ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Пупс вскочил с места, испуганно озираясь.

Но вдруг он успокоился и хлопнул себя по лбу:

– А что это я вдруг так перепугался? Ведь можно поступить и по-другому… И что это такое на меня такое нашло?..

Он снова уселся в кресло, спокойно срезал кончик толстой сигары и прикурил от огня услужливо протянутой ему Гризлем зажигалки.

– Как же я не подумал сразу? Вот сейчас впопыхах и наделал бы глупостей, садовая голова. По-другому-то выйдет и дешевле, и спокойнее, да и надежнее, пожалуй, выйдет. Возьмём корыто… Гризль, у нас найдётся в хозяйстве подходящее корыто?

– На скотном дворе я видел именно то, что нужно, хозяин, – немедленно отозвался Гризль.

– Прекрасно. Поставим вас, таких красивых и стильных, в это корыто и навалим туда вёдер двадцать цементного раствора вперемешку со щебнем. А когда раствор схватится, отвезём вас на ближайший мост, где нет полицейского. И – бултых в реку! В самый омут! Вот смеху-то будет!..

Пупс залился своим заразительным смехом, Спрутс захохотал, секретари захихикали в ладошки.

– И главное, – Пупс едва выговаривал, захлёбываясь, – и главное – никаких расходов!..

С трудом успокоившись, Пупс утёр глаза платочком, раскурил сигару и предложил вдруг без всяких предисловий:

– Хотите получить назад «Космические поставки»?

Магнаты подняли бледные как бумага лица.

– Да, да, все права вместе с сегодняшней выручкой, – небрежно подтвердил Пупс.

– Шутишь, начальник? – процедил Жмурик, злобно прищурив свой единственный глаз.

– Гризль! – распорядился Пупс. – Оформите немедленно все бумаги как полагается. Так ведь, господин Жмурик? Ведь вы вернете липовые права Альфе и Мемеге?

Жмурик очумело посмотрел на своих компаньонов, ища поддержки.

– Что за дурацкий трёп? – презрительно повысил голос Ханаконда. – Говорите, чего вам надо, и точка.

Но разговоров больше не последовало. Пупс вызвал охрану, магнатам вручили обещанные бумаги и вытолкали всех троих на улицу.

Тем временем обезоруженных и основательно помятых охранников в чёрном по одному выводили из подвала, ставили на порог заведения, и Красавчик с чувством припечатывал каждого пинком под зад. Для этой процедуры он специально одолжил у швейцара тяжелые, подбитые железом ботинки, которые надел поверх своих лакированных туфель.

Когда очередной коротышка в черном кубарем скатывался вниз по ступенькам, Красавчик приговаривал что-нибудь вроде того: «Был счастлив от вашего посещения» или «Наш каждый клиент должен остаться доволен нашим обслуживанием»…

Вокруг собирались гулявшие по ночным улицам зеваки, которые так и покатывались со смеху.

В это же время главари быстро нырнули в свой автомобиль, и Ханаконда прорычал водителю: «Гони живо». Мысли в их бедных головах перепутались – они никак не могли понять, кто же на этот раз остался в выигрыше.

Глава одиннадцатая Как Болтик преодолел в себе мучительные переживания в пользу одного миллиона фертингов и перестал быть независимым журналистом

Этой же ночью Болтик готовил к эфиру сенсационный выпуск передачи «Момент секретности». Он тщательно смонтировал все последние материалы, а затем снабдил их архивными вставками и собственными комментариями. Материал получался взрывной, и это было только начало… Но вот в первом же выпуске утренних новостей сообщили о событиях нынешней ночи в ресторане «Весёлый клоун». Встреча финансовых воротил и непонятный налёт перепутали Болтику все карты. Теперь передача не могла выйти в эфир в прежнем виде. Всё, что он разведал с таким трудом, подвергая себя смертельной опасности, внезапно устарело и потеряло связь с сегодняшним днём. Необходимо было срочно и любой ценой разведать что-то о ночных переговорах, а затем вставить этот фрагмент в передачу и расставить все точки над «i»…

И Болтик стал лихорадочно перебирать в уме всех, кто имел какое-либо отношение к ночным событиям.

