ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

На схеме водопроводной станции было видно, что оба входа, главный и служебный, охраняются милиционерами. Существовал ещё один проход — через расположенную в подвале кочегарку, и этот проход никем не охранялся. А сами кочегары, как известно, ночью почти все спят.

Так было в документах, которые нарочно отдали в распоряжение Собакина. И именно там, на пути из кочегарки к главному очистительному резервуару, майор Алмазов расставил на каждом шагу своих людей.

В полночь Алмазову сообщили, что Собакин покинул гостиницу.

Но время шло, а в кочегарке, дверь которой закрывалась изнутри на ржавый крюк, никто не появлялся. Через вахту служебного входа прошла ночная уборщица Клавдия Васильевна. Стайка подгулявшей молодёжи хлопнула петарду, пошумела, и опять сделалось тихо.

В это время Иван Ильич Водопьянов, главный инженер станции, находился возле большого очистного резервуара. Сидя на табуретке, он возился с разобранными приборами. Оперативники СМЕРШа уже много раз велели ему уходить домой, но он только повторял: «Сейчас, минуточку, одну секунду, уже почти готово…» А крошечная пружинка, которую он направлял кончиком отвёртки, всё никак не хотела попадать в предназначенное для неё крошечное гнездо.

В своё обычное время появилась уборщица. Одетая в синий форменный халат, согнувшись в три погибели и надвинув на глаза нелепую яркую панаму, она деловито возила мокрой тряпкой, намотанной на швабру, по блестящему кафелю.

— Клавдия Васильевна! — позвал её Иван Ильич. — Подержите пожалуйста вот этот прибор вот так, горизонтально, чтобы я мог попасть…

Уборщица отложила швабру, подошла и взяла прибор.

— Перчаточки резиновые у вас, парфюм… Окультуриваетесь, Клавдия Васильевна?..

Пружинка наконец щёлкнула, встав на своё место. Иван Ильич поднял глаза.

— Что это у вас с лицом… А где Клавдия Васильевна?..

Через прорези резиновой маски на инженера смотрели злые глаза шпиона Собакина. В следующее мгновение злодей ударил Ивана Ильича ребром ладони по шее, и тот свалился с табуретки.

Но удар не достиг цели: шпион давно не упражнялся и потерял навыки секретных приёмов. Иван Ильич поднялся и, потирая ушибленное место, пробормотал:

— Что происходит?..

В это время Собакин уже приблизился к краю главного резервуара и вынул из кармана пузырёк с прозрачной жидкостью. «Отрава!» — догадался Иван Ильич. Схватив табуретку, он шагнул вперёд и со всего размаха треснул негодяя по затылку. Тот пошатнулся, замахал руками, но сумел удержаться. Сорвав с себя покосившуюся резиновую маску, он набросился на инженера. Они повалились на пол, завязалась борьба.

Ослабленный поносом, негодяй вскоре оказался на лопатках.

— Сюда! — крикнул Иван Ильич. — Ко мне! Он здесь, здесь!..

И в это мгновение шпион чиркнул его по лицу отравленным ногтём.

— Это цианид, — прошептал Собакин. — Ты уже труп.

— Тогда и ты труп, — сказал Иван Ильич, вырвал из его пальцев пузырёк, сорвал зубами резиновую пробку и влил содержимое Собакину прямо в горло.

Тот поперхнулся и закашлялся. Глаза его от ужаса едва не вылезли из орбит.

— Что вы сделали! — прохрипел он сквозь кашель. — Вы сошли с ума! Врача мне, скорее врача!..

— Никому не приближаться! — прогремел откуда-то голос майора Алмазова. — Всем оставаться на местах! Вступает в действие план «Б»!

Вышли люди в скафандрах и серебристых комбинезонах. Они включили пульверизаторы и опылили всё помещение дезинфицирующим составом. Собакина запаковали в полиэтилен и вынесли на улицу, где стояла специальная инфекционная «скорая». Приехавшие на ней врачи были одеты в резиновые костюмы и противогазы. Затолкав Собакина внутрь, они умчались.

Пошатываясь, вышел на улицу Иван Ильич Водопьянов. Он сделал несколько шагов по газону и упал лицом вниз. Он был совершенно здоров, только сильно устал и переволновался. Рядом сел на траву и закурил папиросу майор Алмазов. Он был сильно обескуражен: всё произошло совсем не так, как он предполагал.

