ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— А ну, пошли отсюда, псы шелудивые! И чтоб дорогу в эти места забыли!

И даже те волки, которых Топтыгин насмерть забил, вдруг ожили, поднялись и вместе с уцелевшими побежали прочь из чужого леса.

Медведь тем временем в себя пришёл, поднялся, почёсывается.

— Как здоровьице, Михал Михалыч? — улыбнулся Мороз, на него глядя.

— На здоровье пока не жалуюсь, Мороз Иваныч, — отвечал Топтыгин с достоинством. — Только праздник выдался мне не в радость.

— А что так?

— То шумят… то дерутся… Спать не дают. А у меня в это время сон самый сладкий, самый бодрящий. Как посплю, так потом и весь год проживу.

— Ничего, Михал Михалыч, мы эту беду поправим, — пообещал Мороз. — Ступай, косолапый, к себе в берлогу.

Полез медведь к себе в берлогу, а там — малины полным-полно. Крупной, сладкой — такой, что и летом в лесу не бывает. Начал он малину горстями есть да понемногу вперёд продвигаться. Только урчит себе от удовольствия да хвостиком снаружи виляет. Наконец и хвостик внутрь берлоги ушёл. Слизнул Топтыгин все ягоды до последней и спать на еловые ветки завалился. Захрапел от всего пуза, и снова сон у него пошёл тот самый, приятный, про медведицу… Снегири налетели, лаз в берлогу прикрыли еловыми веточками. Метелица крутанулась — снежком присыпала. Совсем тепло стало в берлоге.

Мурзилка с Шустриком затащили Мямлика в собаку, чтоб быстрее оттаивал.

— Что за чудо техники? — удивился Мороз.

— Это наша, — ответил Мурзилка. — Из проката. Мы на ней сюда приехали.

— Что же она валяется у вас будто неживая?

— Мы медведю помочь хотели, а вышло так, что его самого током дёрнуло.

— Поразительное недоразумение! Опаснейшее заблуждение! — подтвердил Шустрик.

— Ничего, сейчас недоразумения все, какие есть, разрешим, — пообещал Дед Мороз. — Собаку — в прокат!

И стукнул посохом по земле.

«Пурга» в тот же миг очутилась на прилавке у Аристарха Никифоровича Выдворянинова, исправная и даже вычищенная. Каждая деталька смазана, подрегулирована, затянута, а шёрстка будто ещё гуще сделалась, белее и шелковистее.

Аристарх Никифорович от её внезапного появления шампанским поперхнулся (у него как раз знакомый милиционер сидел, который на вокзале дежурил). Открыл дверцу — а в собаке два конверта. Ему — купон на скидку в мебельном салоне, а милиционеру — путёвка в дом отдыха, на три лица — с супругой и тёщей.

— Вам, — сказал Мороз, обращаясь к волшебным человечкам, — благодарность в приказе за решительные действия. Прямо сейчас редактор к стене кнопкой прикалывает. Не верите?..

И стукнул посохом второй раз.

Тут все трое очутились в празднично убранной библиотеке, а на стене — так и есть — приказ с благодарностью. Книжные человечки собрались, смотрят, читают. Героев увидели, зашумели, к столу повели угощать. Мямлика под руки взяли, потому что ноги у него ещё сильно заплетались.

— Ну а вы, — обратился Мороз Иваныч к Даше и Андрейке. — Домой хотите?

— Хотим, — пролепетали дети еле слышно. Снегурочка подошла к Деду Морозу и что-то шепнула на ухо.

— Так… — проговорил Дед Мороз, — нога, значит… Ничего, и это сейчас уладим. — А у детей спросил: — Какие хотите подарки?

Даша и Андрейка молчат.

— Ну! — говорит Мороз. — А то передумаю.

— Куклу с платьями, чтобы говорить умела, — прошептала Даша. — И к маме…

— Игру с погонями, — попросил Андрейка. — И чтобы тоже… домой.

Поцеловала Снегурочка обоих в щеки, ударил Дед Мороз посохом — и вот уже дети стоят возле дома, у самой парадной.

Глава восемнадцатая

СЧАСТЛИВЫЙ КОНЕЦ И НОВОЕ НАЗНАЧЕНИЕ

А за минуту до этого мама и папа примчались к дому на машине «скорой помощи». Главный врач сдержал своё обещание и не стал отвозить папу в больницу. Но теперь следовало доставить больного в его квартиру, чтобы оказать ему там скорую медицинскую помощь.

