ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Уилл повернулся и, избегая цепких рук, бросился к ступенькам, ведущим на верхнюю палубу.

Однако далеко убежать ему не удалось. Один из матросов выхватил висевший на ремне нож и бросил его вдогонку Уиллу. Тот издал крик и упал на палубу, обливаясь кровью. Одновременно воздух разрезал громкий стон Мэдди.

– Вы убили его! – закричала она и что есть силы пнула бородача ногой. Затем она сложила руки вместе и нанесла ему страшный удар в центр горла, точно так, как ее когда-то учили на занятиях по самообороне.

Бородач согнулся дугой и громко застонал.

– Ну я покажу тебе, шлюха, – прохрипел он.

– Что ты ей покажешь? – выкрикнул кто-то из толпы, и все заржали, не переставая приближаться к Мэдди. Она уже чувствовала на себе их грязные лапы, хотя и продолжала отчаянно сопротивляться. Ее красное платье трещало по швам, обнажая все новые участки загорелого тела.

В этот момент прозвучало несколько выстрелов. Один из матросов упал на палубу, а другой схватился за руку. Все расступились, пропуская вперед Черного Генри и Бена Йорка. Из дул их пистолетов вился дымок.

– Ну-ка быстро подними мальчика! – приказал капитан одному из стоявших. – И без шуток, иначе здесь появится еще один труп!

Плотная толпа стала дружно двигаться в сторону капитана, но очередной выстрел Черного Генри остановил ее. Выстрел оказался точным. На палубу рухнул еще один из бунтовщиков.

– Ты заплатишь за это! – тихо пробормотал бородач, однако не осмелился сделать еще шаг вперед.

– Отойдите от женщины! – грозно приказал Бен Йорк, одарив причину смуты гневным взглядом. – А теперь убирайся в мою каюту!

Мэдди не заставила себя уговаривать, подобрала подол разорванного платья и быстро направилась к ступенькам. Впереди нее шел перепуганный матрос, несший на руках безжизненное тело Уилла.

– Положите его на кровать, – сказала она, пытаясь взять себя в руки.

Где-то внизу снова раздались выстрелы и крики, после чего наступила мертвая тишина. Только тяжелое дыхание Уилла нарушало ее.

Мэдди подошла поближе и посмотрела на мальчика. Его лицо было мертвенно-бледным, а кровь насквозь пропитала рубашку. К счастью, он был жив и даже открыл глаза и взглянул на нее.

– Только не умирай, – попросила Мэдди, моля Бога, чтобы ее пожелание исполнилось.

Она быстрым движением расстегнула пуговицы на его рубашке и с облегчением вздохнула, увидев рану. Больше всего она боялась, что нож вонзился в грудь, но, к счастью, он попал в предплечье. Мэдди сразу же догадалась, отчего столько крови: матрос, несший его сюда, вынул нож из раны, тем самым открыв ее.

– Немедленно приготовьте мне немного кипятка, – распорядилась она, повернувшись к стоявшему рядом матросу. – И принесите немного спирта.

– Спирт есть только у капитана Йорка, – сказал тот с таким удивлением, как будто подумал, что она хочет выпить.

Тут Мэдди вспомнила, в каком времени она оказалась. Конечно же, у них нет спирта для протирки ран, только тот алкоголь, который они пьют. Скорее всего это должен быть ром.

– В таком случае вскипятите воду, да поживее.

Тот поспешил прочь, а она снова вернулась к Уиллу и продолжила осмотр. Да, нож ни в коем случае нельзя было вынимать из раны. Он потерял слишком много крови.

Мэдди подложила большую подушку мальчику под голову, затем нашла в шкафу чистую постыню и стала рвать ее на узкие полоски. Свернув полоски в виде бинта, она приложила одну из них к ране и туго перевязала.

– Больно, – тихо прошептал Уилл.

– Я знаю, Уилл, но я должна остановить кровотечение, пока не наложу на раны швы.

– Вы хотите зашить меня? – с ужасом спросил он. Мэдди кивнула:

– Да, но прежде нужно сделать так, чтобы ты не чувствовал боли. Обещаю тебе, ничего страшного не случится.

Хорошо бы сдержать свое о6ещание, подумалось ей. Черт бы побрал этот дикий восемнадцатый век! Больше всего ей хотелось дать Уиллу что-нибудь обезболивающее. Чем же обычно пользовались в таких случаях? И использовали ли вообще что-нибудь?