Гризль, Гризль… Они были знакомы по работе в «Давилонских юморесках». Гризль был редактором и часто хвалил Болтика за хорошие материалы. Вспомнит ли он его сейчас?..

Болтик в задумчивости грыз кончик карандаша, когда раздался звонок по местному телефону. Вахтёр с проходной сообщал, что Болтика желает видеть некто господин Гризль.

– Что?! – закричал Болтик. – Как вы сказали? Пропустите, пропустите его немедленно! – И он сам побежал навстречу нежданному гостю.

– Рад вас снова видеть, коллега, – сказал Гризль, когда оба вернулись в кабинет и уселись в кресла. – С интересом слежу за вашей творческой деятельностью. И в прессе, и на телевидении… Очень впечатляет, очень…

– Благодарю вас. – Болтик расплылся в улыбке, удивляясь собственной угодливости. – Но и вы были в своё время выдающимся мастером своего дела. Ваши статьи, фельетоны, редакторская работа… Я всегда откровенно восхищался вашим умением повернуть тему нужным образом и вашим неподражаемым юмором.

Гризль поднёс руку к груди и слегка поклонился.

– Однако когда-нибудь в жизни наступает время, – произнес он, подняв вверх указательный палец, – когда информационный бизнес перестает удовлетворять широкую, неординарную натуру… Не кажется ли вам, господин Болтик, что такое время для вас уже наступило?

Болтик растерялся. Он все ещё не понимал, к чему клонит управляющий делами миллиардера Пупса.

– Работая на публику, – продолжал Гризль, – вы направляете свой талант в никуда, бесцельно распыляете его, получая взамен жалкую популярность и жалкие гроши. Но публика неблагодарна: как только она вами насытится и у неё появится новый кумир по части сенсационных разоблачений, про вас забудут. Вас даже никто не пожалеет, потому что вы для них бесцеремонный и циничный проныра, который всегда найдёт для себя какое-нибудь грязненькое, но хорошо оплачиваемое дельце. Вы останетесь без капитала и положения в обществе, в лучшем случае на должности редактора какой-нибудь дешёвенькой жёлтой газетёнки, в суете ежедневной текучки и в полнейшем забвении. Горение яркой звезды внешне эффектно, но – увы! – весьма быстротечно, господин Болтик. Подумайте о своём будущем, пока не поздно, ведь вы очень смышленый коротышка.

Болтик не нашелся что сказать и почесал карандашом за ухом.

– А между тем многие коротышки очень ловко устраиваются в этой жизни, – продолжал Гризль своё мягкое давление.

– Конечно, господин Гризль, вам в жизни очень повезло.

– Я, конечно, не имел в виду себя, но раз уж вы сами заговорили… Знаете, почему мне повезло?

Болтик пожал плечами.

– Потому что я не пытался угодить всем сразу. Я служил интересам одного-единственного, но достойного во всех отношениях коротышки.

– Я понимаю, «Давилонские юморески» принадлежали господину Спрутсу…

– Да, для многих это не являлось секретом. Господин Спрутс вкладывал в газету хорошие деньги, а я печатал добротные материалы, хорошо отражавшиеся на авторитете и благосостоянии господина Спрутса.

– Ничего не имею против, – согласился Болтик.

Тут надо заметить, что и тот и другой предполагал наличие у собеседника портативного магнитофона, а потому отзывались обо всех упоминаемых коротышках весьма деликатно.

– И чем это для меня закончилось? – продолжал г-н Гризль.

– Чем?

– Тем, что господин Спрутс рекомендовал меня для работы секретарём и управляющим делами богатейшему коротышке нашей планеты господину Пупсу.

– Да, вы неплохо устроились.

– Хотя об этом не принято говорить… хотите знать, какой у меня теперь оклад?

– О!..

– Сто тысяч фертингов в месяц, или один миллион двести тысяч фертингов в год. И это не считая доходов от ценных бумаг!

Болтик выронил карандаш, который всё это время машинально вертел в руках.

– Как вы понимаете, такие деньги не очень-то легко потратить. Приходится вкладывать в недвижимость, золото, произведения искусства. Господин Пупс мог бы легко удвоить сумму моего оклада, если бы я попросил его об этом, но я не прошу.

18
{"b":"13238","o":1}