ЛитМир - Электронная Библиотека

— Аргентор, уходите! Без вопросов!! — вдруг крикнул Джек. — Всем немедленно покинуть зону противника!

На борту неподвижного транспортника вдруг что-то изменилось — медленно вспучились щитки обшивки, и в стыках прорвался свет. В следующий момент сорвало носовой отсек и в прореху хлынуло пламя.

С бешеной скоростью десантный глайдер уносился от разлетающегося в клочья корабля. Серыми молниями брызнули прочь боевые катера. Где-то в центре огненной каши рвануло ещё раз, и дискретными волнами начал расширяться световой поток. Удар достиг неподвижного "Беовульфа", но линкор мгновенно окутался полем, и лишь дрожь переборок и сигнальное гудение управляющей консоли засвидетельствовали о том, что смерть была слишком близко.

— Не о чем беспокоиться. — предупредил все вопросы Джек Бегунок. — если бы мы не предусмотрели подобные ситуации, грош была бы нам цена.

На боковом экране восстановилось изображение.

— Есть раненые. — кратко сообщил Аргентор. — Слишком быстро пришлось взять старт.

Сам он был растрёпан, со ссадиной на щеке, но совершенно не испуган.

Когда все вернулись на борт "Беовульфа", у Наяны нашлось много работы — форсажный старт принёс десантникам много увечий. Группа из пятидесяти человек стояла в шлюзе и готовилась к высадке на транспортник. Экраны как раз показывали, как робот прорезал последнее препятствие ко внутренним помещениям вражеского корабля, как в следующий момент раздался крик Джека. Люди не были готовы к столь быстрому старту и просто влетели от перегрузок в стену. Хорошо, что скафандры обладают собственной интеллектуальной системой контроля, и мгновенно опустили щитки шлемов — воздух в момент улетучился из отсека через разорванную кишку перехода.

Их, конечно, хорошо ещё тряхнуло — никакое другое судно не выдержало бы такого удара в непосредственной близости от взорвавшегося корабля, но людей спасло защитное поле. Да, Аргентор хорошо продумал все детали будущей операции, а Джек многое подсказал ему.

И, тем не менее, раны были очень болезненны — переломы, сотрясения мозга и даже двое с раздавленными грудными клетками — сорвалась панель экрана со стены. Зато, наконец, у Наяны нашлось чем заняться — один за другим раненые поднимались на ноги и благодарили жену командора. Это дало ей иллюзию собственной полезности.

Дело в том, что Аргентору ничто не стоило наделить подобным свойством самовосстановления любого члена экипажа — Силы позволяли. Но, ради Наяны он этого не сделал. Только никто ей о том не сказал.

Глава 4

Итак, первая битва закончилась практически ничьей. Рушер потерял один транспортник, но зато кое-что узнал о вооружении противника. У Аргентора потерь не было, но он выдал в этом маленьком сражении некоторые из своих возможностей, однако далеко не все. Так что, особенно печалиться нечего, осталось только забрать маячок и подождать возвращения разведчика.

Маленький спутник исправно сигналил, несясь по орбите вокруг планеты. Гоняться за ним не было смысла — меньше, чем через полсуток он подберётся к расчетному месту и будет подобран. Но с разведчиком, ушедшим вслед за Рушеровой армадой, было сложнее — он пока не отзывался. Поэтому "Беовульф" дрейфовал на орбите, ожидая каких-то новостей от командира разведывательной группы — Грифа.

В рубке остался дежурить вахтёрный, а высший командный состав отправился на отдых.

— Скажи, чем ты недовольна. — обратился к жене Аргентор, едва они оказались в своей семейной каюте. — Я всем нутром ощущаю твоё постоянное напряжение.

Она молча прошла по направлению к душу, расстёгивая на ходу молнию серебристого форменного комбинезона.

