ЛитМир - Электронная Библиотека

Глава 4

За ночь снег завалил столицу, и задолго до рассвета на мощеных улицах слышался скрежет широких лопат. В императорском парке тоже не было тишины — до того, как проснется правитель и придворные, необходимо расчистить дорожки, а главное — подъездную аллею, ведь сегодня в обед сюда пожалует посол западного короля, а таким людям нельзя показывать ни одного недостатка — сразу же растрезвонят по всему миру, приукрасив да преувеличив.

В свите посла состоял и Рейдек Мур — знатный вельможа, охотник с большим стажем, часто приезжавший в северные земли империи за дорогим трофеем — саомитскими котами. Охотника знали многие, часто видели во дворце, но — не любили. И хотя сам император принимал его радушно, приближенные к правителю люди замечали за вежливостью хорошо скрытое презрение.

Сегодня Самрит Шан, глава тайной полиции империи, проснулся, пожалуй, даже раньше слуг. Он стоял перед широким во всю стену окном в своем кабинете. Снежная пелена становилась все прозрачней, и теперь лишь одинокие снежинки, кружась, плавно опускались с небес на землю.

Когда прибыли гонцы с юга, так и не найдя в маленьком городке Эште человека по имени Рион Манн, начальник тайной полиции направил Стига к волошцам, послав вперед всадника на быстрой лошади с грамотой, благодаря которой ему на любой конюшне дадут лучших скакунов. По всем соображениям Ярат мог еще пользоваться гостеприимством Арена, неофициального главы общины, которого волошцы избрали несмотря на запрет властей заниматься подобным самоуправством. Последние новости также сообщали, что теперь саоми путешествует не один. Это было неразумно с его стороны и играло на руку тем, кто давно и тщетно пытался поймать беглеца.

— Ты отправишься к волошцам, — сказал Шан своему ученику и первому помощнику, аранту по имени Стиг. — На месте действуй по обстоятельствам.

Взяв с собой восемнадцать верных людей, Стиг уехал из столицы, и как раз вовремя, потому что вчера вечером, по засыпанным пушистым снегом дорогам на восток отправились полки усмирять взбунтовавшихся арантов. Самрит Шан не знал, как отреагировал бы его ученик, узнав о происходящем. Останется ли верен своему учителю? Или вспомнит, что его семья родом из восточных лесов, площадь которых за последние годы уменьшилась на треть?

Шан отошел от окна и остановился перед картиной: среди волн, окрашенных красками заката, корабль с имперским флагом казался одинокой птицей, крылья которой вот-вот будут порваны разбушевавшейся стихией.

* * *

Девушка приходила в себя медленно. Пришлось потратить еще целый час впустую, но наконец старания Аела увенчались успехом.

— Командир! — позвал он.

Стиг подошел ближе. Девушка стояла немного неуверенно, опершись правой рукой о древесный ствол.

— Я хотела бы поблагодарить вас за помощь.

— Не за что, — ответил Стиг. — Если вам уже лучше, мы продолжим путь. Прощайте. Надеюсь, вам есть, куда идти.

Она нахмурилась, отвела взгляд.

— А… вы не отдадите мне этого коня? — девушка кивнула в сторону белого жеребца из волошской конюшни.

— Нет. Это плата за то, что мы задержались из-за вас.

Серые глаза удивленно округлились. Похоже, она рассчитывала, что коня ей все-таки дадут.

— А куда вы едете?

— В Алессу.

Теперь девушка задумалась. В это время она наверняка мысленно представляет себе карту империи, а на ней — серую ленту дороги, ведущей к побережью через перевал между Джамерьи и Чани-Саян, сворачивающей у самого городка Эште и стремящейся вдоль моря дальше, к славной своими виноградниками Алессе.

— Мне в ту же сторону, — Инга отпустила дерево, выпрямилась. — Можно мне некоторое время ехать с вами? У меня нет лошади, а у вас теперь лишний конь без седока.

— У вас есть, чем заплатить за сопровождение?

— Нет, — она пожала плечами, — ни монетки.

— А кроме денег?

Серые глаза девушки гневно прищурились:

— Ничего, что я могла бы предложить в качестве оплаты.

