ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Проблема номер один, — сказал Мямлик.

— Какая же «три»?! — Шустрик изумлённо воззрился на своего друга.

— «МЖ», — ответил Мямлик.

Мурзилка раскрутился в кресле.

— «МЖ»… Что бы это значило? Они говорят, что после операции «МЖ» зоопарк превратится в один сплошной Лас-Вегас… Хорошо, пусть «МЖ» будет нашей проблемой номер три.

— Она же и есть два, — окончательно запутал всех Мямлик.

В этот вечер полковник Мудрый лёг спать пораньше. Он очень устал и у него болела голова. Но едва только он расслабился и задремал, как у самого его уха противно засигналил телефон.

— Алло, — проговорил он слабым голосом.

Лежавшая рядом супруга, волосы у которой были закручены на бигуди, заворочалась и заворчала.

— Товарищ полковник, примите экстренное сообщение! — послышался в трубке незнакомый и довольно странный голос.

— Кто говорит?

— Из отдела расследований газеты «Книжная правда»!

— Какой газеты?..

— Неважно какой газеты, — ответил другой не менее странный голос. — Если хотите накрыть Живоглотова и его сообщников, записывайте координаты.

Роняя и опрокидывая в темноте всё подряд, Мудрый разыскал карандаш, бумагу и затем включил лампу.

— Кстати, имейте в виду, — заговорил третий, — у них заложник…

— Что? Кто!..

— Непосредственно ваш подчинённый, лейтенант Стрельцов. И я думаю, что это ваша проблема номер один.

Глава одиннадцатая

МЯСОРУБКА

Предоставив милиции действовать, человечки отправились на Сытный рынок. Там, под покровом ночи, они надеялись как-нибудь прояснить, по определению Мямлика, проблему номер четыре.

В огромном торговом зале пахло землёй, картошкой и апельсинами. Прибор ночного видения показывал на экране контуры ящиков, мешков и прилавков. Мурзилка включил микрофон, «Лиса» поводила ушами. В динамиках послышалась мерная производственная возня: гул электромотора и мощное чавканье. Источник находился поблизости от того самого дворика, в котором происходил таинственный обмен продуктами. Разгадка была близка…

Внезапно в прибор ночного видения ударил свет фонарика, и «Лиса» на мгновение ослепла. Шустрик переключил режим светопередачи, и человечки увидели того, кто светил. Это был Иван Андреевич Корнеев, который работал теперь на рынке ночным сторожем. Он ходил по торговому залу и при свете фонарика подбирал съедобные остатки для своих питомцев.

— Собачка… — проговорил он рассеянно. — Как же ты попала сюда?

Он наклонился и погладил рыжую дворнягу.

— Странная собачка… — Иван Андреевич поднялся с корточек. — Как будто не живая. М-да… Ладно, я пойду. Мне тут нужно один замочек открыть…

Уже вторую ночь Корнеев пытался проникнуть в секретное помещение, которое директор рынка Михаил Амбросиевич Деляга отгородил стальной дверью и в котором, по убеждению Ивана Андреевича, творились те самые «тёмные делишки», о которых он говорил сегодня днём лейтенанту Стрельцову. На этот счёт у него была своя собственная теория. Он предполагал, что в продукты здесь добавляют некое вредное вещество, из-за которого звери болеют и теряют в весе. Он думал, что новый директор хочет уморить животных, а затем распорядиться землёй в своих интересах. И он был не очень далёк от истины.

Корнеев остановился перед железной дверью и начал ковырять замочную скважину собранными у себя в квартире старыми ключами. Провозившись минут десять, он с радостью ощутил, как один из них поворачивается в замке. Ещё немного усилий, и тяжёлая дверь поддалась под его ладонями и медленно растворилась внутрь. «Лиса» мгновенно проскочила в помещение и спряталась под лавку.

