ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Но если я послушаю тебя, что с нами будет? — прошептала она, опустошенная соблазном.

— Милая, разве я знаю? Я не пророк. Будет то, что будет. — Он наклонил голову и хрипло добавил:

— Твой поцелуй подскажет, станем ли мы врагами или любовниками.

Сайен не могла больше противиться ему, да и совладать с собой не была в состоянии. Еще шаг вперед и еще. Он раздвинул ноги, впуская ее между колен, голова его откинулась, и обнаженная страсть в его глазах была тем последним, что она видела, склоняясь к нему, и сладость покорности была прекрасней всего, что он обещал раньше, новая, еще незнакомая, но уже пьянящая чувственной памятью.

— Что, если мы просто останемся хорошими друзьями? — пролепетала она, влив разгоряченное тело в устье его бедер.

— Да, — бормотал он, приближая лицо, — что бы ни случилось.

Ее губы коснулись его рта легкой, как лепесток, лаской, и блаженная агония сдерживаемой им страсти вырвалась наружу учащенным дыханием. Ее руки, устроившиеся на широкой груди, вздрагивали от ударов сердца, а когда тонкие пальцы добрались до мощной шеи, удары эти превратились в бешеную дробь.

Потом она подняла голову, и, вздрогнув, он взмолился:

— Нет, не…

— Что? — протянула Сайен, уплывая в медленном танце чувства.

— Не уходи, — простонал он и, притянув ее голову, впился в губы.

Треск фейерверка застал их тела сплетенными в нарастающем восторге, струящемся изо рта в рот, из сердца — в сердце; тонкие руки обвивали шею, а несокрушимая сталь его объятий сжимала ее тело.

Потом его пальцы зарылись в черноту струящихся волос, и горячие дрожащие губы, прервав поцелуй, пробежали по щеке к тонкому жертвеннику шеи. Она впилась ногтями в его спину, и ответный хриплый стон растопил ее как воск.

Оба они были настолько поглощены друг другом, что не услышали ни легких быстрых шагов, ни зова Джошуа: «Мэтт? Сайен?»

В кабинете зажегся свет, вдребезги разбив серебристый полумрак.

Голова Мэтта дернулась назад. Сайен удивленно рванулась и выскользнула бы из его объятий, не держи он так крепко. Прижатая к нему, она могла видеть только мерцающие озера его глаз, глядящих поверх нее на младшего брата. То, что Мэтт увидел в мертвой тишине за ее спиной, сделало его лицо жестким. Он холодно сказал Джошуа:

— Я выйду через минуту.

Ответа не последовало, но хлопнувшая дверь сказала достаточно, и Мэтт нахмурился. Зеленые глаза девушки тревожно затуманились на расстроенном лице. Она прошептала:

— Боже, я не подумала. Мне надо поговорить с ним…

— Нет, — быстро вздохнув, сказал Мэтт. — Я сам поговорю. Ты в порядке?

— Сегодня ты уже второй раз это спрашиваешь, — пробормотала она, и его объятия сжались.

— Думаю, и в первый раз было не сладко, но если сейчас ты чувствуешь то же, что я, то теперь мы оба знаем, что значит быть рассеченным надвое. — (Она молча и серьезно глядела на него.) — Но это не изменит ни тебя, ни меня. А если думаешь, что изменит, я останусь здесь и буду целовать тебя, пока все не вернется.

— И кто же мы теперь? — спросила она, лукаво улыбнувшись. — Враги, любовники или просто хорошие друзья?

Мэтт изумленно взглянул на нее.

— Не возвращайся в Саут-Бенд завтра. Останься со мной.

Ее глаза метнулись к распахнутому вороту белой рубашки, и она пролепетала:

— О Мэтью, я… я не знаю.

— Но почему же нет? — спросил он, и жесткие руки до синяков сжали ее запястья. — Ты же не собираешься работать летом. Почему ты не можешь остаться?

— На сколько?

Он нетерпеливо пожал плечами, но в черноте, залившей карие глаза, мелькнула тень сокровенной мысли.

— На несколько дней, на неделю, на месяц. Кто знает, может, ты останешься на все лето и тебе не захочется уезжать.

У нее жалобно скривилось лицо.

— Но у меня же все в Саут-Бенде — друзья, одежда, университет, планы. Мэтт был безжалостен.

— Я знаю только то, что если ты уедешь, то посвятишь все свободное время изобретению причин, чтобы не возвращаться, и возведению своих барьеров, а Чикаго слишком далеко, чтобы я мог каждый уикенд являться с уговорами.

