ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Струйки тёплой воды текли изо всех щелей кое-как сработанной крыши, но никто не обращал на это внимания. Многие только удивлялись, почему с началом ливня работы в котловане были прекращены. Вряд ли кто-нибудь заботился о том, чтобы пленники не промокли. Скорее всего, директор беспокоился о роботах. От недолгих дождей их защищали длинные плащи, но во время затяжного ливня повсюду образовывались глубокие лужи. Любой из роботов мог упасть в такую лужу, просто поскользнувшись.

Стражники столпились под специальными навесами, а пленные коротышки были предоставлены самим себе. Поболтав немного, они улеглись спать. Знайка сделал очередную запись в своем дневнике и тоже с удовольствием растянулся на травяном матрасе. Дождь был такой тёплый, что от земли поднимались клубы пара.

Он проснулся, когда вечером вернулись малышки, работавшие на фабрике. Знайка и Огонёк тотчас уединились в уголке барака и стали обсуждать план побега.

– Прежде всего необходимо решить, кто будет участвовать в побеге, – сказал Знайка. – Достаточно одного-двух коротышек для того, чтобы выйти на плоту в море и быть замеченным ракетой.

– Однако вы забываете об опасности, угрожающей беглецам со стороны аборигенов, – возразила Огонёк. – Этим дикарям ничего не стоит расправиться с несколькими коротышками. Но если в побеге будет участвовать целая группа, отряд, вооруженный камнями и дубинками, то, перед тем как нападать, дикари ещё десять раз подумают…

– Согласен с вами, уважаемая коллега (Знайка стеснялся называть свою знакомую по имени и обращался к ней не иначе как "уважаемая коллега"), однако заметьте, что если один-два малыша могут под покровом ночи пробраться к берегу незамеченными, то отряд, скорее всего, привлечёт к себе внимание дикарей.

– А вы, уважаемый коллега, упускаете из виду другое важнейшее обстоятельство: десять-пятнадцать малышей могут быстро связать достаточно большой плот. Маленький же просто затеряется в океане, и ракета его не заметит.

– Хорошо, вы меня убедили, – согласился Знайка.

– Теперь выбирайте себе надёжных спутников.

– Вы остаётесь?

– Давайте просчитаем на несколько ходов вперед. Предположим, что всё идет по плану и ракета высаживается на острове. Поскольку она практически неуязвима, директор сгоняет всех внутрь горы и блокирует входы. Начинается осада, переговоры…

– Да, я понял. Ваше присутствие там будет чрезвычайно полезным. Я также попрошу остаться инженера Буравчика из Земляного города. Это очень смышленый и решительный малыш, вот увидите, он ещё себя проявит.

– Думаю, что изнутри нам будет легче подорвать надежность обороны противника.

– Вы рассуждаете не как малышка, а как опытный стратег.

– Это понимать как упрек или комплимент?

Знайка в ответ только смущённо покраснел и пробормотал что-то невразумительное. Как ни странно, его собеседницу такая реакция вполне удовлетворила.

– Итак, решайте, кто отправится с вами, – сказала Огонёк, выдержав порядочную паузу.

– Здесь со мной ещё двенадцать малышей из Цветочного города. Наверное, они и отправятся.

– Прекрасно. Ветер, кажется, совсем стихает, но в темноте вы всё равно не найдете дороги в зарослях. Дождитесь рассвета и отправляйтесь, – посоветовала Огонёк. – Прощайте.

По рассеянности Знайка тряс ей руку немного дольше, чем того требовала вежливость.

За час до рассвета, когда звёзды еще не погасли, но восток уже начинал чуть-чуть светлеть, Знайка тихонько растолкал своих друзей и собрал их вокруг себя. Проспав подряд не менее четырнадцати часов, все чувствовали себя бодро и уверенно. Известие о предстоящем побеге было встречено с нескрываемой радостью.

– Так что же мы стоим! – запрыгал на месте Торопыжка. – Пойдёмте скорее вязать плот!

– Погоди, погоди, – осадил его Пилюлькин. – В такую темень нельзя идти через заросли. Ненароком кто-нибудь может свалиться в обрыв или выколоть себе глаз сучком.

– Ты, Торопыжка, всё куда-то спешишь, – проворчал Ворчун. – Вот когда поймают тебя голопузые, будешь тогда плакать и обратно проситься.