Что ему скажешь? Что она считает его затею с этим звёздным патрулём не самой умной? Что он, по её мнению, нелепо распорядился вверенными им Силами? Что она боится Рушера и считает его сильнее? Но, если она вздумает высказать это Бобу, он со вполне понятным резоном спросит её: а что она предлагает взамен? Вот тут-то Нэнси нечего сказать — она не знает, что следовало бы придумать. Поэтому, немного помолчав, она ответила:

— Наверно, это обычный страх новобранца перед первым боем. Тебе ведь легче — ты и во сне сражался, и на Рушаре был лидером.

Кажется, он понял что-то и потому смягчился.

— Прости, наверно, я действительно слишком увлёкся своей ролью. Но, знаешь, что я тебе скажу? Я бы не променял ни опасность преследования Рушера, ни даже возможную смерть на то жалкое прозябание, которое терпел в течение десяти лет на Земле. Иногда я даже завидовал Аманде. А теперь я тут, среди людей, похожих на сибианов. Но, я не знаю, что могу сделать для тебя. Всё решает лишь твоё собственное отношение к нашей задаче, твой страх и неверие.

— А, по-моему, ты просто не понимаешь, во что вляпался, и каковы последствия этого. — пробормотала Нэнси.

— А ты не понимаешь, что по сути дела совершенно не важно, в какой конкретный образ воплотить наступление на Рушера. Единственное, что решает вопрос — это личное желание участника поединка. Тот образ, то окружение, в котором он чувствует себя героем. Мне нравится Патруль, а тебе — нет. Какой бы образ ты выбрала, чтобы заставить противника тратить Силы на борьбу с тобой?

Ну вот, дождалась!

Этот разговор ни к чему и не привёл. Нэнси поспешила уединиться, а Боб снова облёкся в любимую им роль Аргентора и ушёл на встречу с экипажем в кают-компании корабля. Так получилось, к её великой досаде, что она отошла на второй план его интересов. Как же — мужчины и их любимые игрушки!

***

Резкий сигнал общекорабельной тревоги вырвал её из сна. Несколько мгновений Наяна пыталась вспомнить, что же ей снилось, но вдруг осознала, что сирена горланит неспроста — что-то случилось. Она быстро вскочила с постели, хотела разбудить Боба, но того не было рядом.

Из кают выскакивали полуодетые люди и, на ходу одеваясь, бежали кому куда предписывали правила: средний командный состав — в рубку, младший и пилоты — к своим машинам. Наяна направилась тоже в главный пилотский отсек.

Три кресла, неприкосновенных для любого на корабле, кроме командора Аргентора, старшего пилота Джека Бегунка и Наяны, пустовали. Но в самом отсеке стоял гомон, и толокся весь офицерский состав. Глаза всех были направлены на центральный экран. А там, в опасной близости от "Беовульфа" висел в черноте Космоса огромный боевой корабль. Недвусмысленные приспособления на его носу были нацелены на линкор.

— Откуда он?! — в возбуждении спрашивали люди. — Как сумел подобраться незаметно?!

— Вынырнул из нуль-пространства! — так же лихорадочно отвечал дежурный.

Джек склонился над сложной линией, танцующей на индикаторе.

— Он сигналит с самого начала появления. — пояснил дежурный. — В радиодиапазоне слышно только хрипение и визг. Мы не знаем ни его частоты, ни вида волн.

Совершенно очевидно, что Рушер перестал бегать от преследователей и перешёл в наступление. Очевидно также, что разведчик Гриф был захвачен им и допрошен. Корабль Рушера вернулся к уничтоженной им планете, чтобы встретиться с противником.

Внезапно шум в рубке прекратился — все офицеры бегом отправились к своим боевым расчётам — назревала драка. Против крейсера врага пока бросили лишь одну боевую группу — вторую. Сотня катеров вынырнула из шлюзов корабля и пустилась в облёт гостя, а линкор "Беовульф" окутался пеленой защитного поля.

Корабль противника скрылся за мерцанием — очевидно, тоже применил защитное поле. Это и неудивительно — ведь Рушер и раньше широко использовал такой метод. Мерцающую плёнку прорезали длинные вспышки, и снаряды полетели прямо в корпус "Беовульфа". Но не достигли цели — все они отразились полем, отрикошетили далеко в сторону и там взорвались.

7
{"b":"132396","o":1}