Во-первых, так нечестно. Во-вторых, ничего не выйдет, для этого там есть наблюдатели, а в-третьих, участвовать в гонках мы не будем. Понял?

Ян снова отвернулся к окну и стал смотреть на реку. Американское судно с красной трубой застряло поперек фарватера, преградив дорогу другим судам.

— Ну кто ж так делает? — возмутился Ян.

Боб тонко заметил, что лучшие моряки не всегда оказываются на месте. Бывает, что они как раз едут в автобусе.

Водитель свернул влево, и автобус подошел к тоннелю под Шельдой. У въезда горел красный свет. Докеры стали ворчать, что у тоннеля очень маленькая пропускная способность и рабочие из-за этого теряют массу времени.

— Смотрите-ка, а псих, который чуть не сбил меня, тоже здесь, — сказал Марк.

— Вон на том «ягуаре», да?

— Ну да. У самого светофора.

— Ага, вижу! — воскликнул Боб. — Это же тот самый надушенный стиляга. Тоже из клуба едет. Узнал Курносого, Ян?

— Еще бы! Это чемпион клуба Виктории. Он на своем «Б—404» вокруг «Бернара» десять раз обойдет и все равно обгонит.

— Не исключено, что это он затеял состязания, — сказал Боб. — По морде видно, что он всегда выигрывает.

Зажегся зеленый свет, и «ягуар» нырнул в черную дыру тоннеля. Под бетонными сводами насмешливым хохотом отозвался рев его мотора.

— Интересно, чем этот парень вообще занимается. Такая шикарная машина, яхта не меньше миллиона стоит, и живет небось во дворце с целой оравой прислуги.

— Не надо ему завидовать, — мрачно сказал Марк. — Если Шельда прорвется сейчас в тоннель, он погибнет так же, как и мы, несмотря на свои миллионы.

— Бедняжка! Душа в пятки ушла, да? — ухмылялся Боб.

Шофер переключил скорость. Начался подъем.

— Не бойся, детка. Вот уже и конец. Видишь свет? Сейчас выедем на улицу.

«Шутки шутками, — думал Ян, — но неужели они действительно считают, что мы можем участвовать в таких соревнованиях?

Впереди на повороте дороги еще раз мелькнул «ягуар» Курносого. Но тут автобус остановился, докеры закинули на спину свои холщовые мешочки и стали выходить.

— Быстрей! — торопил братьев Ян. — И так опаздываем.

Отец был уже дома. Он ожидал, что сыновья, перебивая друг друга, начнут расписывать предстоящие гонки и яхтклуб, но увидел лишь хмурые физиономии.

— Струсили мы, — сказал Марк. — У них там у всех быстроходные яхты.

Отец дал каждому высказаться и, выслушав, неодобрительно покачал головой. Разве это так страшно? Организаторы знают, что делают. Призы очень интересные. Нет форы менее быстроходным, говорите? Что ж, быстроходность — это еще не все. Она дает преимущество на глубоком фарватере, зато лодки с меньшей осадкой могут пройти над отмелями. В таком состязании, где участники сами определяют для себя маршрут, очень важно хорошо знать рельеф дна и силу течения.

— Слишком уж велика разница, — сказал Ян. — Они обгонят нас на первом же этапе.

— Допустим. Но разве вы никогда не видели массовых кроссов? Девятьсот пятьдесят человек из тысячи заранее знают, что у них нет никаких шансов на выигрыш, и все-таки бодро бегут вместе со всеми. А в школе вы что, самые первые?

Но Яна не так легко было убедить.

— Их лодки делают по пять миль в час при ветре в три балла, — настаивал он.

— Ну и что?

— Триста франков, — буркнул Ян. — Лучше уж купить новые фонари на мачту.

33
{"b":"13233","o":1}