Стиг молча отвернулся и отдал приказ продолжать путь. Уже запрыгнув в седло, он обернулся. Инга сделала несколько шагов, но растерянно замерла посреди заснеженной поляны, все еще не веря, что пройдет минута — и она останется у дороги совершенно одна. Наверняка ей было страшно, однако девушка выглядела скорее озадаченной, чем испуганной.

— Можете ехать с нами, — сказал Стиг. — Я не возьму с вас платы.

— Нет уж, спасибо, — пробормотала Инга, — лучше я как-нибудь сама.

— Это глупо. Здесь часто нападают и на конных, а вы станете легкой добычей для любого. При виде одинокой женщины каждый второй путник превратится в разбойника.

Она передернула плечами, с сомнением глядя то на Стига, то на белого жеребца.

— Я не возьму с вас платы ни в каком виде, — добавил арант.

Инга вздохнула так, будто делала одолжение и самому Стигу, и его людям. Подойдя к волошскому коню, она без труда забралась на него, привстала на стременах, проверяя их длину. И неожиданно смущенно улыбнулась:

— Спасибо. Я постараюсь не доставлять вам беспокойства.

* * *

Каждодневные тренировки теперь большей частью проходили не за конюшней, а на широкой площадке, скрытой от всего города за южным склоном Джамерьи. Вонг взялся за обучение добросовестно, однако по-прежнему относился к Ярату с подозрением и неодобрением. Саоми решил не обращать на это внимания, хотя порой пытался завести разговор — о великих мастерах, об оружии или науке. Но Даен встречал эти попытки мрачным пренебрежением, и Ярату вновь приходилось мириться с тем, что его считают недостойным нормального отношения. Что ж, радовало, по крайней мере, что такого мнения придерживался один Вонг.

С мастером Элифом они обычно поднимались дальше, к самой вершине. Оттуда было видно всю долину Эште, и городок, и дорогу, и горную гряду на северо-западе, и море, искрящееся под зимним солнцем. Серхат раздобыла для Ярата парик — соломенно-желтый, с патлами до плеч. В этом парике его можно было принять за аранта — только меча не хватает да плаща. Приемная дочь пожилого мастера посоветовала ему дополнить образ светлой шляпой и повязкой на один глаз, и теперь вряд ли кто из горожан, увидев Ярата на улице, мог признать в нем беглеца-саоми.

Жизнь в городке казалась удивительно спокойной, и, несмотря на обстановку в империи, создавалось впечатление, что проблемы, волновавшие и арантов, и волошцев, и многих тех, кому приходилось каждый день бороться за выживание — здесь никого не затрагивали. Люди чинно прогуливались по набережной, любовались морской гладью, слушали музыку в богатых ресторанах и мелких барах, словом — просто жили. Бывало, вечерами Ярат выходил на берег и, спускаясь по каменным ступенькам к шуршащей под ногами гальке, прятался от холодного ветра у волнореза и сидел на корточках, глядя на темнеющее небо, на воду — до самого горизонта, на рыбацкие лодки у причала. Большой порт располагался в гавани соседней Алессы, и иногда вдалеке можно было увидеть паруса купеческих кораблей.

В такие вечера Ярат поздно возвращался в дом к старому мастеру — было над чем поразмышлять в одиночку, о чем вспомнить.

Мастер сдержал обещание и познакомил его с людьми, которые возглавляли подполье в приморье. Это произошло в пасмурный, дождливый день. Ни о чем не предупредив, мастер Элиф предложил Ярату пройтись вместе в западную часть города, и там, на неширокой улочке, их встретили двое и попросили пройти вместе с ними.

— Так надо, Ярат. Поверь, — сказал мастер, и только потому саоми позволил взять себя под руки, завязать плотной повязкой глаза. Он прекрасно ориентировался и вслепую, и только недоумевал — неужели эти люди надеются, что теперь он не сможет найти их убежища? Ощущения опасности не было, саоми шел вместе с провожатыми, машинально запоминая каждый поворот, считая ступеньки. А потом почувствовал вокруг себя незнакомых людей и насторожился. В этот момент с его лица сняли повязку.

50
{"b":"132409","o":1}