ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Егменов начал с того, что открыл в Олбани компанию All American Corporate Service, Inc., а через фирму Delawer Business Incorporators в Уилмигтоне, штат Делавэр, регистрировал еще несколько корпораций. По словам капитана полиции штата Нью-Йорк Дэвида Макналти из отдела уголовных расследований, Егменов «создавал в Нью-Йорке компанию с филиалами за границей, обычно на Карибских островах. Иногда он за неделю открывал две сотни корпораций по всей стране. К нему приходили и говорили: мне нужны четыре компании за пределами США, чтобы налоговое управление туда не добралось. Он создавал такие корпорации на Антигуа и Каймановых островах».

Для того чтобы открывать эти филиалы, Егменов подделывал документы, подтверждающие, что в России есть основная фирма. За период расследования у капитана О’Конелла накопилось шестнадцать коробок егменовских документов, среди которых были две коробки, полные печатей разных российских учреждений, от ведомств МВД до университетов и больниц. С помощью компьютерных программ мошенники ставили на липовый документ любую печать – у них изъяли пишущую машинку с русским шрифтом и скоросшиватель. В решении большого жюри Александр Егменов назван «мастером подделок». Для ускорения обработки его документов на создание корпораций Егменов подмазывал сотрудников администрации штата Нью-Йорк, и одно время у него был целый ящик чистых бланков сертификатов о создании корпорации. Все чин чином, с водяными знаками и печатью.

На след «мастера подделок» удалось выйти не уголовному розыску, а иммиграционной службе. Оказалось, что некоторые российские клиенты Егменова открывали в США мнимые корпорации для того, чтобы получать рабочие визы. В СИН насторожились, узнав о количестве заявлений на эти визы, а позже выяснили, что многие корпорации указывали в этих заявлениях один и тот же адрес в Олбани: 1 Colombia Place или 283 State Street. Следователи СИН получили ордер на перехват факсов Егменова. Так стало известно, что в штате Нью-Йорк он открыл 4 тысячи липовых корпораций, в Делавэре – тысячу, а также несколько сотен в Пенсильвании, Массачусетсе, Огайо и других штатах. Несколько десятков корпораций появилось в таких укромных уголках, как остров Мэн и Каймановы острова. 13 ноября 1995 года агенты ФБР арестовали Александра Егменова в его бруклинском доме и вскоре обвинили в отмывании денег, мошенничестве при оформлении виз и лжи при подаче заявления на политубежище. Егменов признал себя виновным, ему зачли год, отсиженный до суда, и депортировали в Россию. Арестованный прямо в Шереметьевском аэропорту, он отсидел год в Бутырской тюрьме и был освобожден под залог.

Адвокат Брюс Маркс считает, что, если бы он выиграл суд против Михаила Черного и других, в Делавэре смогли бы отменить закон об анонимности корпораций, который помогает преступникам, хотя и приносит штату немалый доход. Власти штата утверждают, что корпорации предпочитают Делавэр не поэтому, а из-за стабильности финансовых институтов и сохранения тайны вклада. Помощник секретаря штата Ричард Гайзенбергер даже назвал Делавэр «жертвой собственной репутации».

Михаил Черный живет в Израиле, откуда, по данным Интерпола, часто вылетает. «Есть люди, которые ценят русских, – сказал он в интервью киевской газете “Столичные новости". – Шарон, например. Мы с ним говорили по-русски. Он спрашивал: “Миша, почему ты – мафия? Ты убил кого-то? Украл что-то?” Я говорю: “Никого не убивал, ни у кого ничего не украл". Шарон: “Так что, деньги заработал? Молодец! Привози их сюда, строй дом и живи. Никто тебя не тронет. А их всех пошли на...”». Ариэль Шарон уже не сможет ни подтвердить, ни опровергнуть эти слова. А их тоже следовало бы засекретить под грифом «Для служебного пользования»...

Вопрос на прощание, или дело об авизо...