В глаза Ивана Андреевича ударил яркий свет. Он заслонился, медленно отнял руку и осмотрелся. Два мужика в клеёнчатых фартуках работали на огромной мясорубке, возвышавшейся на специальном дощатом помосте. Они что-то сыпали, пихали и пропихивали толкушкой в жерло. Несколько женщин раскрашивали висевшие на крюках мясные туши, разложенные на столах фрукты и овощи…

Мясники увидели сторожа, сорвались с места, схватили его, скрутили и стали бить. Потом один из них подошёл к телефону и заорал в трубку:

— Алло, Амбросиевич? Лазутчика поймали! А?.. Новый ночной сторож. Тихоней прикидывался, листики капустные собирал. А?.. Отмычками, ключами, то есть. Целую связку притащил, специально готовился. В чулан? Вас дожидаться? Хорошо, понял!

Связанного по рукам и ногам Корнеева запихали в чулан и оставили лежать в темноте на каменном полу.

Работа в цеху возобновилась. Суть процесса сводилась к следующему. В мясорубку пихали размоченные в воде рулоны туалетной бумаги и сыпали соевую муку. Из дырочек лезла похожая на глину серая масса. Эту массу выкладывали в форму и обжигали в шкафу, затем вешали на крюк и толкали к женщинам, которые стояли наготове с кисточками и красками.

— Всё ясно, — сказал Мурзилка. — Проблему номер четыре можно закрыть и передать в милицию. Надеюсь, что в это время гражданин Толстомясов уже арестован и даст все необходимые показания.

Глава двенадцатая

РВАТЬ КОГТИ

Но гражданин Толстомясов арестован не был. Не был арестован и гражданин Живоглотов вместе с остатками своей банды. Прибывшая в Нехрюкино под руководством полковника Мудрого группа захвата обнаружила в указанном месте только избитого и связанного Балду, который сам толком не понимал, что произошло.

А произошло вот что.

Поздним вечером вернулся Клоп — вместе с директором зоопарка, Васей Болдиным и связанным по рукам и ногам милиционером. Последнее обстоятельство было Живоглотову на руку: заложник мог пригодиться на крайний случай. Он велел Очкарику проверить людей и автомобиль — нет ли какого-то подвоха. Вооружившись специальным приборчиком, тот обшарил автомобиль изнутри и снаружи. Забрался под днище, в самую грязь, и сказал оттуда, что «всё чисто». Потом проверил лежавшего на заднем сидении Стрельцова, потом Клопа, потом дядю Петю и, наконец, Балду. Поводив приборчиком по его штанине, Очкарик на мгновение замер, затем повернулся к шефу и сказал:

— Михась, это подстава. Надо рвать когти.

Первым на эти слова неожиданно отреагировал дядя Петя. С проворством, которого от него трудно было ожидать, Толстомясов бросился к своему автомобилю. Сшибая всех на своём пути, он в два счёта оказался за рулём и, пробуксовав всеми четырьмя колёсами, сорвался с места.

Когда бандиты утёрли грязь с физиономий и протёрли глаза, машины не было ни видно, ни слышно.

Михась подошёл к Балде вплотную и некоторое время молча дышал на него.

— Ты… меня… мусорам сдал? — произнёс он наконец.

Потерявший от страха способность говорить, Балда энергично замотал головой.

— А может, и не ты… Всё равно, бейте его, ребята.

Били второпях, но от души.

Вцепившись в руль, Толстомясов долго носился впотьмах по бездорожью, пугая мощными фарами ежей и лягушек. Наконец, совершенно случайно, он вылетел на шоссе. Загудев, рискованно вильнул в сторону бензовоз.

Проехав несколько километров по ровному, освещённому асфальту, дядя Петя постепенно обрёл способность соображать. Он остановился у обочины и вытащил из кабины Стрельцова. Разрезал верёвки, хлопнул дверцей и умчался по направлению к городу.

А Стрельцов поднялся, размял ноги и тоже пошёл по направлению к городу, голосуя на ходу попутные машины. Но никто и не думал останавливаться.

Банду Живоглотова удалось обнаружить только засветло, когда над местностью начали кружить вертолёты. После непродолжительной перестрелки всех шестерых уложили носами в мокрые листья и защёлкнули за их спинами наручники. Полковник Мудрый, находившийся в самом центре событий с пистолетом в одной руке и с мегафоном в другой, улыбнулся впервые за последние двое суток. Даже касательная рана на виске, которую он получил, едва не напоровшись на сук, ничуть его не раздосадовала.

Приблизительно в это же время происходило задержание на Сытном рынке.

32
{"b":"13239","o":1}