ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Только когда закончился рабочий день, он настиг Любовь Андреевну Постникову. А она уже выходила из своего почтового отделения и направлялась домой.

После посещения нескольких продуктовых магазинов её след обогатился запахами копчёной селёдки, хлеба, шоколадного торта, мяса, овощей, апельсинов и стирального порошка. Изголодавшийся Мурзилка не отказался бы сейчас ни от апельсинов, ни от селёдки…

Но вот, наконец, почтальонша отперла дверь своей квартиры, и невидимый человечек прошмыгнул вперёд неё внутрь.

Любовь Андреевна, привыкшая, как видно, к своей работе, усталой не выглядела. Она живенько приготовила себе хороший обед из четырёх блюд и с аппетитом поела. Потом она прилегла на диван, включила телевизор и долго пила чай, закусывая шоколадным тортом. А Мурзилка отправился на кухню и тоже хорошенько подкрепился.

Скушав половину торта, хозяйка зевнула, потянулась… и Мурзилка решил, что сейчас она ляжет спать. Но Любовь Андреевна потянулась не просто так, а к телефону; набрала номер и затянула неторопливую беседу с какой-то своей знакомой.

Разговор затянулся на два с половиной часа и поразил Мурзилку полной бессодержательностью. Он состоял из какого-то бессмысленного набора слов, звуков и междометий. Под все эти «да… да… не говори… угу… а он?.. а она?.. вот так… ага…» Мурзилка незаметно для себя уснул прямо на письменном столе.

Внезапно прямо над ним вспыхнула настольная лампа, осветившая лицо почтальонши. Мурзилка подскочил, метнулся туда-сюда, едва не свалился на пол, схватился за шапку… И только тут сообразил, что он невидимка. Перепрыгнув на подоконник и, оказавшись позади лампы, он стал следить за действиями подозреваемой.

Между тем, Любовь Андреевна поставила на столе возле себя электрический чайник и вынула из сумки несколько конвертов, облепленных иностранными марками. Взяла верхний, привычным движением ощупала, посмотрела на просвет, понюхала и, удовлетворённо кивнув, положила перед собой.

— Конвертик из Австралии, — пробормотала она себе под нос. — А что у нас в Австралии? Фунты стерлингов. Нет, кажется, доллары. Сейчас узнаем…

Подержав конверт на пару, она пинцетом разъединила место склейки. Вынула письмо, развернула — и на стол выпорхнула иностранная купюра.

— Правильно, доллар австралийский, — похвалила сама себя почтальонша. — Двадцатка. А сколько это по-нашему?..

Шевеля губами, она стала считать на калькуляторе свою прибыль, затем вложила письмо обратно в конверт, заклеила и придавила словарём. Взяла следующий, ощупала, посмотрела на просвет и забросила обратно в сумку.

— Жмоты, — вслух прокомментировала она свои действия.

В четвёртом и пятом снова оказались денежные купюры. Настроение у почтальонши улучшилось, она даже забубнила какую-то песенку про «Вологду-гду»…

А Мурзилка, который уже обыскал всю квартиру и сделал достаточно снимков, обличающих почтовую воровку, спрыгнул с подоконника первого этажа на газон и отправился в редакцию.

Глава четвёртая

ВОДКА И ПОЛИТИЧЕСКИЕ УБЕЖДЕНИЯ

Агент Мямлик даже не подумал заниматься хлопотной слежкой за порученным ему объектом, а для начала узнал его домашний адрес через базу данных. Убедившись, что сантехник Хохрюшкин проживает непосредственно в соседнем доме, Мямлик обратился за помощью к Винтику и Шпунтику. А те в два счёта смастерили ему из листа бумаги, нитки и нескольких тонких реек отличный управляемый дельтаплан.

Конечно, любого другого они бы не пустили в полёт без тренировок, но все уже знали, что этому сделанному непонятно из какого материала толстенькому человечку не опасны ни падения с любой высоты, ни удары любой силы. Вкратце объяснив что к чему, героя усадили на жёрдочку и без лишних слов спихнули с перил балюстрады.

Оказавшись в свободном полёте, Мямлик ощутил огромное удовлетворение. Он потянул за ниточку слева — и дельтаплан послушно повернул влево; он потянул у, что справа, — и совершил головокружительный вираж вправо и вниз. Восходящие потоки подхватили его и плавно вознесли над крышами домов. Мямлик стал описывать над домами широкие круги, плавно снижаясь. На уровне восьмого этажа, где находилась комната подозреваемого, он уже так хорошо наловчился управлять дельтапланом, что влетел аккурат в форточку нужного окна.

Спланировав на стол, он угодил в забитую окурками и объедками тарелку, по всей видимости, одновременно служившую хозяину и пепельницей, и помойным ведром.