«Скажи, ты знаешь историю, которую сам же упоминаешь в этой статье, я имею в виду историю о фальшивых авизо, об уголовном деле, которое в России вел следователь Сергей Глушенков?» – наугад спрашиваю я, когда Саша уже встает из-за стола. Он собирает документы в папку и на ходу расплачивается за кофе. «Конечно, я читал даже справки из этого дела. Мне их несколько лет назад передал один бывший мент из России, переехавший сюда из Москвы вместе со всей своей семьей. Как же его звали? Миша, кажется. У него еще такая любопытная дочка была, все время пыталась вместе с ним на таксистскую смену заступить. А он поначалу и дорог-то не знал. Нет, не Миша, а Сергей. Сергей Ибрагимов. Он работал в ГУБОП МВД. Майор, кажется, в прошлом».

Тут меня как будто приковало к стулу. Я последние два месяца искал эти документы в Москве, а их копии, оказывается, лежали где-то в архиве Гранта! Естественно, мне нужно было их увидеть. В ту ночь мы расстались очень поздно. Заехав в Бруклин, я взял копии нескольких справок из уголовного дела и поймал такси, чтобы вернуться обратно на Бродвей. Грант обещал приехать ко мне на Манхэттен завтра. Мы встречались пять дней подряд по вечерам в маленьком ирландском баре, раз за разом перечитывая эти документы и готовя главу для книги, специально посвященную таинственному делу об авизо. Когда мы закончили, я посчитал, что ответ на вопрос, так долго меня мучивший, найден. Пусть даже в качестве рабочей версии, но теперь я почти наверняка знал, как олигарх Михаил Черный, собственно, и стал олигархом! Дело об авизо оставило очень много вопросов, но и ответов оно дало немало. Главный из них конечно же на вопрос: что же такое стартовый капитал «нового русского бизнеса»?

Интересно, что Гранту работать над этим материалом, кажется, было безумно интересно. Он тоже будто бы заново открывал для себя законы «русской экономики». Когда глава была написана, мы вновь встретились поздним нью-йоркским вечером в том же баре на 84-й стрит, но уже без компьютера и бумаг.

– Как назовем главу? – спросил Александр, облокачиваясь на стойку бара.

Хозяин заведения, пожилой рыжий ирландец, не спеша готовил кофе в углу. Кроме нескольких фанатов «Нью-Йорк янкиз», в баре еще никого не было.

– Давай назовем ее так, как об авизо до сих пор вспоминают в России: «Деньги из воздуха».

– О’кей, – отвечает Саша и, не дожидаясь кофе, начинает одеваться. – Поеду домой спать. Устал смертельно. Через два дня – Рождество, а мы тут с тобой каждый вечер документы перечитываем, вместо того чтобы за подарками ехать. Неужели ты всерьез думаешь, что это уголовное дело кому-нибудь в России еще интересно? Его в свое время закрыли и как можно скорее забыли, а мы сейчас только лишний шум будем поднимать. Те люди, которые об авизо знали, ты же помнишь, уже убиты. В России ничего, по сути, не изменилось. Я в какое-то там правосудие или справедливость «по умолчанию» просто не верю. Ну да ладно, сам решай. Про проблемы Черного в США и Израиле я тебе материал пришлю. Как обещал. Все, пока. Я позвоню, – бросает он на прощание, быстро выходит из бара и скрывается в потоке машин...

На следующий день я улетал домой. И, покидая этот город в самый канун Нового года, вдруг вспомнил ту одинокую пожилую женщину в инвалидной коляске и двумя букетами шикарных красных роз, наверное напоминавших ей об ушедшей молодости. «Город одиноких сердец», – снова подумал я. О том, что говорил мне на прощание Грант, я думать совсем не хотел. А нужна ли кому-то вся эта информация в Москве? Собственно, какая разница, кто и как стал в России олигархом, через кого переступил в своей жизни, кого раздавил «во благо» своей карьеры? Но наша глава была написана. Мы нашли правду. Так что наша совесть чиста.

Время Ч. - i_001.jpg

Документы, справки, отчеты о проведенных мероприятиях по уголовному делу о знаменитых «фальшивых авизо», как мы предполагаем, были вывезены из России в США в конце 90-х. Уникальные материалы, раскрывающие механизм широкомасштабных хищений средств из государственного бюджета РФ, сегодня пылятся где-то в Нью-Йорке и интересны лишь журналистам... Хотя маловероятно, что спецслужбы перестали интересоваться этой историей...

23
{"b":"132446","o":1}