С тех пор как матрос ушел, прошла, как ей показалось, целая вечность. Наконец он принес ей долгожданную кипяченую воду. Мэдди взяла несколько полосок простыни и протянула их своему подручному.

– Кипятите их в течение примерно десяти минут и потом принесите сюда, но только не трогайте руками.

Тот очень удивился, но все же ушел выполнять указание.

Мэдди продолжала зажимать тканью рану, лихорадочно пытаясь найти что-нибудь для обезболивания.

Неожиданно в каюту ворвался Бен. Она даже не повернулась, чтобы посмотреть на него. Мэдди прекрасно знала, что может увидеть – гнев и ярость.

– Как он чувствует себя? – спросил Бен, приблизившись к кровати.

Мэдди с опаской подняла глаза. Капитан Йорк держал себя в руках – очевидно, чтобы не беспокоить Уилла.

– Рана у него довольно глубокая, – тихо сказала она. – Придется наложить швы. Я послала человека, чтобы он простерилизовал бинты…

– Ты хорошо знаешь, что делаешь? – нетерпеливо прервал ее Бен.

– Да! Мне нужна игла и прочная нитка. Но больше всего нужен спирт, чтобы прочистить рану, и что-нибудь такое, что могло бы притупить его сознание.

Мэдди заметила, что в глазах Бена кроме гнева и злости появилось еще и едва уловимое любопытство. Он хотел что-то сказать, но в этот момент в каюту вошел матрос.

– Я сделал то, что вы велели, – сказал он, протягивая ей бинты, и, отдав честь капитану, попятился из каюты.

– Зачем кипятить эти тряпки? – удивленно спросил Бен. – Зачем тебе спирт?

– Чтобы простерилизовать бинты и не допустить инфекции.

Бен нахмурился и озабоченно посмотрел на нее:

– Ты говоришь какими-то загадками.

– Здесь нет ничего загадочного, – терпеливо пояснила она. – Микробы могут вызвать заражение организма и гангрену. Они такие маленькие, что человеческий глаз их просто не видит…

Бен все еще пребывал в недоумении, но все же направился к шкафу и достал оттуда бутылку с прозрачной жидкостью. Затем, недоуменно пожав плечами, протянул ее Мэдди.

– Карибская огненная вода, – сказал он. – Самая крепкая из всего, что у меня есть.

– Хорошо. Пусть стоит на столе.

– У меня есть иголка, нитки и… опиум.

– Опиум?! – Господи, почему это не пришло ей в голову раньше? – Вы знаете, какую дозу нужно дать?

– Чтобы он уснул? Да, знаю.

– Но мы можем дать ему опиум только один раз. Иначе он привыкнет.

– Да знаю, знаю, – с легким раздражением повторил Бен.

В считанные минуты капитан приготовил опиумную трубку, а затем, приподняв голову Уилла, заставил его сделать несколько глубоких вдохов.

Мэдди видела, как на перекошенном от боли лице появилась улыбка, оно расслабилось и постепенно приобрело обычный вид. Глаза закрылись, и мальчик погрузился в глубокий сон.

– Вам придется помочь мне, – сказала она Бену. – Прижмите рукой рану, а я тем временем все приготовлю.

Капитан сменил ее у кровати Уилла, а она подержала иголку над пламенем свечи. Потом Мэдди тщательно вымыла руки и приготовила бинты.

– Я постараюсь наложить швы как можно быстрее, – сказала она, повернувшись к Йорку. – А вы должны быстро вытирать кровь, пока я буду зашивать рану.

Бен с удивлением наблюдал за тем, как она промыла спиртом рану, а затем протерла им нитку. Мэдди действительно постаралась сделать все необходимое как можно быстрее. Капитан тем временем аккуратно вытирал кровь, сочившуюся из кожи. Покончив со швами, Мэдди еще раз протерла это место спиртом и туго забинтовала.

– Он все еще спит, – сказала она, погладив мальчика по лбу.

Бен молча кивнул и повернулся к ней.

– Я считаю тебя виноватой во всем, что здесь произошло, – резко и холодно сказал он. – Мне сейчас нужно уйти, чтобы навести порядок и не допустить мятежа. А ты должна сидеть здесь и не отходить от него ни на шаг. Ты поняла меня?

Мэдди впервые открыто посмотрела ему в глаза. Они были полны гнева, а его тон был оскорбительным, и это было понятно. Непонятно было другое. Что он хотел этим сказать.

19
{"b":"13236","o":1}