ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Однако судьба заключенного не сломила Владимира. Раз за разом он обращался в Президиум Верховного Совета СССР с просьбой отправить его на фронт, чтобы дать возможность бить фашистов и тем самым показать свою преданность Родине. В конце 1942 года просьба была удовлетворена: Карпова направили в одну из штрафных рот 39-й армии Калининского фронта. По положению боец-штрафник должен быть ранен или убит. Лишь тогда с него снимали вину. Сами же штрафные роты использовались на наиболее тяжелых участках фронта, выполняя самые опасные задания. Для Карпова местом очередных испытаний стал район г. Белый, печально знаменитый обильно пролитой на его земле солдатской кровью. Здесь он участвовал во многих атаках и рукопашных схватках и дрался с врагом так мастерски и смело, что 20 февраля 1943 г. Военный совет Калининского фронта снял с него судимость, возвратив имя честного и чистого перед Родиной человека.

Владимира зачислили рядовым во взвод пешей разведки стрелкового полка. В его составе он участвовал в Ржевско-Вяземской 1943 года, Духовщино-Демидовской, Смоленской и других наступательных операциях, проявив себя лихим и смелым разведчиком. За год войны он прошел путь от красноармейца до старшего лейтенанта. Выполняя задания командования, участвовал в захвате 79 «языков». За свои героические подвиги он получил не только ордена и медали. В июне 1944 года В.В. Карпов был удостоен высшей награды страны – звания Героя Советского Союза.

Осенью того же года, залечив полученные в боях ранения, Владимир стал слушателем Высшей разведывательной школы Генерального штаба, а затем Военной академии имени М.В. Фрунзе. В течение четырех лет он подводил теоретическую базу под свой фронтовой опыт, изучая тактику высших соединений, армейские операции, историю военного искусства и многие другие дисциплины. В стенах прославленной академии, являвшейся крупнейшим центром военно-научной мысли в области тактики сухопутных войск, Карпов привлек к себе внимание хорошим знанием отдельных боев и операций, стремлением критически осмыслить их итоги и делать не только частные выводы, но и широкие обобщения. Сильной стороной его явилось счастливое соединение качеств исследователя и литератора. Эти две грани таланта слушателя-фрунзенца и определили его будущее. Офицер с такими данными был неоценим для Генерального штаба, где обобщался богатейший опыт Великой Отечественной войны и шла напряженнейшая работа над новыми уставами, наставлениями и трудами по стратегии и оперативному искусству. Служить в Генштабе – высокая честь для офицера. Такой чести был удостоен и Владимир Васильевич. Вместе с дипломом о высшем военном образовании он получил направление на Высшие академические курсы, где готовили кадры разведчиков оперативно-стратегического звена для Генштаба. Окончив их, Карпов в течение шести лет работал в этом главном органе управления вооруженными силами государства, по праву называемому «мозгом армии».

Владимир Васильевич, сочетая службу и литературное творчество, а печатается он с 1945 года, постоянно ощущал отсутствие знаний по теории и специфике литературного труда. Чтобы ликвидировать «кустарничество», он решил поступить на вечернее отделение Литературного института имени М. Горького. Его учеба проходила в условиях постоянного жесткого дефицита времени, ответственных служебных командировок и бессонных ночей. Однако большая любовь к делу, талант, трудолюбие, а также поддержка со стороны его творческого наставника – русского писателя К. Паустовского, признанного мастера лирической прозы, – сделали свое дело. В 1954 году он успешно защитил диплом.

