ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Тысячи тысяч мурашек впились в Ригля зубами и когтями.

Облаченный в форму грубиян шагнул к нему и, вытянувшись по стойке «смирно», загорланил:

– Осмелюсь доложить, господин офицер: нос настоящий, борода тоже настоящая. Не прикажете ли проверить на благонадежность его уши?..

Выслушав доклад своего агента, Тайный министр Бигль пришел в уныние. И было отчего: его расчёты не оправдались, бандиты скорее всего «легли на дно», а когда, где и при каких ужасных обстоятельствах они проявят себя снова, этого никто не знал.

«Но ведь наниматься на работу пришли трое, была ещё какая-то малышка, – подумал он. – А что если…»

Хлопнув себя по лбу, он подбежал к телефону.

– Алло, Ригль? Вернитесь и проверьте ещё эту… Маргаритку, она тоже заступила в вечернюю смену.

Не находя себе места, министр забегал по кабинету, дожидаясь ответного звонка. Наконец запищал зуммер, и Бигль жадно схватил трубку:

– Ну! Что!

– Она сбежала. Никакая она не монтажница: запутала всю плёнку, потом увидела меня в коридоре и смылась. Ещё, говорят, чесноком от неё здорово несло. Что теперь делать, господин министр?

– Что теперь делать? Отдыхайте, вы молодчина. А я снова приму позу глупого кота, подстерегающего хитрую крысу. Два раза я почти ухватил её за хвост, на третий вцеплюсь зубами в самое горло, обещаю вам, Ригль.

– Не сомневаюсь в этом, господин министр, до свидания.

Глава восемнадцатая

Дамочка снимает парик. Ханаконда знает, как захватить телецентр. Дикий коротышка раскрывает своё инкогнито

Маргаритка столь торопливо выбежала из телецентра, что каблук на её туфле подвернулся и она едва не загремела по ступенькам на мокрый асфальт. Замахав платочком, она остановила такси и велела шофёру ехать на Западное шоссе, начинавшееся там, где кончался город.

Как только позади остались жилые кварталы, а по обеим сторонам от дороги затемнел лес, дамочка расплатилась и вышла.

– Меня здесь подхватят друзья на своем автомобиле, – пояснила она свои странные действия.

Шофёр пожал плечами, развернулся и уехал. А дамочка, посмотрев по сторонам, вынула из сумочки фонарик и углубилась в лес. После недолгих поисков она наткнулась на то, что искала: это был огромный темно-зеленый «Циклоп» повышенной проходимости.

Малышка сорвала с себя парик, сбросила платье и туфли, переоделась в одежду, которую обычно носят малыши, и села за руль.

Только теперь, присмотревшись хорошенько, мы могли бы с уверенностью сказать, что никакая это не дамочка, а хорошо известный старшему лейтенанту Риглю коротышка из банды Ханаконды по прозвищу Губошлёп.

Рванув с места, «Циклоп» легко выехал на шоссе и, набирая скорость, помчался обратно, в сторону города. Стараясь не привлекать к себе внимания постовых, Губошлёп осторожно повел машину тихими улочками через весь город к противоположной окраине.

Выехав на Восточное шоссе, он ударил по газам и в считанные минуты оставил позади жилые постройки, в том числе самое крайнее хозяйство картофельного фермера.

Освещая дорогу мощными фарами, автомобиль мчался по пустынному шоссе, выжимая предельную скорость. Ветер тяжело гудел, тщетно пытаясь сдержать мощь огромной стальной машины.

По прошествии получаса Губошлёп сбавил скорость и стал внимательно поглядывать на обочину. Приметив спиленную берёзу, он свернул прямо в лес и, круто переваливаясь вверх-вниз и из стороны в сторону, начал лавировать между деревьями. Время от времени он останавливался, гасил фары и, заприметив вдали огонёк, снова трогал с места.

Но вот впереди показался давно заброшенный ветхий домик лесника и стоящие на пороге трое главарей. Губошлёп открыл дверцу машины, спрыгнул на землю и подбежал к Ханаконде:

– Сорвалось, шеф! Чуть-чуть всё не сорвалось! Туда заявился вдруг этот полицейский, Тихоня, пришлось моментально смыться!

– Успел что-нибудь срисовать?

– Есть кое-что, шеф.

– Ладно, пошли покажешь.

