ЛитМир - Электронная Библиотека

— Может быть. Все равно, совершенно очевидно, ей может показаться, что я слишком легкомысленно отношусь к своим обязанностям наследника трона и не повредит дать мне понять, что лучше быть настороже, а то она назначит другую кандидатуру. Она привержена Макиавелли.

— Неужели ты серьезно? — встревожилась Виктория — Предположим, что она так сделает, хотя я и не верю в это, но неужели ты думаешь, что я смогу лишить тебя Фламинго!

Иден остановился и обернулся к ней с улыбкой. Ее сердце подпрыгнуло и забилось сильнее.

— Неужели не сможешь, любимая? А вдруг ты подумаешь, что это для моей же пользы?

Краска залила лицо Виктории до корней волос, И она смутилась:

— Не глупи, Иден! Я никогда и не думала… Мы ошиблись, вот и все. Но мы же друзья.

— Да? Мы друзья, Вики? — серьезно спросил Иден.

— Ну конечно. Я вроде тети Эм. Не могу забыть, что мы были союзниками против властей, когда ты был вредным мальчишкой с пораненными коленками и грязной шеей.

Но Идену не хотелось превращать все в шутку.

— Спасибо, Вики, — серьезно ответил он. И прежде чем она поняла, что он собирается сделать, поцеловал ей руку.

Виктория испытала сильное желание вырвать руку и убежать, но еще сильнее ей захотелось погладить его склоненную голову свободной рукой. Героически подавив эти желания, она проговорила:

— Как ты думаешь, можем мы взять с собой в лодку несколько бананов? Я так давно не ела их с дерева.

— Они еще неспелые, — пробурчал Иден. Он повернулся и пошел вперед по тропинке, но вдруг опять остановился: — Черт! Гиппопотамы опять заходили сюда и повредили проволочное заграждение. Как ленив Джилли, не смотрит за изгородью. Какой смысл делать ограду из одного слоя проволоки? Это не остановило даже остатки банды мау-мау, когда, они убегали к озеру.

Виктория спросила:

— Ты думаешь, банда действительно прячется в зарослях?

— Нет. Но вполне вероятно, что убежавшие слуги живут здесь день-другой. Чтобы спрятаться, не найти лучшего места. Только взгляни.

Он махнул рукой в сторону зарослей папируса, стоявших серо-зеленой стеной, отделявшей болотистую местность от берега озера. Это была полоса настоящих джунглей, через них можно пробираться, прокладывая себе дорогу только топором. Если в двух шагах будет стоять человек, то можно пройти и не заметить его. Эти джунгли тянулись на несколько миль вдоль озера. Во время чрезвычайного положения бандиты проложили тайные тропки через заросли и построили в непроходимых местах шалаши.

Десятки лет назад Джеральд де Брет проложил широкую дорогу через папирусные джунгли к берегу озера и построил деревянный домик, где хранил лодку. Сейчас домик обветшал, но подход к нему Эм сохранила. Теперь там хранились моторный катер, моторная и весельная лодки.

— Нам пришлось их охранять во время чрезвычайки. Ужасное беспокойство! Грег с ума сходил. Он предлагал сломать домик, а в лодках сделать дыры, чтобы бандиты не смогли ими воспользоваться. Но бабуля и слушать не хотела. Она назначила сменную охрану. Дежурили я, Гас Эббот и один человек из преданных кикую. Даже бедного Захарию заставили стоять на часах, но он больше боялся гиппопотамов и ружья в своих руках, чем смерти. А Камау вообще отказался брать ружье. Он больше верил в пангу: он убил одного ножом. Тот пытался ночью отвязать лодку, а Камау его зарезал. Отрезал ему голову и утром, довольный, принес скальп в дом. Элис потеряла сознание за завтраком: упала головой на чашки, а бабуля даже не шевельнулась.

Виктория переспросила, содрогаясь:

— Он что, показал им отрезанную голову?

— Конечно. Он был очень доволен. И не без причины. Оказалось, что убитый принадлежал к главарям мау-мау, это был сам Бригадир Гитахи. За его голову объявили хорошее денежное вознаграждение, его и получил Камау, в результате чего больше недели все рабочие на нашей ферме пьянствовали. Давай посмотрим, заведется ли мотор.

