ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Впрочем, Огнев говорит неправду, уверяя, будто в каком-то полном, неурезанном интервью Жуков резко и даже уничижительно высказывался о С.М. Буденном. Изображать четырехкратного Георгиевского кавалера, трижды Героя Советского Союза, всю жизнь отдавшего русской армии и прошедшего путь от рядового солдата до маршала, малограмотным и бесталанным – избитый клеветнический штамп демократов вроде Бенедикта Сарнова, который и в армии-то не служил, ловко увильнув от нее в 1945 году, когда ему была пора стричься наголо. В начале интервью Жуков много раз упоминает Буденного, а в воспоминаниях - десятки раз и всегда – очень уважительно, почтительно, чаще всего - по имени отчеству. И не потому, что Семён Михайлович был тогда жив, а потому, что в октябре 1941 года, с чего начинается интервью, Буденный, как и вся Красная Армия, вся страна был просто в трудном, даже отчаянном положении. И Жуков прекрасно понимал это.

В 1965 и 1968 годах в издательстве «Московский рабочий» вышла большая (632 страницы), обильно иллюстрированная книга «Битва за Москву». Это сборник воспоминаний участников битвы - командующих фронтами, армиями, родами войск, а также тружеников столицы.

В книге была и большая (35 страниц) статья Г.К. Жукова «Воспоминания командующего фронтом». Маршал тогда работал над своими мемуарами и, как говорится, был в теме. Эта статья, кроме того, была напечатана в 8 и 9 номерах за 1966 год «Военно-исторического журнала». В статье более обстоятельно рассказано обо всём том, что Георгий Константинович сказал и в киноинтервью с Симоновым. Буквально обо всём! Начиная с эпизода о двух связистах под Обнинском в октябре 1941 года, которые поначалу по соображению секретности не хотели помочь Жукову, искавшему штаб Западного фронта, с эпизода о женщине, на глазах которой погибли её внуки, и она от горя потеряла разум, и кончая такими признаниями о тогдашнем положении дела: «Сплошного фронта обороны на Западном направлении не было. Образовались зияющие бреши, которые закрыть было фактически нечем... Главная опасность заключалась в том, что пути на Москву были почти ничем не прикрыты. Слабое прикрытие на Можайской линии обороны не могло гарантировать от внезапного появления перед Москвой бронированных войск противника» (с.65), а также - о положении в конце ноября: «Фронт нашей обороны выгибался, образовались очень слабые места. Казалось, вот-вот случится непоправимое... 28 ноября в районе Яхромы танковые части противника прорвались за канал Москва-Волга» (с.79). Этого эпизода с каналом в интервью, между прочим, и нет. Так что написал Жуков даже кое в чём больше, чем потом сказал.

Книга «Битва за Москву», где всё это было напечатано, вышла двумя изданиями тиражом по 100 и 75 тысяч экземпляров. Это тебе уже не ЦДЛ... Ну а в 1969 году тиражом в 100 тысяч экземпляров ценой 3 рубля 20 копеек вышли «Воспоминания и размышления» Жукова, в 1971 году – второе издание таким же тиражом и по той же цене, последнее издание, что есть у меня – 11-е, тираж тот же – 100 тысяч, а было и 12-е. Некоторые издания выходили и большим тиражом. Например, АПН, 1983 – 400 тыс. Глава о битве за Москву в зависимости от формата издания занимает в этой книге 40-50 страниц.

А в 1985 году, т.е. четверть века тому назад, тиражом 300 тысяч экземпляров вышел 10-й том собрания сочинений Константина Симонова. И там имеется глава «История одного киноинтервью». Симонов писал: «В начале шестидесятых годов возникла впоследствии вошедшая в состав Мосфильма Экспериментальная киностудия, во главе которой стояли Григорий Чухрай и ныне покойный В.А. Познер...» Статья написана в 1978 году, и тогда же в кратком виде была напечатана в газете «Советская культура» за 5 мая и целиком - в майском номере журнала «Дружба народов». Я тогда работал в этом журнале и помню, как Симонов приходил к нам в наш одноэтажный кривенький флигелёк во дворе дома Ростовых на улице Воровского. В статье-главе Симонов целиком слово в слово привёл это самое киноинтервью. В 1988 году тиражом в 200 тысяч вышел сборник воспоминаний «Маршал Жуков. Каким мы его помним». И там опять это симоновское интервью в полном виде!