Все прошли в дом, а Ханаконда задержался на пороге, вглядываясь в темноту и прислушиваясь. Нет, кажется, «хвоста» он за собой не привел. Тихо, только листья едва слышно прошуршали за деревьями.

– Крабс! Мига! – крикнул Ханаконда. – Это вы?

Тишина. Наверное, ветер.

Ханаконда вернулся в дом и выслушал от Губошлёпа полный отчёт о поездке. Тот рассказал, как он под видом малышки заявился в город и купил газету с объявлениями о найме на работу. Как врал в отделе кадров, а потом до начала смены отсиживался на лавочке в Центральном парке, прикрываясь газетой. Как потом явился на работу в телецентр и как столкнулся в коридоре с Тихоней.

– Машину я оставил на Западном шоссе, как вы велели, шеф. Теперь, если начнут копать, пустят ищеек в ту сторону, а нас-то там и нет!

– Ладно, не умничай, Губошлёп, – проворчал Ханаконда. – Показывай план.

Несколько минут он внимательно разглядывал мятый листок бумаги с нарисованным от руки планом телецентра.

– А что это здесь, наверху? И стрелки повсюду?

– Наверху вертолетная площадка, шеф. А стрелки – это куда бежать в случае пожара. Я ведь срисовывал эту науку с дверцы на пожарном щите.

Ханаконда поднял глаза на Губошлёпа:

– В случае пожара, говоришь? Так мы им устроим пожар. Такой пожар, что небу станет жарко.

– Что это вы задумали, шеф?

– Узнаешь все в своё время. Иди умой рожу, а то смотреть противно…

Губошлёп смыл с лица косметику и уселся за пустой обеденный стол.

– У вас пожрать-то что-нибудь есть? В городе кругом продают булочки, пирожки, бутерброды, а я чувствую, что вот-вот хлопнусь в голодный обморок. А главное, что деньги-то есть в кармане!

– Ладно, не плачь, – сказал Хорёк. – Мига и Крабс за грибами ушли.

– Что, сейчас, ночью?

– Днём слишком опасно. А козленки можно и на ощупь собирать, их на каждом пне хоть пруд пруди.

– Ох, – поморщился Губошлёп, – опять грибы…

Послышался шум, в дом ворвались Мига и Крабс; физиономии у них были буквально перекошены от страха. Крабс держался за лоб обеими руками.

– Там!.. Там!.. – только и могли они сказать, показывая трясущимися пальцами куда-то в лес.

– Да что такое, говорите быстрее, – потребовали все разом.

– Дикий… Коротышка…

У бандитов отлегло от сердца: они подумали было, что дом уже окружают полицейские. Из сбивчивых объяснений Миги и Крабса выяснилось, что при свете фонариков они внезапно увидели перед собою ужасное существо – не то зверя, не то коротышку. Побросав корзины, они бросились бежать, причем Крабс в панике всё время налетал на деревья и едва не расшиб себе голову.

Высмеяв трусов и сообразив, что все остались без ужина, главари бандитов не на шутку рассвирепели и приказали горе-грибникам вернуться в лес за корзинами. Вместе с ними отправились Хорёк и Губошлёп, у которых за порогом тоже начали трястись поджилки. Однако все четверо благополучно вернулись, а грибы немедленно сварили и съели.

Более или менее насытившись водянистыми грибами, Ханаконда откинулся на скрипящем стуле и начал не спеша ковырять спичкой в зубах, хитро поглядывая на своих дружков. Догадавшись, что он собирается сказать что-то важное, все притихли.

– Пупсу хана, – произнес наконец Ханаконда. – Будем брать телевидение через вертолётную площадку. Завтра. Или послезавтра. Пупсу хана.

– Это как, шеф, на вертолёте, что ли? – спросил Хорёк.

– Да, на вертолёте.

– А где ж его взять-то, вертолёт?

– Угнать вертолёт – раз плюнуть. Или уже забыли?

Бандиты понятливо переглянулись.

– Слушайте мой план.

Все пригнулись над столом и приготовились слушать, но тут снаружи, за окном, послышалась какая-то возня.

Всем стало страшно.

Не сводя глаз с темного оконного стекла, Ханаконда отступил к пылающей печке и взял в руку кочергу. Минуту все находились в оцепенении, но звук больше не повторился.

– Ерунда, – сказал Ханаконда и бросил кочергу. – Белка или барсук…

76
{"b":"13238","o":1}