Глава шестнадцатая

В ЛОГОВЕ ЗВЕРЯ

Ровно в полночь, в тот момент, когда шпион Собакин вышел из гостиницы, Гога открыл глаза. Он находился в помещении, похожем на школьный физкультурный зал. Множество лампочек создавали яркий, режущий глаза свет, будто на операционном столе. Окон совсем не было, где-то в вентиляционной трубе гудел кондиционер.

Послышались шаги, дверь отворилась. Вошёл высокий мужчина, одетый в белое кимоно, подпоясанное чёрным поясом. Следом за ним, скромно держась вдоль стенок, проследовали пятеро одетых по-спортивному китайцев.

— Простите, что так бесцеремонно, — заговорил высокий. — Мне нужно задать вам несколько вопросов. А поскольку я человек крайне занятой, мы будем общаться, не отвлекаясь от моих занятий.

— Кто вы? — спросил Гога.

— Можете называть меня Хирург. Почти то же самое, что доктор. А с доктором нужно быть предельно, предельно откровенным.

Началась тренировка: китайцы всевозможными способами нападали на Хирурга, тот ловко отбивался.

— Подключайтесь, юноша! У вас бледный вид; двигайтесь, разогревайтесь!

Не успел Гога ничего сообразить, как его взяли с двух сторон за руки и бросили прямо на Хирурга.

Тот встретил мальчика ударом ноги в живот. Гога отлетел шагов на десять и потерял сознание. Придя в себя, он услышал оглушительный звон. Разминка врукопашную закончилась; теперь все бились на мечах.

— Вы совсем не держите удар, — сказал Хирург. — Не мышцы, а какой-то кисель пополам с манной кашей. Возьмите меч и нападайте.

Гога взял меч двумя руками и, размахнувшись, с криком побежал на своего врага. Обрушивая на него удар, он был уверен, что по меньшей мере разрубит его пополам.

Но его противник, не сдвинувшись с места, отвёл удар кончиком клинка, и Гога позорно завалился.

— Осторожнее, вы можете себя поранить или даже убить. А мне необходимо успеть задать вам несколько вопросов. Попробуйте ещё.

Гога поднялся и, тяжело дыша, принялся неумело нападать, нанося удары с разных сторон — и так и этак. Его разворачивало и бросало из стороны в сторону. Противник улыбался и почти не двигался с места.

— Отвечайте, не задумываясь: кто дал вам камеру? Кому вы передавали отснятый материал?

— Не знаю…

— Отвечайте, или нападать буду я. Но не надейтесь на лёгкую смерть. Я буду резать вас медленно, скальпелем, как на операции.

Хирург выбил у Гоги из рук меч, и отложил в сторону свой. Вынул из железной докторской коробки скальпели, целую горсть, штук двадцать.

Гога попятился, прижался спиной к стене и замер. Просвистев в воздухе, один за другим скальпели вонзились в стену, пригвоздив к доскам одежду и почти не задев кожу. Дёрнувшись туда, сюда, Гога понял, что ему не вырваться.

— Вы боитесь боли? Но у меня больше нет никакого наркоза. Говорите, говорите, юноша; тогда вы, быть может, легче перенесёте этот кошмар…

— Прекратите, вы не понимаете, дом окружили! — крикнул Гога в отчаянии.

— Чепуха, блеф, никто не знает, что вы здесь.

— Правильно, они не знают, что я здесь, но они сказали, что арестуют всех сегодня ночью!

Гога действительно немного блефовал: от майора Алмазова он слышал, что всех арестуют на рассвете. А до рассвета было ещё далеко.

Секунду поколебавшись, Хирург взял рацию:

— Что ж, это легко проверить. Первый!

Никто не отвечал.

— Второй!

Нет ответа.

— Третий… Четвёртый… Пятый…

Никто из десяти человек выставленной вокруг дома охраны ему не ответил.

Бросив рацию, Хирург стрельнул глазами по сторонам.

— Кранты, — прошептал он, забыв про мальчика. — Надо линять…

Бросившись в угол зала, оттащил маты и, дёрнув за кольцо, откинул дверцу потайного хода. Словно под воздействием левитации, оттуда выплыл закутанный в чёрные одеяния суперниндзя.

Хирург бросился назад, схватил из коробки горсть скальпелей и с пулемётной скоростью один за другим метнул их в «привидение». Но ещё быстрее суперниндзя выхватил из-за спины свой меч — и все скальпели, ударившись о клинок, со звоном разлетелись в стороны. Рядом с первым из воздуха материализовался второй суперниндзя, шагнул к метателю и плашмя треснул его мечом по голове.

52
{"b":"13239","o":1}