Что ж получается в итоге?

1. Сборник «Битва за Москву», 1966. 100 тыс. экз.

2. Военно-исторический журнал, 1966. 100 тыс. экз.

3. Сборник «Битва за Москву», 1968.75 тыс. экз.

4-16. Г. Жуков. Воспоминания и размышления, двенадцать изданий 100-тысячным и больше тиражами за двадцать с небольшим лет (1969-1992 годы).

17. К. Симонов. Газета «Советская культура». 5 мая 1978.

18. К. Симонов. Журнал «Дружба народов», №5, 1978. 200 тыс. экз.

19. К. Симонов. Собр. Соч. Т.10, 1985, 300 тыс. экз.

20. К. Симонов. Сборник «Маршал Жуков. Каким мы его помним». 1988. 200 тыс. экз.

И вот то, что было издано массовыми тиражами – прикиньте-ка, сколько всего экземпляров! - и что советские люди могли читать и знать еще почти полвека тому назад, Безупречный подаёт нам как жареную сенсацию, как свежайшую антисоветскую новинку, изобличающую коммунистов.

Но почему всё-таки интервью не появилось на телеэкране? В мае 1978 года Симонов, приведя в помянутой статье весь текст интервью, в самом конце писал: «Меня не оставляет мысль вернуться к интервью, преодолев его технические несовершенства и дополнив некоторыми документами и материалами, связанными с обороной Москвы, сделать на этой основе уже не летописный фильм, а просто фильм для широкого зрителя». Симонов был создателем и хозяином интервью, без него, естественно, никто не мог им распорядиться. Но вскоре после того, как написал приведенные выше строки, он тяжело заболел, а 28 августа 1979 года умер. И об интервью без его хозяина в киношной суете просто забыли, тем более, что Познер умер ещё раньше, вскоре после Симонова умер и Чухрай, а Огнев подался в Литфонд, стал его директором, надо было что-то срочно делать с писательской поликлиникой и было решено отнять её у писателей и продать каким-то немцам. Сказано - сделано. До Жукова ли тут...

Познер – журналист невежественный, ленивый, работать, добывать материал он не умеет, учиться не желает. Да и зачем учиться, если в демократической России до 75 лет удалось прожить процветающим паразитом. Умеет только травить баланду у камеры и микрофона. Как раб своего невежества и тупости, он убеждён, что у нас никто никогда не говорил и не писал о наших трудностях в ходе войны, неудачах, поражениях, «отчаянном положении» (Сталин), а только, мол, вещали о победах, причём бескровных! Но – «сплошного фронта не было»? «Враг мог появиться под стенами Москвы»? «Москва была под угрозой»? Он просто обалдел, услышав это в интервью маршала.

Не могли признавать и говорить об этом Сталин и всё его окружение, не могло это появиться в советских газетах, журналах, книгах! Не могли всё это знать советские люди! Ведь жалко даже, до чего человек одурел и забил себе голову вздором.

Он не только не знает хотя бы в общих чертах о Великой Отечественной войне, но, как какой-нибудь Пивоваров или Правдюк, просто не имеет никакого представления о том, что происходило в стране его обитания в 1941-1945 годы. Он вообще не знает и не любит страну, в которой прожил уже почти шестьдесят лет. Всё это его, заброшенного к нам «по воле рока на ловлю счастья и чинов», совершенно и не интересовало никогда. И не стесняется он говорить об этом миллионными тиражами хотя бы на страницах МК, даже бравирует этим.

Для начала заявляет «Я не Ксения Собчак, я - серьёзный человек...» Если серьёзный, то зачем, например, вопил на всю страну, не понимая смысла этого афоризма, а лишь из желания поддеть всех, кто любит свою родину: «Патриотизм – последнее прибежище негодяев»? Как же серьёзному человеку не понять, что здесь уничижительно сказано не о патриотизме, а о негодяях, которые при их разоблачении прячутся именно за патриотизм как за самое надёжное укрытие. Так что патриотизм-то прославляется.

Если серьёзней, чем Ксюша, то как можешь всё с той же грязной целью твердить, что, мол, даже великий русский поэт назвал Россию «немытой страной рабов»? Ведь давно доказано, что это не Лермонтов, который «за хребтом Кавказа», о чём говорится в этом стишке, и не бывал.

26
{"b":"132365","o":1}