Завершив учебу в институте, подполковник Карпов сразу же подал рапорт с просьбой направить его в войска, решив испытать себя на командных должностях. Кроме того, он хотел писать не только о войне, но и о повседневной армейской жизни в послевоенный период. Правда, непосредственное начальство, не желая отпускать столь ценного работника, попыталось противодействовать намерению Владимира Васильевича, однако руководство Министерства обороны отнеслось с пониманием к стремлению писателя и направило его в Туркестанский военный округ. В жарких районах Средней Азии Карпов служил еще 10 лет, командовал полком на Памире, в Кара-Кумах, был замкомдивом на Кушке, вплоть до увольнения в запас. В эти и последующие годы он создал целый ряд литературных произведений о Советской Армии. Многие из них были высоко оценены критикой. За свой литературный труд Владимир Карпов удостаивался званий лауреата Государственной премии СССР, премии имени Александра Фадеева, был отмечен «Золотой медалью» лауреата премии Министерства обороны.

Приведенных фактов вполне достаточно, чтобы показать высокий уровень профессионализма Карпова, но, кроме этого, в военном деле его знания оценены званием академика Академии военных наук, а в писательской среде должностью главного редактора лучшего журнала «Новый мир», который он возглавлял в течение шести лет. В 1986 году Владимир Васильевич избран первым секретарем Союза писателей СССР. Потому и ответ на вопрос о том, по плечу ли ему создать правдивое и многоплановое полотно, дать объективную оценку деяниям великого русского полководца Георгия Константиновича Жукова, должен быть, без всякого сомнения, положительным. Всей своей жизнью, тяжелыми испытаниями, мужеством, честью, благородством и талантом он завоевал право на создание столь ответственного произведения, которое возвращает легендарной личности маршала то место, что отвела ему история, а суждения и комментарии писателя заслуживают доверия читателей.

Трилогия Владимира Карпова «Маршал Жуков» – наиболее значительный, крупный и достоверный труд в отечественной историографии, труд, в котором события, поступки и качества полководца рассматриваются, анализируются и обобщаются в их преломлении сквозь призму военного искусства. Считаю обоснованным композиционное построение книги, позволившее в логической последовательности проследить основные этапы жизненного пути маршала – становление его личности, расцвет военного гения и неправедную опалу. Издание такой книги, безусловно, большое событие в ряду исторических исследований, относящихся к периоду Великой Отечественной войны. Она принадлежит к числу произведений, отмеченных объективностью в трактовке событий тех лет, бережным отношением к документам, к свидетельствам участников…

Пересказывать содержание трилогии или пытаться сделать критический анализ ее на нескольких страницах – дело и неблагодарное, и нереальное, а посему ограничусь лишь своим общим впечатлением о личности Георгия Константиновича и поделюсь некоторыми своими суждениями.

Писатель постарался показать Жукова таким, каким в действительности был этот неординарный и удивительно яркий человек, щедро одаренный мудростью и талантом. Среди своих сверстников и сослуживцев он выделялся мощным интеллектом и широкой, почти энциклопедической эрудицией, приобретенной в результате упорного самообразования, энергии, железной воли и целеустремленности. Жуков не был этаким добряком. Порой бывал крайне строг и требователен. Но никогда – ни в большом, ни в малом – не грешил против совести и порядочности. На всех постах, где пришлось ему служить, Георгий Константинович пользовался непререкаемым авторитетом как у подчиненных, так и у старших начальников. Прежде всего, потому что превосходно знал свое дело. Но еще и потому, что высочайшую требовательность он предъявлял сперва к себе, а уж потом – к своим подчиненным. Глубокое уважение окружающих вызывали его блестящий организаторский талант, прямота суждений, нетерпимость к небрежности или недобросовестности в любом их проявлении.

Эти черты его личности с особой силой проявились в годы Великой Отечественной войны. С большим напряжением, без устали, часто без сна и отдыха трудился Жуков над тем, как лучше решить стоявшие перед войсками задачи. Он был образцом высокой дисциплины, всегда с чувством ответственности подходил к реализации полученных приказов, однако не был слепым исполнителем чужой воли. Осознавая свою правоту в том или ином спорном вопросе, Жуков мог довольно резко возразить Сталину, на что почти никто другой из военачальников не отваживался. Только Жуков ничего не боялся. Он был смельчаком.

2
{"b":"13261","o":1}