— Ой… — прошептала мама и схватилась за грудь. — У нас свет в окнах не горит!..

— Как не горит! — испугался папа и спрыгнул с носилок. — Нет, нет, ты, верно, не в те окна смотрела. Наши-то как раз все горят, полная иллюминация.

Мама посмотрела на папу, затем снова на окна и сказала удивлённо:

— Да, правда, теперь я вижу, что горят. А что, нога у тебя не болит больше?

Тут и врач, и санитар, и водитель, и сам папа поняли, что нога-то не болит уже.

— Позвольте, — сказал врач и засучил папе штанину. — Что же это?.. Только что вот здесь и ещё вот здесь имели место очень даже заметные опухоли. И я собирался вправить вам вывихи, а затем наложить на больные места тугие повязки. Но теперь я не вижу никакого смысла вас лечить. Тем более что к нам сию минуту поступил срочный вызов о том, что на соседней улице гражданка в результате чьей-то шутки выпила уксус и ей сделалось плохо.

Сказав это, врач сел в кабину, санитар задвинул на место носилки, и машина укатила.

А у парадной закружил снежный вихрь. Снег ссыпался, и на ступеньках подъезда остались Даша и Андрейка. Родители бросились к своим детям, обняли их, расцеловали и все вместе поспешили домой.

— Что же вы на улице стояли?..

— А мы вас специально встречать вышли, — сказал Андрейка и покраснел.

Когда вошли в квартиру, так и ахнули: в большой комнате стол накрыт. Ёлка — та самая, которую в лесу бросили, огнями сверкает. А под ёлкой — подарки. Кукла, совсем как живая, говорит что-то. На экране новенького компьютера — самая навороченная игра с погонями.

— Господи боже мой, дети! — всплеснула мама руками. — Ёлка-то откуда? И подарки?..

— Из леса, от Деда Мороза, — сказала Даша и тоже почему-то покраснела.

Деньги, из-за которых всё началось, она в носке нашла, когда ботинок стала снимать. Бумажка, оказывается, провалилась через дырку в кармане. Даша быстренько её обратно в ящик положила.

Едва сели за стол — часы начали бить двенадцать. Тут все друг друга расцеловали и ещё «ура!» успели крикнуть.

Мастодонт Сидорович Буквоедов вышел на работу после праздника только четырнадцатого числа. Очки свои он где-то, по всей видимости, потерял или разбил, потому что на нём теперь были другие, с дымчатыми стёклами. Для второго выпуска «Книжной правды» у него на редакторском столе накопилось множество всевозможных материалов. Был и так называемый «гвоздь» номера — мурзилкина передовица о новогодних приключениях. Редактор сел за стол, вооружился синим карандашом и погрузился в чтение. Он то улыбался, то хмурился, то хмыкал, то делал настороженное лицо. И всё время что-то подчёркивал и ставил на полях понятные только ему и наборщице закорючки.

Закончив чтение, нажал на кнопку и распорядился:

— Пригласите ко мне репортёра Мурзилку, а также стажёров Шустрика и Мямлика.

— Сию минуту, Мастодонт Сидорович, — пропела лисичка-секретарша.

Редактор приоткрыл дверь и сел на своё место за столом. На ковре появились наши герои.

— На этот раз вы были ещё более неосмотрительны, — произнёс редактор с непроницаемым видом. — Вы проехали свою станцию…

— Они сами… привязались! — вспыхнул Шустрик.

— Вам следовало спрятаться в тамбуре или перейти в другой вагон.

— Учтём на будущее, — согласился Мурзилка, отметив замечание редактора в своём блокноте.

— Затем вы довольно быстро и успешно продвигались по следу… До тех пор, пока глупейшим образом не угодили в ту же самую западню, из которой вам следовало вытащить девочку и мальчика.

Мурзилка от стыда вжал голову в плечи, а Шустрик развернул свою на сто восемьдесят градусов, затылком к редактору, полагая, что таким образом спрятался от его сурового взгляда.

— Товарищ Шустрик, прекратите паясничать, — сказал Буквоедов.

Шустрик повернул голову на место.

— Кстати, мне рекомендовали вас как способного механика и электронщика.

Шустрик насторожился, не понимая, к чему клонит редактор.

— Однако вы не справились с управлением и выбрались из ямы значительно позже, чем могли это сделать. Затем, вместо того чтобы обратить в бегство волков, вы приблизились на недопустимо близкое расстояние к медведю, нашему союзнику.

16
{"b":"13239","o":1}