ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Теперь это больше не альсарская революция. А мировая война. Больше никто не сможет отрицать существования и права на самоопределение южной Альсары.

Ярость Конкисты.

Когда прогремели первые выстрелы канонады, уже ни у кого не было сомнения, в какую передрягу втянула всех собственная неуверенность. Да, и Яков был в этом виноват. Но он не военный, он политик. А значит, он слушает то, что ему говорят, либо его просто не разубедили достаточно хорошо в неправоте, а это проблема военных. Многие опытные вояки говорили ему об опасности создания Непобедимой Армады. Это всё равно, что убеждать не класть яйца в одну корзину.

А теперь надо было спасать ситуацию. Многие получили неясный указ, но кинулись к исполнению. Так как понимали, нельзя терять ни секунды.

— Срочно создавайте оборонительный рубеж. Мы отступаем в Ксилиан, — кричал разгоряченный диктатор. Он явно был в ужасе от происходящего.

Ведь ещё вчера он был покорителем Альсары, а все народы стояли у него за спиной. Но сегодня Астрайдеры его победили. Они выставили флот куда мощнее, скорее не мощнее, а просто выступивший гораздо лучше. Этого Якову, его Совету и, в конце концов, каждому рядовому революционеру простить было нельзя.

"Мы слишком быстро захотели взять Бэйдонт". Райан Маршал вспоминал трагедии катастроф исполинов: поражение Непобедимой Армады Испании или крушение Титаника. Ещё много, много случаев. Когда большой означало уязвимый. Но Райану некогда было философствовать. Ведь там была Азия.

Он отлично помнил, как она над ним насмехалась. И теперь рад был бы возможности сказать ей в лицо, что она, как всегда в их спорах, была неправа. Но больше он захотел её прижать к себе. И спасти от ужасов этой войны.

"Теперь она будет меня слушаться, ни на шаг от меня не отойдёт. А я стану пасечником возле Омикрона, и пошла она, эта революция подальше". Теперь надо её снова оттуда вытаскивать. Райан понимал, что там сейчас не сладко. Астрайдеры соскучились по победам, и они раздавят все ростки новой революции.

— Всем соблюдать осторожность. Мы выступаем к месту битвы. На подмогу. — Отдал Райан приказ по видеосвязи.

— А не много ли там и так этой подмоги? — Ответил один из офицеров Омикрона.

— Да, но мы не ввяжемся в схватку, а лишь будем прикрывать огнём отступающие дирижабли. Все по гравитонам.

Под звуки марша Омикрон Гарнизон отправился выручать своих попавших в беду друзей-рейдеров. Да это правда. За период революции все, словно забыли слово "конкистадор". Теперь все друг друга называли рейдерами. И даже старинное конкистадорское приветствие "Во славу семьи", теперь звучало иначе. Так могли поздороваться и коренные рейдеры, словно это было их традицией.

Омикрон Гарнизон, как обычно разместился подальше от зоны военных действий и развернул локационную станцию. Они связались со спутником, чтоб легче контролировать ход событий. Из космоса картинка была ужасна, но Райан понимал, что и эти жертвы не критичны. Пусть Астрайдеры идут победным маршем по Альсаре, но завоевать весь юг они никогда не смогут. Они просто растянутся и снова станут жертвами мелких групп рейдеров повсеместно. Но понимал ли это Яков, как понимали другие.

Яков знал о главной проблеме. Если революцию обезглавить, уничтожив и его, и Совет, то с разрозненной толпой будет куда легче справится, чем с централизованной силой народа. Яков не боялся за свою жизнь. Он боялся за судьбу революции.

Но эти мысли не беспокоили Райана, пока он мирно себе сидел, слегка ухмыляясь своим мыслям, пил чай и смотрел, как Астрайдеры уничтожают отступающих революционеров. Конечно, часть его была сейчас там, среди этих обломков, он хотел вступить в схватку с агрессором. Но другая его часть упивалась в лучах собственного интеллекта. Он ведь это предвидел. Пусть его не слушали, но он был прав. Он не испугался, он предвидел опасность. Улыбался он правой стороной, значит, левая половина мозга ликовала, как всегда в такие моменты. Он не желал смерти никому. Это они его ослушались, это они навлекли на себя беду.

