ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он сложил руки за голову и двинулся навстречу ожидавшим людям.

— Он ваш, — объявил Укуба.

Также держа руки за головой, Уайльд вошел в середину толпы, и на него навалились. Люди сомкнулись вокруг него, стискивая плечами и бедрами, босые

ноги пинали его. Как схватка в регби,[26] подумал он. Его, в буквальном смысле, никто не коснулся и пальцем, и все же он был сокрушен. Дыхание, казалось, оставило его тело, а сознание — голову. Он видел только глаза, черные, карие, зеленые, голубые, серые, окружавшие его, как злые звезды. Они то кружились вокруг, приближались, а затем вдруг сразу отхлынули, и он обнаружил, что лежит в пыли, почти бездыханный.

— Вот он, твой убийца. — Голос Укубы долетел, казалось, откуда-то издалека.

— Он не такой беспомощный, каким кажется, — ответила Инга. — Это опасный человек.

Уайльд лежал на спине, вокруг окруженный многочисленными ногами. Он сплюнул грязь, поморгал глазами, забитыми пылью, и посмотрел сквозь толпу. Инга откинула хайк с головы и белые волосы сияли под ярким дневным светом.

— Так вот о чем ты предупреждала меня, дитя мое, — грустно сказал Укуба. — если бы я не увидел этого собственными глазами, то не поверил бы. Он мне понравился.

— Это часть тайны его успеха, — сказала Инга, — заработать уважение и приязнь своей будущей жертвы. Даже любовь, при случае.

Дыши, напомнил себе Уайльд. Продышись от пыли и сдерживайся. Главное, сдерживайся Укуба вздохнул.

— И в этом, дитя мое, ты была права, а я неправ. И в этом тоже. Поверь, это самое тяжелое бремя, из того, что я должен вынести.

— Я не понимаю. — Зобейр опустился на колени около Уайльда и посмотрел ему в лицо. В его глазах не было ненависти, одно лишь недоумение.

— Инга, ты знаешь этого человека?

— Однажды, несколько лет назад, встречалась с ним.

— И ты говоришь, что он прибыл сюда, чтобы убить Бога? Но это невероятно. Кому это могло понадобиться?

— Действительно, Зобейр, кому? — переспросила Инга. — Но мы спросим Серену.

(ii)

Многочисленные ноги снова взметнули тучу пыли. Серена, окруженная толпой, упала на колени около Уайльда и оглянулась, но взгляд ее искал не прадеда, а Ингу. На лице девушки было выражение ужаса на ее лице.

— Нет, — прошептала она. — Нет… Это не я. Вы должны выслушать меня, мой Бог.

— Умолкни, дитя! — Укуба отвернулся от нее к людям, стоявшим плотной толпой. — Члены Внутреннего круга Последователей Бога, слушайте меня. То, что случилось этим вечером, огорчило меня больше чем я могу выразить. Огорчило потому, что это первое происшествие, грозящее разрушить мир в Центре Вселенной. Огорчило потому, что я был предупрежден о нем прекрасной женщиной, которой я отдал свою душу, матерью моего сына. Этот человек, это существо, — он ткнул Уайльда ногой, — является одним из тех, кто продает свою силу, свой мозг, свою душу за деньги. Он оказался здесь не из-за желания присоединиться к нам и очиститься от многих ужасных преступлений, лежащих на его совести, а из-за того, что здесь есть люди, желающие уничтожить меня. Моя собственная правнучка — из их числа.

— Нет! — Серена выпрямилась, но Зобейр обхватил ее за талию и снова швырнул на землю. — Нет, — снова прошептала она.

— Нет? — переспросил Укуба. — Ты будешь лгать для того, чтобы спасти свою несчастную жизнь?

Слова давались Серене с трудом. Она облизала губы.

— Вы должны выслушать меня. О, мой Бог, вы должны. Предоставьте мне такую милость! Только одну! Умоляю!

— Ты поехала в Кано. Ты попросила у меня разрешения провести там несколько недель. Я не спрашивал — почему. Разве ты не моя собственная плоть и кровь, прямой потомок нашего первого предводителя? Поэтому я не отказывал тебе ни в чем. Что ты делала в Кано, Серена?

— Выслушайте меня, — опять и опять умоляла девушка. — Выслушайте меня.

— Она поехала туда, чтобы дождаться прибытия этого человека. А когда он появился, она пробралась в комнату, где он переодевался, чтобы предложить ему себя. Да, Серена, дитя мое, я следил за тобой. Харизм дал Уайльду эту комнату по моему указанию.

