ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

В немом изумлении Ярило сделал протестующий жест рукой, и робот послушно замолчал. Отметив в нем явное отсутствие агрессивности, Ярило решился заговорить:

– Ну какой же я тебе хозяин?.. Я ученый, теоретик…

– Это вы правильно говорите, хозяин, – с готовностью поддержал его старший слесарь. – Теория у нас – первое дело! Теорию мы тоже понимаем. Сперва теория, а потом уже зубилом… семь раз отмерь…

– Да что за ерунду ты несешь? – прервал его Ярило. – Повторяю: никакой я тебе не хозяин. Ты мне лучше скажи, голубчик, не видел ли ты где-нибудь здесь коротышек? Ну, таких, как мы…

– Нет… – почесал под беретом резиновый затылок старший слесарь. – Коротышек не видели. Мы с коротышками не работаем. Железо, сталь, чугун, алюминий, цветные металлы…

И он опять затянул свою песню.

– Ну так что же, коллеги, – повернулся Ярило к своим спутникам, вполне успокоенный поведением роботов. – Эти механизмы, как видно, опасности для коротышек не представляют. Предлагаю спокойно продолжать осмотр.

И группа снова двинулась по коридорам в глубь подземной фабрики.

Ободрённые последним замечанием академика, роботы-слесари тоже увязались за ними, беспрестанно заверяя коротышек в своей преданности, послушании и выдающихся профессиональных навыках. На всякий случай их никто не гнал, когда же роботов просили о помощи, они послушно замолкали и бросались на подмогу. Но потом они снова начинали расхваливать себя на все лады…

Попетляв по коридорам, Ярило и его спутники зашли в тупик. Мощная стальная плита преграждала путь в какое-то, по всей видимости, чрезвычайно секретное помещение. О его секретности говорили контрольные датчики, во множестве вмонтированные в пол, стены и потолки. Как только коротышки ступили на этот контрольный участок, из динамиков загремело предупреждение: «Проход запрещён, проход запрещён, ваши психомолекулярные характеристики не соответствуют утверждённому образцу. Проход запрещён, проход…»

От этого громкого и неприятного голоса Ярило поморщился: у него всё ещё сильно болела голова. Заметив на его лице недовольство, к нему тотчас подскочил старший слесарь и угодливо заговорил:

– Хозяин чем-то недоволен? Не прикажет ли хозяин убавить громкость или совсем выключить?

– Да, пожалуй, совсем, – милостиво согласился Ярило.

Слесари выхватили из карманов отвертки, что-то где-то быстро подкрутили, и голос смолк.

– Никаких проблем, хозяин, – задребезжал старший. – Ещё какие-нибудь пожелания?..

– Помолчи, пожалуйста, – попросил Ярило. Ему показалось, что из-за стальной плиты доносится слабый шум.

Все затихли, и в наступившей тишине стала явственно слышна приглушенная возня на той стороне.

– Так вот они где! – воскликнул Ярило взволнованно. – Их заперли! Они там могут погибнуть, задохнуться! Ну что же вы, быстрее открывайте, ломайте!..

Мастера торопливо разложили имевшиеся при них инструменты и принялись за работу. Они что-то развинчивали, что-то подпиливали, где-то перекусывали или спаивали провода.

Через несколько минут пол, потолок и стены контрольного участка коридора были изъедены до дыр, как сыр.

Старший слесарь разобрал кодовый замок, что-то в нем подпилил, законтачил, и… тяжёлая стальная плита с негромким скрипом начала плавно заезжать в глубь стены.

Глава восемьдесят седьмая

ПОСЛЕДНЕЕ ИСПЫТАНИЕ

На пороге стояли два хрупких робота-электронщика в белых халатах и круглых очках с выпуклыми линзами. За ними, в центре просторного зала с куполообразным потолком, возвышался ослепительно сверкающий гигантский алмазный шар. С пола, стен и потолка лаборатории стекала вода, повсюду были разбросаны обломки мебели и инструментов. Было похоже на то, что эти двое пытались во что бы то ни стало взломать дверь изнутри.