– Против голопузых мы вооружимся крепкими палками, – сказал Знайка. – И будем передвигаться по возможности скрытно. Нас тринадцать коротышек, и мы в случае чего сможем за себя постоять.

Он разбудил Буравчика и рассказал ему о побеге. Тот поначалу хотел обидеться, что его не берут, но Знайка объяснил, насколько важно именно сейчас остаться в тылу врага. И Буравчик согласился, пообещав не терять связи с Клюковкой.

Небольшая проблема возникла из-за ушибленной ноги Сиропчика. Бедняга всё ещё прихрамывал, и Пилюлькин настаивал на том, чтобы больной оставался лежать. Однако сам больной заявил, что пойдет вместе со всеми чего бы это ему ни стоило. Он сказал, что поползет ужом, цепляясь за ноги бросивших его товарищей.

Сиропчик также рассказал о своем недавнем сне или видении, когда ему явился Незнайка в образе чумазого аборигена. По его убеждению, это был верный признак того, что побег будет удачным. В конце концов Пилюлькин махнул рукой и пробормотал: "Делайте что хотите".

Как только начало светать, Знайка и его друзья нырнули в густые заросли. Роботы и малые шары наблюдения в этот момент развернулись в противоположную сторону: инженер Буравчик затеял шумную перебранку с одним из своих знакомых.

Сначала беглецы отошли как можно дальше от барака. Потом они изготовили себе длинные бамбуковые копья, которые одновременно могли служить как оружием, так и шестами для прыжков через небольшие речки и овраги. Шест под Сиропчиком подломился после первого же прыжка, и бедняга шлёпнулся прямо в ледяной ручей, подвернув здоровую ногу. Стуча зубами, он продолжил путь, хромая теперь на обе ноги. Для того чтобы помочь ему преодолеть очередную естественную преграду, коротышки выкладывали для него все свои двенадцать шестов мостиком.

– Ничего, ничего, – подбадривал Сиропчик обливавшихся потом товарищей. – Вы за меня не волнуйтесь, я уж как-нибудь…

Когда беглецы выбрались на берег моря, из лагеря послышался сигнал подъёма.

– Какой противный звук, – передернул плечами Гусля. – Как будто водят пальцем по стеклу.

– Ни за что туда не вернусь, – пообещал Тюбик. – Пускай что хотят со мной делают.

Коротышки столпились на песчаном пляже, смотрели на бескрайний морской простор, и сердца у них учащенно бились. Краешек солнца уже высунулся слева из-за горизонта, и фигуры беглецов стали отбрасывать на песок длинные тени.

– А теперь – быстрее за работу! – приказал Знайка. – Тащите сюда из леса всё, что покрупнее!

Все разбежались и начали выволакивать на берег сухие палки и щепки, которые казались им настоящими бревнами. Вскоре громоздкий и ненадежный плот был составлен, перетянут бесчисленным количеством сухих травинок и общими усилиями спущен на воду. Знайка с минуту скептически разглядывал плот, а потом попросил ловкого Торопыжку залезть на пальму и оглядеться: спокойно ли море, не видно ли на горизонте тучи и не появилась ли где-нибудь вдалеке ракета.

Торопыжка быстро вскарабкался на дерево и с самой верхушки начал докладывать о том, что видит.

– Вижу на горизонте точку!

– Куда она движется?

– Сюда, в нашу строну! Похоже, это ракета!

– Надо быстрее отчаливать. Как там море?

– На море спокойно. Тишь да гладь!

– Ну, спускайся быстрее!

– Погодите! Там что-то всплывает! Это "Медуза"… Да, это точно она! Подходит к причалу!

– Ах, как некстати! – Знайка готов был рвать на себе волосы от досады. – Они нас заметят, слишком близко!..

– Ой! – закричал вдруг Торопыжка.

– Что ещё такое?

– Ой-ой-ой!..

– Да что такое, говори!

– Сюда роботы бегут. По берегу, от причала! Они там "Медузу" встречали, а теперь нас заметили!..

Торопыжка мигом спустился с дерева и запрыгнул на плот. Вслед за ним на плот полезли и все остальные.

– Отставить! – твердо скомандовал Знайка, и все замерли. В эту минуту он принял для себя очень важное и в то же время рискованное решение.

50
{"b":"13237","o":1}