— Вы следили! — воскликнула Серена. — Но вы не слышали того, что мы говорили. Не могли слышать. Потому что я тоже выполняла указания! — Она протянула вперед руку. — Ее указания.

— Серена, неужели ты думаешь, что Инга не предупредила меня, что ты будешь говорить именно это? Твои собственные уста обвиняют тебя!

— И все же, — вмешалась Инга, — она говорит правду, мой Бог, по крайней мере часть правды. Серена никак не могла бы составить такой ужасный план. А если бы и смогла, она не могла знать, как найти такого человека как Уайльд. Она никогда не была дальше, чем в Кано или Форт-Лами. К тому же, мой Бог, для каждого преступления должен иметься повод. Кто мог бы извлечь наибольшую пользу от вашей смерти?

— Было бы очень хорошо, — заговорил Уайльд, — если бы мне позволили вставить слово.

— Убийца! — прошипела Инга, присев на корточки рядом с ним.

— Леди Макбет — не твое амплуа, моя дорогая. Вся эта история напоминает мне фарс, который я когда-то видел.

— Эй, вы! — Она взмахнула рукой. — Помогите мне.

Не успел Уайльд пошевелиться, как двое мужчин навалились ему на руки, прижав его к земле. Сама Инга — суккуб в белой мантии — стала на колени у него на груди. Ее голова была непокрыта, и платиновые волосы с изумительной симметрией свисали по бокам ее лица, загоревшего до цвета красного дерева.

— Теперь разожмите ему челюсти, — приказала она.

Уайльд попытался вырваться, но еще двое мужчин навалились ему на ноги. Еще один присел рядом с его головой и впился пальцами в челюсть Уайльда. Его рот открылся, и Инга мгновенно пихнула туда полную пригоршню грязи. Полужидкая глина заполнила рот Уайльда, горло и просочилась в носоглотку. На какое-то ужасное мгновение он подумал, что задохнется и отчаянным усилием поднял голову, стараясь пропустить как можно меньше воздуха через забитую трахею.

— Но, конечно, он сможет рассказать нам все, что мы хотели бы узнать, — сказал Укуба.

— Уайльд? — высокомерно переспросила Инга. — Я знаю этого человека, мой Бог. Он повторит то же самое, что ему, очевидно, велела говорить Серена. Если у него есть какое-нибудь достоинство, это лояльность к нанимателям. И сейчас он наверняка постарается последовать ее примеру и станет обвинять меня. Позвольте нам предоставить им обоим время, чтобы они могли подумать о своих грехах, своих преступлениях, своей вероятной судьбе. — Она встала и повернулась к Последователям. — Мы не воинственные люди. Мы верим в мир. Но мы должны узнать правду об этих двух преступниках, выяснить, кто из Внутреннего круга готовился ниспровергнуть Бога. Что думают Последователи Бога?

Все взгляды вернулись к Уайльду.

— Распнем их! — предложил кто-то, и множество голосов подхватило: — Распнем их, распнем!

Орда снова навалилась на Уайльда. На сей раз люди облепили его, как саранча, стараясь ухватить или хотя бы подержаться за одежду или тело пленника, и наполовину понесли, наполовину поволокли через деревню. Уайльд вдруг вспомнил, что ему доводилось читать о суде Линча, и понял, что с ним происходит почти то же самое. Он услышал крик Серены. Нельзя сохранить достоинство, когда тебя линчуют. Он смутился от того, что эта мысль пришла ему в голову, а от этого расстроился еще сильнее, чем от ощущения физической опасности.

Они достигли другого берега острова. Здесь земля плавно спускалась к мелкой воде, которая простиралась сколько хватал глаз в угасающем вечернем свете. Уайльда бросили на землю и разъяренные Последователи вновь набросились на него. Теперь с него сорвали всю одежду; так маленькие мальчики разорвали бы муху. Все, что было на нем надето, разогнали в клочья, причем люди были так поглощены этим занятием, что Уайльд невольно задался вопросом: способно ли человеческое существо достаточно глубоко заглянуть в свое бессознательное «я», ведь наверняка им не понравится то, что неизбежно должны там найти?

вернуться

26

Схватка — в регби и американском футболе способ введения мяча в игру. 16 человек, по 8 от каждой команды, обхватив друг друга руками, становятся так, чтобы между их ногами было свободное пространство, куда и вбрасывается мяч.

20
{"b":"132346","o":1}