Мямлик отряхнулся, спрятал дельтаплан под диван и забрался на шкаф. Здесь, под потолком, он обнаружил кучу старых, пожелтевших, покрытых пылью газет и с удовольствием углубился в чтение.

Вскоре появился хозяин.

Хохрюшкин поработал всего часа полтора, но и эти полтора, как видно, здорово его измотали. Он с грохотом выставил на стол две бутылки пива, бутылку водки, кильки в томате, плавленый сырок, хлеб, начал доставать из мешочка куриные яйца. Несколько яиц разбились по дороге, Хохрюшкин влез в них руками, нецензурно выругался и вышел из комнаты. В кухне зашумела вода, начала ворчать какая-то старуха, Борис Петрович нехотя с ней переругивался.

С соседями он не ладил, поэтому предпочитал готовить у себя в комнате на электрической плитке. Он поставил на плитку сковороду и, пока жарилась яичница, успел открыть консервы, развернуть сырок, нарезать хлеб и откупорить пиво. Налив себе полный стакан, он выпил пиво, как показалось, двумя глотками. Налил ещё, выпил. Несколько минут смотрел на бутылку с водкой, будто гипнотизируя, потянулся к ней и стал неторопливо открывать.

Прошло часов шесть или восемь, начало темнеть. Сантехник выходил на улицу за второй бутылкой, долго пропадал и вернулся не только с бутылкой, но и с синяком под глазом. Включил радио (телевизора в комнате не было) и, выпив водки, он стал подробно комментировать транслировавшуюся в эфире передачу о международной политике.

На бельевом шкафу, в котором Хохрюшкин хранил продукты питания (холодильника у него не было) давно уже скучал Мямлик. Он прочитал все имевшиеся здесь старые газеты и решил, что этот поток сознания необходимо направить в нужное русло. Он съехал по дверце на линолеум и по ножке стола залез прямо на усеянную сухими хлебными крошками липкую клеёнку.

Хохрюшкин появлению Мямлика не удивился.

— Ну что, зелёный, — тоскливо произнёс он. — Опять будешь душу из меня тянуть?

Мямлик тоже не удивился, он вообще не был способен чему либо удивляться.

— Что же ты так распух… — продолжал хозяин. — Выпить хочешь?

— Давай, — легко согласился Мямлик.

Хохрюшкин лукаво сощурился:

— А ведь опять обманешь, не выпьешь…

— Не обману, — пообещал Мямлик.

— Ладно, пей, — недоверчиво и даже как-то злорадно произнёс Хохрюшкин и налил зелёному чёртику полный стакан.

Мямлик обхватил стакан пухлыми ручками и, одновременно наклоняя его и вытягиваясь на цыпочки, стал шумно пить.

С каждым глотком его туловище раздувалось, но голова, ручки и ножки оставались при этом маленькими.

Выпив всю водку до последней капли и увеличившись в объёме ровно втрое, Мямлик залихватски оттолкнул от себя стакан, и тот закачался, закрутился быстрее и быстрее, завибрировал и замер.

Некоторое время Хохрюшкин молча смотрел на стакан и на своего удивительного собутыльника, затем поднялся, протянул Мямлику руку и, тряхнув головой, выдохнул:

— Уважаю…

Мямлик дал ему потрясти свою руку, которая вытянулась и стала доставать до поверхности стола.

— Политические убеждения? — осведомился Хохрюшкин, закуривая папиросу.

— Патриот крайне экстремальной ориентации, — сообщил Мямлик. — Партия свободных радикалов.

Хохрюшкин не понял, но снова сказал «уважаю» и протянул руку.

Мямлик протянул чайную ложку, и Хохрюшкин её пожал.

Мямлик вытянулся и отдал честь по-военному.

Опрокинув стул, Хохрюшкин тоже поднялся и отдал честь.

— Наливай, — приказал Мямлик.

К полуночи свободный радикал стал похожим на раздувшуюся резиновую грелку, а его собутыльник — на огромную тряпочную куклу. Никакие уловки, почерпнутые Мямликом из детективной литературы, применительно к сантехнику Хохрюшкину не работали. Если Мямлик плавно переводил разговор на жильцов из высотки, Хохрюшкин начинал ругать правительство Аргентины. Если Мямлик намекал на нетрудовые доходы некоторых из этих жильцов, понаставивших себе якобы золотых унитазов, Хохрюшкин принимался честить султана Бахрейна. Когда Мямлик напрямую заговорил о кражах, сантехник Хохрюшкин обвинил во всех бывших и будущих кражах председателя жилищного хозяйства Маслобойникова.

20
{"b":"13239","o":1}