ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Сорока удивлённо обернулась.

— Погоди… — на лице Мямлика отразилось сомнение. — Ты уверен, что у тебя сейчас нет другого, ещё более заветного желания? Ну, чем оказаться у нас в редакции?

— Нет-нет… — ответил Шустрик нетерпеливо. — Что ты его слушаешь? Конечно нет, открывай, крошка!

Сорока провернула ключ на сорок пять градусов. Откуда-то начала играть приятная мелодия. Одновременно послышался треск входной двери, засов которой уже держался на последнем гвозде.

— Глупые, самоуверенные репортёришки! — не унимался Сверчок.

— Погоди! — снова сказал Мямлик. — А что если он тоже… ну, живая проекция, а не программа?

— Программа, программа, я же разбираюсь!..

Сорока повернула ключ ещё на сорок пять градусов. Послышалось поскрипывание, и волшебная дверца стала медленно приоткрываться. В щёлке показалась полоса света.

— Ну, вот и всё, прощайтесь со своими никчёмными жизнями, упрямые недоумки, — проскрипел Сверчок.

— Глупости, глупости, — заторопил Шустрик. — Скажи ещё, что он лучше меня разбирается в электронике.

В ту же секунду входная дверь слетела с запора. Двухголовое чудовище, потерявшее нюх, с хрипом закрутилось по тесной каморке. Одной головой оно проглотило метнувшуюся в панике крысу Шушару, другой — появившегося в дверях Джузеппе по прозвищу Сизый Нос. С Карло они разминулись из-за того, что Джузеппе на минутку спустился в винный погребок.

Шустрик потянул волшебную дверцу на себя.

— Стой!! — крикнул вдруг Мямлик, уловив, наконец, мысль, которая вертелась у него перед носом. — Назад!!!

И он сам захлопнул дверцу и повернул ключ обратно на девяносто градусов.

— У него тоже заветное!.. Сильнее нашего во сто крат! Он только на это желание и запрограммирован!.. Сожрать нас и самоуничтожиться! Почему ты думаешь, что наше желание исполнится, а его — нет?!

— Об этом я не подумал, — удивился Шустрик.

— Тьфу на вас, — сказала сорока и, приподняв край холста, вылетела на улицу.

Взревев как пароходная сирена, «Мордоворот» бросился за ней.

Теперь, когда собаки не было рядом, можно было снова открыть дверцу и покончить раз и навсегда с этим затянувшимся недоразумением.

— Где ключик? — сказали Шустрик и Мямлик, глядя друг на друга, в один голос.

Поняв, что сорока снова уносит ключик, коллеги выбежали из каморки и помчались по главной улице в обратном направлении.

Глава семнадцатая

ЗАПАДНЯ

Оказавшись на мостовой центральной улицы, Мямлик снова сгруппировался в шарик и покатился, поскакал, ничего не видя перед собой. Зато Шустрик всё очень хорошо видел и вскоре заметил впереди, прямо на пути у «Мордоворота», скопление полицейских. Шустрик удивился, сбавил ход и настроил зрение на двадцатикратное увеличение… Сетка! От стенки до стенки улицу перегораживала тонкая рыболовная сеть.

Сорока набрала высоту и скрылась за домами. А «Мордоворот» влетел в сеть, попал всеми четырьмя лапами в ячейки, забарахтался и издал такой рёв, что посыпались стёкла из окон.

Мямлик влетел в сеть за ним следом.

Полицейские моментально спеленали, скрутили обоих, перетянули верёвками и ремнями. Затем прицепили к шесту и, в сопровождении шумной толпы зевак, понесли в городскую тюрьму.

Из окна гостиницы выглянула лиса Алиса.

— Смотрите, этот тоже был с ними! — крикнула она, указывая на Шустрика, в растерянности остановившегося посередине улицы.

— Был с ними! — эхом подтвердил показавшийся рядом с лисой кот Базилио, притворявшийся слепым.

И, не успел Шустрик ахнуть, как со всех сторон, с крыш и из подвалов, на него набросились полицейские. Их собрали здесь со всего города, и они ещё не успели вылезти из всех засад. На железного человечка набросили рыболовную сетку и поволокли его прямо по мостовой.

Глава восемнадцатая

В ТЮРЬМЕ

В городской тюрьме имелась только одна камера. В ней держали преступников до суда, а потом отправляли на виселицу или на каторгу. Камера пустовала уже месяц, потому что страшных преступлений в городке никто не совершал, а мелкое дело удавалось уладить без суда, заплатив кому надо сколько следует.

