ЛитМир - Электронная Библиотека

А что это значит? Это значит, пишет Андрей Паршев, что у нас вкладывать капиталы невыгодно. Слишком велики затраты на постройку толстостенных зданий с глубокими фундаментами, чересчур много топлива приходится тратить на обогрев жилья и заводов, слишком много приходится платить нашим рабочим, которые просто погибнут без теплой одежды, спиртного, сытной пищи и капитальных, отапливаемых жилищ. Русским приходится гораздо больше тратить денег на содержание своих школ, больниц, тюрем, воинских частей из-за холодов. Из-за них же у нас гораздо дороже транспорт. У нас нет теплых морей и незамерзающих рек, и потому русскому приходится волочь грузы по железным дорогам и трубопроводам, тратя уйму дорогой энергии на очистку от снежных заносов первых и на подогрев вторых. У нас немыслима типичная для Дикого Запада картина: железная дорога без насыпи, проложенная прямо по прерии. Нам приходится класть рельсы по гребню капитального земляного вала – иначе поезда утонут в снегу. Русским, в отличие от всего земного шара, приходится содержать миллионы людей, которые ничего не производят, а только лишь отапливают страну, добывают для этого нефть и газ, содержат колоссальное хозяйство теплотрасс. Даже автомобильные дороги у нас выходят и дороже, и хуже: ведь западные трассы не разрывает лед от воды, которая просачивается в малейшие трещины покрытия осенью и замерзает в зиму. И если в «суровой Англии» растут пальмы в центре Лондона и вечнозеленые тис с плющом по всей ее территории, то у нас – только в Крыму и на кавказских курортах. На Новый год в Лондоне можно ходить в одном костюме – попробуйте-ка сделать это у нас. Наш рядовой снегопад в США и Англии проходит по разряду «снежной бури» и стихийного бедствия.

Разваливая Империю, а потом год за годом обманывая простодушных, «чужаки» говорили: «Вы живете в тесных советских квартирках. А вот мы дадим вам большие дома. Как в Америке». Дураки им верят. Умные же говорят: «Мы никогда не станем жить так, как янки. Это они могут строить дома из фанеры с капитальностью русского курятника, без печей и отопительных систем. С жилой площадью по полсотни квадратных метров на брата. Нам же от века и до века придется строить куда более дорогие и тесные жилища – убежища от минусовых температур. Со стенами в три кирпича толщиной, с глубокими фундаментами». Из необходимости экономить топливо русским искони приходилось строить жилища и дворцы с низкими потолками, и только триста лет назад, с петровских реформ, наши аристократы принялись строить усадьбы с высокими залами – на манер теплой Европы.

Почитайте записки иностранцев, которые жили и работали на Руси в XVI–XVII веках. Все они единодушно отмечают суровую зиму, которой нет в Западной Европе. Которую западные наемные армии вряд ли выдержат. Эти слова почти один в один повторяют мемуары гитлеровских вояк с Восточного фронта.

Паршев доказывает все это солидно и последовательно, приводя климатические карты из географических атласов разных лет. Он разбивает еще один миф демократов о том, что Россия похожа на Канаду. В Канаде все население теснится на двух южных «пятачках», находящихся на широтах южной Украины и даже северного Узбекистана, и эти канадские районы по климату теплее Подмосковья. (Не верите – посмотрите сами на глобусе, который куда нагляднее карты.) А все остальное в Канаде – это ненаселенная территория, где на сырьевых промыслах работают вахтовики.

Почему тогда наше Приморье, столь близкое к Корее и Японии, оказалось беднее их? Опять русская лень и 70 лет социализма? Открываю климатическую карту из громадного «Морского атласа», огромного издания Главного штаба военно-морских сил СССР, 1953 года издания. Оказывается, Курилы наискось отделяют теплую часть Тихого океана от холодной. Камчатка, Сахалин, Владивосток и Северная Корея лежат в холодной части. В декабре средняя температура во Владивостоке – минус шесть (как и в Пхеньяне), тогда как Южная Корея лежит в поясе температур в 4–8 градусов плюс. Почти вся Япония лежит в поясе от двух до десяти градусов выше нуля. Даже на широте Владивостока у японцев на шесть «цельсиев» теплее! Теперь вы понимаете, почему китайцы называли Россию «Лоча» – сиречь «голодная земля»? И почему теперь, в «открытой экономике», суда из Владивостока дешевле ремонтировать в южнокорейском Пусане, а не дома?

