ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Это — не злая воля или ошибки отдельных политиков. Это — система, с неумолимым автоматизмом раскалывающая общество по всем потенциально имеющимся в нем трещинам и толкающая его к крупномасштабному братоубийству. Это — механизм самоуничтожения России, а вовсе не коммунистической системы — ее можно было демонтировать незаметно, без шума.

И хочется спросить всех наших уставших от митингов м.н.с. и инженеров: хоть это-то вы видите? Ведь вам было сказано: иного не дано, будет именно так. Посмотрите на Югославию. Ведь очевидно, что и там т.н. «коммунистический» (хотя и весьма либеральный) режим сумел на полвека соединить в благополучную страну народы с тяжелым историческим счетом друг к другу. Чего добились там, сокрушив этот режим и приняв схему реформ Международного валютного фонда (с которой списаны все наши программы)? Города в руинах, и хорватские усташи снова вырезают глаза у сербов. И ни у одного «демократического» идеолога не возникает, хотя бы из интеллектуального любопытства, вопрос: каким же образом народы уживались при «коммунистическом режиме»? Может, и нам, демократам, можно было бы чему-нибудь научиться — не перенять, а понять? Нет, их ослепил сиюминутный политический интерес.

М.С.Горбачев в 1988 г. сказал: «С перестройкой, как и со всякой революцией, нельзя играть. Тут нужно идти до конца, добиваться успехов буквально каждый день, чтобы массы чувствовали на себе ее результаты, чтобы ее маховик набирал обороты… Перестройка задевает интересы многих, все общество. И разумеется, ломка не обходится без конфликтов. Бомбы, конечно, не рвутся и пули не летят…». В полном соответствии с предписаниями архитектора, маховик перестройки набрал обороты и массы чувствуют на себе ее результаты — дальше некуда. Излишней стала и нотка сожаления, мол, «бомбы не рвутся и пули не летят». И бомбы уже рвутся, и пули летят. С экспериментальных полигонов Нагорного Карабаха и Хорватии прорабы и каменщики уже переносят испытанные там макеты на «всероссийскую стройку гражданской войны». И заградительные отряды ООН даже руки не будут пачкать. Они будут следить лишь за тем, чтобы наши бои за свободу, как выразился один французский обозреватель, «не слишком забрызгали Запад».

Демократическая интеллигенция, разумеется, тоже постарается не участвовать в грязном деле великой чистки. А пока что она выполняет свою культурную миссию: один ее отряд средствами убеждения, своим свободным словом раскалывает народ и науськивает одну его часть на другую. А второй отряд отвлекает людей песенками об общечеловеческих ценностях да «политическими разногласиями». И делает это так ловко, что людям уже спины припекает от пожара, а они уставились на сцену, где один клоун бьет другого по голове картонным кирпичом. А уважаемые политики время от времени успокаивают: «Да что вы, какое может быть братоубийство, если на дворе демократия! Да разве ж мы позволим!»

Разрушение системы внешней поддержки России. Вся «культура» перестройки замешана на провокации, на увеличении всех возможных трещин, на раскалывании своих — тех, кто по разным причинам тяготеет к России. Посмотрите, как быстро разрушили все обрамление СССР из стран «третьего мира» — этого ни в коем случае не стали бы делать правители, действительно старающиеся ввести страну в рыночную экономику в качестве независимой державы. А ведь создать это «обрамление» стоило больших трудов, знаний, ума. Действительность — не убогая рыночная модель, и страны-друзья — не торговцы.

Вспомним, как все эти годы воздействовали на взаимоотношения с нашими зарубежными друзьями (вассалами, сателлитами — называйте как угодно, суть не меняется: тот, кто ссорит вассала с державой, действует ради ее ослабления). Самоубийственная ритуальная выдача Хонеккера на десятки лет заведомо лишила Россию потенциальных политиков-союзников, готовых беззаветно ей довериться. Это — крупное событие, которое мы еще не можем в полной мере оценить, важный камень в здание «Нового мирового порядка»3. Возьмем примеры попроще. Вот что я увидел по телевидению случайно, урывками, только за один день 8 августа 1992 г.