Катер миновал насаждения папируса и плавающие водоросли и оказался на залитой солнцем поверхности озера. Там и здесь над водой цвели голубые лилии, непрерывно пели и переговаривались птицы: благородные пеликаны, утконосы, малые поганки, дикие утки и бакланы. Огромная голова с напряженно торчащими ушами выплыла над поверхностью, посмотрела на людей с суровым неодобрением и опять скрылась в глубине.

— Очень много гиппопотамов в озере, — хмуро заметил Иден. — Надо произвести отстрел. Пара или две добавляют озеру местный колорит, а двадцать или тридцать наносят большой вред зеленым насаждениям по берегам озера, как саранча посевам. Посмотри, вон там фламинго. Они не часто прилетают в Найвагна. Какие красивые, да?

— Прелесть. Знаешь, я вспоминала все это, думала, сохранилась ли эта красота. Как хорошо, все сохранитесь.

— Значит, несмотря ни на что, ты рада, что вернулась?

— Что ты имеешь в виду — несмотря ни на что? — обиженно спросила Виктория.

— На меня, на Элис… Бабушка быстро дряхлеет. В доме поселился полтергейст, полиция не оставляет нас в покое, — с горечью проговорил Иден.

— Ой, Иден, прости — Виктория покраснела и смутилась. — Я все время забываю об Элис. Я просто эгоистка и свинья.

— Нет, дорогая. Ты вдохновляюще нормальна. И слава Богу. По правде говоря, я и сам не верю в смерть Элис. Когда я уезжаю из дома — мне все это кажется кошмарным сном. Но как только возвращаюсь домой… Ах, черт. Давай лучше поговорим о чем-нибудь другом.

— Давай. А куда мы плывем? А чей это дом вон там, на холме?

— Дру Стрэттона. Того парня, который привез тебя вчера из аэропорта.

— Это просто его дом или мы к нему направляемся?

— Да — отвечаю сразу на оба вопроса.

— О! — В голосе Виктории послышалось разочарование. Иден весело посмотрел на нее:

— Не слышу энтузиазма. Неужели тебе не понравился наш Дру?

— Я ему не понравилась. Мне показалось, он изо всех сил старался быть грубым. Он что, убежденный женоненавистник?

— Не думаю.

— Значит, плохо воспитан, — ядовито заметила Виктория.

— У тебя на него зуб?

— Мне не нравится, когда ко мне придираются или проявляют недовольство с первого взгляда и без причин, — с достоинством ответила Виктория.

Иден засмеялся.

— Только не говори, что это с тобой случалось и прежде, я не поверю. А у нас все любят Дру.

— Не понимаю, почему. Он самодовольный эгоист, зануда, совершенно не умеет себя вести и…

— Стоп. Дай бедному парню шанс. Нельзя свергать с пьедестала местного героя. Он порядочный человек, и мы всегда говорим о нем с гордостью.

— Почему? Потому что он носит на бедре пистолет или слишком быстро водит машину?

— Ты не права. Во-первых, он родился в Кении, а его дед и бабка были настоящими первооткрывателями, как Деламер, Гроган и де Брет. Для молодой колонии это много значит. Его родители умерли, когда ему не было и двадцати, он участвовал в высадке в Нормандии, был несколько раз ранен, награжден, а вернувшись домой, узнал, что его управляющий запустил ферму, довел ее до банкротства. Другие фермы получали огромные прибыли в военное время, а его ферма оказалась вся в долгах. Другие на его месте продали бы ферму и уехали, по Дру не продал ни акра своей земли. Сказал, что поставит ферму на ноги. И добился своего. Одному Богу известно, чем он питался, но работал он за десятерых. А как только дела пошли на лад, появились бандиты мау-мау…

Иден посмотрел на озеро и замолчал. Виктория спросила нетерпеливо:

— Ну, и что было с ним дальше?

— С кем? А, с Дру. Ничего особенного, с фермой то есть. Стрэттоны всегда нанимали слуг из племени мазаи, он и рос среди них. Он брат по крови с любым раскрашенным охрой воином в колонии, поэтому мау-мау его не трогали. Но ведь он из бригады «Моя страна», он передал управление фермой старому Гачии и предложил свои услуги Службе безопасности. А закончил он тем, что ходил по лесам с псевдобандой, несмотря на то, что он светловолос, как хористка из варьете.

— А что такое псевдобанда? — спросила заинтригованная Виктория.

20
{"b":"132413","o":1}