А произошло здесь следующее. Когда через единственное незаколоченное вентиляционное окно в лабораторию начал поступать пар, ни к чему не пригодные, за исключением электронных премудростей, «Двадцать второй» и «Двадцать третий» – так назывались роботы – стали паниковать и громоздить одну глупость за другой.

Сначала они наспех соорудили огромный конденсатор, почти до потолка, но и он не успевал перегонять в воду весь бьющий из окошка пар. Вода, кстати говоря, и без конденсатора струилась по холодным стенам, заливая и приводя в негодность электронное оборудование.

Затем они собрали чрезвычайно сильную холодильную установку, понизили температуру воздуха до минус семидесяти градусов, и всё вокруг заледенело. Пар хлестал из окна, но вода тут же замерзала, не успевая уходить в сточное отверстие. Слой снега и льда рос с угрожающей быстротой, роботы-электронщики начали вмерзать в него с головой.

Но тут в электрической сети произошло размыкание, и холодильная установка отключилась.

К этому времени прекратилось и поступление пара. Лёд быстро растаял, и вода с журчанием ушла в сточное отверстие.

Окончательно переставшие что-либо соображать «Двадцать второй» и «Двадцать третий» начали в панике ломать входную бронированную дверь всем, что подворачивалось под руки. Они занимались этим до тех пор, пока роботы-слесари не открыли дверь снаружи.

Успев только увидеть за порогом незнакомых коротышек, электронщики упали навзничь и навсегда вышли из строя.

Вся эта нелепая кутерьма случилась из-за того, что, согласно имевшейся в памяти роботов инструкции, один из многочисленных подпунктов запрещал перекрывать вентиляционные окна.

Ярило услышал позади шаги, обернулся и увидел Знайку.

– Рад вас видеть, коллега! – прокричал тот на бегу, и Ярило шагнул ему навстречу. – Простите, что не встретили… чрезвычайные обстоятельства…

Знайка торопливо пожал руки всем сопровождавшим академика Ярило коротышкам. Особенно он был рад видеть улыбающихся Фуксию и Селёдочку.

Прибежавшая вместе со Знайкой Огонёк остановилась поодаль и только сдержанно кивнула всем сразу.

– Я тоже рад вас видеть целым и невредимым, – искренне признался академик Ярило. – Но где же все остальные? С ними всё в порядке?

– Да, да, всё в порядке, конечно.

– А где же ваше знаменитое судно? Мы его нигде не заметили. Да и сам остров… довольно странно…

– «Стрекоза» уже сегодня будет на плаву. Вы её не заметили из-за отвесных скал в западной части. Что же касается острова…

– Смотрите! – воскликнул кто-то взволнованно, и все повернулись в сторону лаборатории.

Алмазный шар гудел и медленно поворачивался. Его тупой рабочий конец поднимался в сторону коротышек, центр тяжести плавно перемещался на среднюю часть продольной оси. Металлические опоры заскрипели.

Внутри шара появилось слабое фиолетовое свечение, он стал похожим на огромный жадный глаз…

– Ложись! – закричал Знайка. – Сейчас выстрелит!

Он стремглав бросился к Клюковке, повалил её на пол и накрыл своим телом. Все другие коротышки тоже попадали, ожидая чего-то ужасного. Но прошла секунда, другая, третья… и ничего не случилось. Ещё через несколько мгновений внутри шара что-то заискрило, затрещало, фиолетовое свечение погасло, и стало тихо.

Один за другим коротышки стали подниматься на ноги. Последним, ощущая неловкость и даже стыд, поднялся Знайка.

– Не смущайтесь, – сказала Огонёк. – Вы поступили правильно, как герой. Этот шар, – повысила она голос, обращаясь ко всем присутствующим, – этот алмазный шар способен излучать чудовищной силы биологические импульсы. Его построили здесь для того, чтобы вывести на орбиту одной из населенных коротышками планет и держать их в повиновении. Если бы шар выстрелил в нашу сторону с такого близкого расстояния… от нас бы и мокрого места не осталось.

Огонёк храбро подошла к шару, и вслед за нею шар с опаской обступили все остальные.

Его внутренний электронный организм из-за воды и резких перепадов температуры разрегулировался и самопроизвольно включился в работу.

– Отчего же он не сработал по-настоящему? – недоумевал Знайка.

92
{"b":"13237","o":1}