1. Комментарии с Олимпиады в Барселоне, с финальных боев в боксе. Впервые в жизни я наблюдал столь демонстративное, нарушающее все нормы спортивной и общей этики недоброжелательство комментатора по отношению к команде одной страны — Кубы. Мало того, что комментатор превысил свои полномочия, страстно болея за всех соперников кубинцев, он уснащал речь совершенно неуместными оскорбительными шуточками.

2. Сообщение о визите вице-премьера Полторанина в Японию. Там он, оказывается, убеждал японское правительство «прекратить выплату репараций КНДР за ущерб, нанесенный во время 2-й мировой войны, — чтобы поскорее пал режим Ким Ир Сена». Оставим в стороне моральные соображения (какая тут, к чёрту, мораль!). Какого друга в лице корейцев (всех корейцев!) готовит для России вице-премьер? Они долго еще должны будут преодолевать чувство гадливости.

3. Правительство Вьетнама обратилось к правительству России с просьбой прекратить вещание на Вьетнам частной радиокомпании из Москвы, ведущей антикоммунистическую пропаганду. Премьер Гайдар отказался, сославшись, естественно, на «свободу слова». Возникает множество вопросов. Что за «частная» радиокомпания в Москве имеет столь мощные передатчики, что способна вещать на Вьетнам? Кто ей платит за это вещание? Кто, на каком уровне решил занять столь враждебную (отнюдь не нейтральную) позицию по отношению к крупной стране, с которой Россию так много связывает, ведь подобное радиовещание — акция идеологической войны? Зачем России эта ссора?

4. Горбачев заявил, что Македония — часть Греции. Мало ему Кавказа и Карпат, решил внести посильную лепту и в события на Балканах.

И такого рода мелкими минами непрерывно дробят созданные или потенциально дружественные связи России архитекторы перестройки и их смена. России державой не быть! — вот что стоит за всем этим.

На это же была направлена и акция нравственного демократа Бакатина, который преподнес американскому послу небывалый рождественский подарок — схемы системы подслушивания в посольствах США. А главное — выдал созданную кропотливым трудом сеть фирм (и людей) в разных странах, которые поставляли для строительства посольств США материалы с уже встроенными компонентами системы. Попросту, на сотню лет отшиб у всех в мире охоту помогать русской разведке (а без разведки нет державы). Это совершенно необычный, выдающийся факт — шеф секретной службы великой державы передал государственный секрет послу другой великой державы, которая если уже и не является официально признанным потенциальным противником (на дворе новое мышление!), то уж очевидно, как минимум остается конкурентом в ключевых геополитических проблемах.

Договоримся заранее не пускать сладкие слюни по поводу того, морально или безнравственно подслушивать разговоры дипломатов. Это — нормальная практика, от которой не собирается отказываться ни ЦРУ, ни Моссад, ни румынская Сикуритате. Более того, если уж Россию решено бросить в джунгли рыночной экономики, то надо заранее свыкнуться с мыслью, что закон этих джунглей — война всех против всех. И в этой войне, покуда она бескровна, шпионаж всех возможных видов является чуть ли не главным и постоянно совершенствуемым оружием — на то и информационное общество. Достаточно посмотреть современные западные фильмы — от серии о Джеймсе Бонде до шедевров Хитчкока, или прочесть романы о жизни современных корпораций или банков. Так что сказочки о новом мышлении написаны, действительно, для «страны дураков».

Но предположим даже, что шеф КГБ оказался самым выдающимся в мире идеалистом и решил, как Бармалей, одаривать бывших врагов бубликами. Максимум, на что он имел право как должностное лицо — приостановить использование безнравственного, с его точки зрения, средства получения информации, и войти в Верховный Совет с законопроектом о его запрещении. Нет, он пошел не в Верховный Совет, не в Правительство и даже не на коллегию КГБ. Он вынес за пазухой секретные бумаги и пошел с ними в иностранное посольство. На фоне того, что происходит со страной, это действительно событие само по себе мелкое. Дело Бакатина для нас — лишь реактив, лишь кислота, какой выявляют фальшивую монету. И образ мыслей, и характер совести, и отношение Бакатина к России проявились вполне, и никакой таинственной душевной драмы за ними нет («Подумаешь, бином Ньютона!» — сказал бы бес Коровьев, — а он наверняка был бы у нас как минимум Народным депутатом, если не от Союза журналистов, так от Академии наук). Поэтому, будучи уверенными в «кислоте», приступим к анализу «монеты».

27
{"b":"132504","o":1}