Внезапно в холе стало тихо. Словно ветер задул свечи и закрыл на невидимые замочки рты всех там находящихся. Эта тишина длилась всего несколько секунд, но уже стала раздражать. Райан хотел было её нарушить, но к нему подошёл офицер Омикрона и вкрадчиво сказал:

— Азия умерла. Она погибла при бомбардировке взлётной полосы дирижабля Святой Церкви.

Офицер замолчал. Это была трагедия и для него. Для всех здесь присутствующих это была личная драма. Все знали девочку еще когда она впервые появилась в Омикроне. Помнили её южный акцент. Она была для них не только вывеской, плакатом, постером революции. А она была их дочкой, она была родной. Она была девушкой Райана и все это знали и поддерживали. Её все любили.

Райан сидел, как ни в чём не бывало. Его улыбочка по-прежнему не сменилась другим выражением лица. Только глаза. Глаза стали другими.

— Азия, говоришь. Прости, я не расслышал, — снова переспросил Маршал, делая вид, что не волнуется.

— Азия Биара. Её больше нет с нами.

Райан выпустил воздух из лёгких. Но это больше походило на дыхание дракона. Он, словно ничего не случилось, ещё раз посмотрел на голографическое изображение боя. Ему стало жарко. Он думал ещё пару секунд, видимо не зная, как реагировать.

— Рома, возьми на себя управление спутником. — Чётко скомандовал Маршал.

— Во славу семьи, команданте. Так точно.

— Полное управление. Ты поведёшь гравитон, с минибазой для спутниковой связи. Они могут глушить нашу связь, но у нас есть спутник, прямо над нами, сейчас. — Райан ушёл глубоко в свои мысли, но продолжал говорить вслух.

Райан, выглядящий абсолютно спокойным, поставил чашку с чаем с такой силой, что она разлетелась вдребезги. Команданте и все в комнате сделали вид, будто ничего не произошло.

— Ненавижу стеклянную тару… Та-ак. Первое крыло, забирает всю взрывчатку, получили мою команду? — Говорил Райан как бы себе, но как бы и в эфир.

— Так точно.

— Второе, готовится к штурму. Максималка. Штурмовая мощь — крепость. Штурмовая цель — комбинат!

— Да команданте. Будет сделано. Во славу семьи. — Командиры побежали исполнять указания.

Все ждали, чем это закончится. Райан не жалея ни сил ни времени на подготовку нового боя, постоянно поглядывал на хронометр. Куда и когда они отправятся, все не знали, но каждый догадался. У Райана Маршала всегда есть несколько ужасных планов по уничтожению всего на Свете и видимо сейчас, был задействован один из них.

— Кто проявит трусость или неповиновение, будет расстрелян. Расстрелян на месте. Назначаю Рому своим заместителем. — Все по местам. Отбываем в бой. В самое пекло!

Рома был простым военным, нет, конечно, в звании офицера, но у Райана были другие заместители и начальство. Сейчас во время своей собственной операции ему нужен был свой штаб и никаких указок свыше.

Похоже, эти нездоровые амбиции Райана, проявившиеся после вести о гибели Азии, нисколько не пугали омикронцев. Скорее наоборот, они соскучились по драйву, по адреналину. За настоящим крошиловом. Все были только рады. Кроме того, никто не сомневался, что команданте знает, как выйти сухим из воды, как им весело сегодня удастся погулять. Многие в гарнизоне не боялись даже умереть на войне, лишь бы было по-настоящему весело. Они не поддержали его, когда он отказался присоединиться к Непобедимой Армаде. Зато поддерживали его сейчас. Смерть всё меньше страшила, и она всё меньше имела власти над омикронцами.

Уже через час, следуя за гравитоном команданте, клин гравитонов прорвался через облака. Их целью было не ввязаться в бой с куда более мощными крейсерами противника и не убить больше солдат Астрайдеров. Их целью был главный трофей этой битвы. Тот, о котором все забыли, и который сейчас валялся на подножке сражения. Именно так. Райан Маршал приказал штурмовать сверхкомбинат — Неонную Пирамиду.

Похоже, защитники ну никак не ожидали повторного захвата. Они почти не оборонялись, да и некому было. Всего-то пару десятков человек — технический персонал.

132
{"b":"132545","o":1}