На этой же карте видно: температуры декабря на Тихоокеанском побережье Канады аналогичны температурам Японии и Южной Кореи – от плюс двух до плюс шести. А у нас на той же широте, только на противоположном берегу океана, на Камчатке – от минус двух до минус десяти. И каждый градус мороза – это сотни тысяч тонн горючего на отопление. А Западная Европа в декабре? Самая южная часть Норвегии, где, собственно, и живут почти все норвежцы, лежит в диапазоне температур от плюс двух до плюс четырех. У них море не замерзает – точно так же, как в центральной Японии. А «северная» Дания – еще теплее! Англия, Ирландия, северное побережье Франции, Бельгия, Голландия, Атлантическое побережье Канады и «суровый» Ньюфаундленд – вообще в зоне от 6 до 10 градусов тепла, на одном уровне с Шанхаем и Токио!

Поэтому, читатель, в индустриальной экономике русские и все живущие рядом с ними никогда не смогут достичь уровня благосостояния, равного западноевропейцам или янки. Да, мы можем жить лучше азиатов – и только. Тем, кто обещает русским западный стандарт жизни и тем, кто объясняет нашу более спартанскую жизнь «русской ленью» и «семьюдесятью годами коммунизма», можно плевать в глаза. Попытка гнаться за американским уровнем потребления для нашей экономики оборачивается уничтожением. А надо ли нам копировать их жизнь? Не лучше ли создать свой, русский стиль? Жить лучше американцев мы сможем лишь тогда, когда построим мощную «экономику знаний» и волшебных технологий, которые заменят собой громадные, дорогие заводы и фабрики. Но пока мы лишь уходим прочь от такого будущего.

К чему все это говорится? К тому, что если повсюду в мире установить одни и те же мировые цены на нефть, газ, дерево, металл и прочее, то держать производство и вкладывать в него капиталы будет гораздо выгоднее в Восточной Европе, чем в России. А еще выгоднее – в более теплой Западной Европе. Еще более выгоднее – в США. И уж совсем выгодно – в тропиках, в Азии и Латинской Америке, где в декабре не бывает ниже плюс четырнадцати. (Африка не в счет из-за тамошней анархии, коррупции, страшных болезней и абсолютной неквалифицированности рабочей силы.)

Это значит, что даже если русский рабочий будет вкалывать не хуже японского, наша техника и моторы вдруг станут такими же экономичными, как и западные, если мы окутаем наши дома теплоизоляцией – один черт: Россия в условиях всемирного рынка, открытых экономических границ и свободы конкуренции проиграет. Проиграет даже в случае, если наши «реформаторы» снимут с наших предприятий бремя содержания своего жилья, школ и больниц, изыскав на все это умопомрачительные деньги. И даже если наши директора все сплошь станут управляющими мирового уровня, а права акционеров в России станут защищаться лучше всех в мире. Никто в нее ничего вкладывать не будет, а «новые русские» будут только вывозить валюту из страны, создавая заводы, фабрики и рестораны где угодно – на Кипре, Тайване или в Мексике – только не в России. Все, что мы будем делать, выйдет дороже, чем в других странах. И чем сложнее товар – тем больше на него будет «налипать» затрат, связанных с климатом, а не с «русской ленью». В глобальном рынке поток импортных товаров забьет русские товары как более дорогие, погубив нашу промышленность, оставив без работы и средств к жизни большинство русских. Если же исполнится мечта тех дурачков, что голосуют за хакамад и кириенок, и нашим рабочим установят зарплату хотя бы на уровне американского негра, в тысячу долларов ежемесячно, то вся промышленность России моментально остановится. Произведенное окажется настолько дорогим, что никто его не купит.

Конец ознакомительного фрагмента. Полный текст доступен на www.litres.ru

13
{"b":"132427","o":1}