Привели кузнеца, и он приковал «Мордоворота» к цепи толстыми железными кольцами за обе шеи. На губах пса белела пена — верный признак бешенства. Кузнец загнал в обе пасти стальные распорки и крепко-накрепко обмотал челюсти собаки стальной проволокой.

— А с этими что делать? — спросил начальник тюрьмы у полицеймейстера, указывая на Шустрика и принявшего свою нормальную форму Мямлика.

— С этими?.. Они, надо полагать, из кукольного театра синьора Карабаса Барабаса. Стало быть, ему тоже следует предъявить обвинение в пособничестве. Если куклы подтвердят его вину на очной ставке, синьору Карабасу придётся раскошелиться. Мы все будем иметь хороший кусок — и вы, и я, и судья, и синьор градоначальник…

Тяжёлая дверь захлопнулась, загремел засов. В камере сделалось почти совершенно темно. Крошечное зарешётчатое окошко под потолком совсем не пропускало света.

— Куклы подтвердят вину синьора Карабаса? — сказал Мямлик.

— Подтвердят! — откликнулся Шустрик.

Наступил вечер, а потом ночь, и два сотрудника Отдела репортёрских расследований приуныли. Дорога домой снова была для них отрезана, будущее представлялось неопределённым.

Посреди ночи, когда молчание затянулось, наверху послышалась возня. В маленьком окошке, на фоне бледной луны, возник силуэт птицы.

— Эй, человечки, — послышался голос «крохи». — Скажите спасибо черепахе, она снова меня прислала к вам.

— Где ключик? — оживились Шустрик и Мямлик.

— На месте, — сорока повертела ключиком на лапе. — А это пилка для железа. Я стащила её в мастерской ювелира. Кто-нибудь из вас может сюда забраться?

— Может, — ответил Мямлик. — Мы бы давно ушли, только не знаем, что делать с этим… — он кивнул на «Мордоворота».

Монстр в темноте задёргался, гремя цепями, и захрипел.

— Тупик! — развёл руками и замигал лампочкой Шустрик.

Все трое задумались или сделали вид, что задумались, потому что всё, что можно, уже, кажется, было передумано.

— Я знаю что делать, — послышался тоненький писк за решёткой.

Шустрик и Мямлик подняли головы.

— Я… Хм-хм… Я, я… — говоривший ушёл в такие оперные низы, что напуганная сорока, хлопнув крыльями, отпрянула в сторону. — Я-я-я… — настроил голос неизвестный.

От странности происходящего притих даже «Мордоворот».

— Я знаю, что делать, — произнёс, наконец, нормальным голосом находившийся за решёткой. — Эй! Шустрик, Мямлик, как слышно?

— Мурзилка… — удивлённо прошептали человечки.

— Не совсем. Я за пределами картинки. Я в Департаменте, у компьютера.

— Всё равно хорошо, — сказал Шустрик. — Что нам делать?

— Прежде всего вылезайте. А после всё расскажу и покажу.

Глава девятнадцатая

«МОРДОВОРОТ» ДОЛЖЕН ВЫПОЛНИТЬ ПРОГРАММУ

Несколькими часами раньше в лаборатории «дежурных по картинкам» происходило взволнованное обсуждение. Все трое — и прибывший по пневматической трубе Мурзилка, и Неделькин с Карауловым — чувствовали себя виноватыми. Первый — из-за того, что понадеялся на своих помощников и всё проспал; двое других — что запустили в книгу непроверенную антивирусную программу.

Узнав, что «Дебоширы» не вирус, и что речь идёт, не много ни мало, о жизнях волшебных человечков, Неделькин и Караулов разволновались по-настоящему.

— Нам не остаётся ничего другого, как пойти и доложить обо всём случившемся, — сказал Караулов.

— А что дальше? — возразил ему Неделькин. — Нам же самим и прикажут наводить порядок. Это как бы наша с тобой работа, если помнишь.

— Да… — почесал затылок Караулов. — Мы сами должны решить эту проблему. На создание «СуперМордоворота» понадобится часа четыре или восемь…

— Это много, — заметил Неделькин. — К тому же мы не сможем запустить такого зверя без проверки. А проверка по всем параметрам займёт…

73
{"b":"13239","o":1}