— Но, — возразила Сайен, крутя верхнюю пуговицу на его рубашке, — возможно, нам обоим нужно время, чтобы подумать.

— Об этом я и говорил, — сухо ответил Мэтт. — Вот он — первый барьер, а ты еще не покинула моих объятий. Нам больше не нужно ничего обдумывать в одиночестве, нам необходимо быть вместе, чтобы узнать друг друга, чтобы выяснить, что нам нравится друг в друге и что мы не принимаем, чтобы заниматься любовью теплыми вечерами и в прохладной темноте перед рассветом.

Подцепив ногтем, она расстегнула пуговицу и при виде поросшей волосками груди вспомнила свое возбуждение и тяжесть этого великолепного тела, пригвоздившего ее утром к полу. Почему она колеблется? Ей же нужен Мэтт! Она беспомощно уткнулась в него лбом.

— Пожалуйста, дай мне срок до утра. Не сейчас…

Он выдохнул в ее волосы и отпустил руки.

— Ладно. Скажешь завтра. А пока я, пожалуй, поищу Джошуа и переговорю с ним. Пойдешь со мной?

Покачав головой, она полувнятно произнесла:

— Я выйду через несколько минут. Мэтт поцеловал ее в лоб и встал.

— Хорошо. Только не отговаривай себя ни от чего хорошего для нас обоих.

Но что же потом, Мэтт? — молча спросила она, когда за ним закрылась дверь. Нет, не завтра, не послезавтра, даже не через неделю. Что будет через год? Кто знает, что будет хорошо для нас обоих тогда?

Глава 9

Когда Сайен наконец нашла в себе силы выйти из кабинета, обнаружилось отсутствие обоих братьев. Она успела причесаться и поправить косметику, так что о происшедшем ранее свидетельствовали только чересчур яркий блеск глаз да горячечный румянец на высоких скулах.

На первый взгляд вечеринка была еще в самом разгаре, но, судя по тарелкам, сваленным в мойке, и стаканам, загромоздившим стол, а также по тому, что большинство гостей сидели в гостиной и разговаривали, вместо того чтобы танцевать, она могла закончиться очень скоро.

Сайен глянула на часы и с удивлением обнаружила, что уже далеко за полночь. Подошла Джейн и зашептала на ухо:

— Боже мой, подружка, где ты была? Фейерверк пропустила. Только что ворвался Джошуа, мрачный как туча, а за ним явился Мэтт и утащил Джошуа в спальню. Они все еще там, и тишина становится тревожной. Тебе не кажется?

Прижав руку к пылающей щеке, Сайен закрыла глаза и призналась:

— Я не все пропустила. Джошуа застал нас с Мэттом в кабинете.

Джейн распахнула глаза.

— Что вы там делали?

— Ну, погоду, во всяком случае, не обсуждали, — нервно фыркнула она и тут же пожалела. — Прости. Мне вовсе не смешно. Я просто психую.

— Не мудрено. — Подруга сочувственно вглядывалась в ее лицо. — Не терзайся, Сайен. Ни в чем ты не виновата. Ты же ничего не обещала Джошуа. Все ваши серьезные отношения он просто придумал, так что постарайся успокоиться. Мэтт с ним разберется, увидишь.

— Надеюсь, — кивнула Сайен, но из глаз не уходило затравленное выражение. Джейн порывисто обняла ее и увела в относительную уединенность кухни, где Сайен тут же привалилась к столу.

— Рассказывай, — мягко приказала Джейн. Сайен слепо уставилась вниз, на туфли.

— Мэтт попросил меня не уезжать завтра с вами.

— И все?

— Все? — трагическим эхом повторила она, подняв глаза и скрестив их с сочувствующим взглядом подруги. — Джейн, одна мысль об этом приводит меня в ужас! Я люблю его до боли, но понятия не имею, что у него на душе и как долго все это продлится.

— Ну так тебе непременно надо остаться, — просто сказала Джейн, взяв ее руки в свои. — И люби его, сколько сможешь.

Сайен покачала головой. Глаза наполнились соленой влагой, и по мраморным щекам пролегли бриллиантовые дорожки. Как выразить этот кризис неуверенности? Всего за неделю она ушла так далеко от того, что являлось краеугольным камнем ее убеждений, и, чтобы получить то, чего хочет сейчас, ей нужно поступить вопреки всему, во что верила прежде. Она не игрок, как отец. Она просто молодая женщина, слишком перепуганная открытием, что все ее планы на будущее оказались замками на песке.

28
{"b":"13256","o":1}