ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Следующий из будущих противников Жукова, с кем надо познакомиться пораньше, как мне кажется, — Эвальд фон Клейст. Потому что фон Клейст будет первым гитлеровским генералом, с которым Жукову придется столкнуться на поле боя в первую же неделю войны, недалеко от нашей границы. Клейст в отличие от Кейтеля был родовит по военной линии, один из его предков был фельдмаршалом сухопутных войск при Фридрихе II. Следующий его предок тоже, еще в конце XVIII века и в начале XIX, отличился во многих войнах, за что получил звание графа, и вот с тех пор к фамилии Клейст стала прибавляться приставка «фон».

Эвальд Клейст родился в 1881 году. Звание лейтенанта получил в 1901 году, с 1910 по 1914 год учился в академии. После окончания академии получил звание капитана (Жуков, как вы помните, в 1915 году только надел солдатскую форму). В годы первой мировой войны Клейст работал в штабах корпуса, а после был направлен на службу в генеральный штаб. В 1919 году — майор и работает референтом, завотделом в военном ведомстве.

Если с Клейстом Жуков только столкнулся в первые дни войны, но остановить его танковый таран не смог, то с фельдмаршалом фон Боком он бился долго и упорно в сражениях под Москвой и одержал над ним, как известно, блестящую победу. Поэтому и за службой фон Бока давайте проследим заранее. По возрасту он ровесник Кейтеля и Клейста, родился в 1880 году, тоже потомственный прусский офицер в третьем поколении. На фронтах первой мировой войны дослужился до командира полка.

В те же годы начинали свои военные биографии и набирались образования и опыта почти все будущие противники Жукова. Гальдер, фон Манштейн, Гудериан, Гот, Паулюс, фон Рундштедт, Лист, Гёпнер и другие У них очень похожие биографии, почти все они родились в конце прошлого века, потомственные служаки, окончили офицерские училища и военные академии, получили опыт на фронтах первой мировой войны. По ходу службы Жукова я буду знакомить читателей и с изменениями в биографиях его оппонентов.

Жизнь нескольких поколений почти всех европейских государств в середине XX века зависела не только от обычного хода истории, движимого постоянно действующими социальными, экономическими, политическими и природными механизмами, но еще в эти годы проявилось и очень ощутимое влияние исторических личностей.

Деятельность Георгия Константиновича Жукова часто соприкасалась с деяниями двух исторических персонажей — это Сталин и Гитлер, от них нередко зависели и его собственные поступки, решения, а порой жизнь или смерть.

И хочу сразу же не просто сказать, а с недоумением воскликнуть по поводу такого вот исторического парадокса: Сталин и Гитлер были признаны военно-врачебными комиссиями непригодными к военной службе. Правда, в годы первой мировой воины, когда всех призывали «под метелку», Гитлер дослужился до звания ефрейтора. И вот эти двое, не наделенные природой даже простейшими качествами, необходимыми для военной профессии, становятся Верховными Главнокомандующими, руководят сражениями миллионных армий, присваивают звания маршалов и генералов, награждают или расстреливают их по своей прихоти, посылают в бой миллионы людей, проводят сражения в масштабах, невиданных доселе в истории.

Многие из живущих сегодня, и я в том числе, — свидетели и участники того, как вершилась недавняя история. Я считаю необходимым вспомнить хотя бы главные события и основных предводителей наших потому, что новые поколения не знают этих событий, не говоря о скрытых движущих рычагах и пружинах, без этого им многое будет непонятно. Да и нам, уходящим, на склоне лет нелишне вспомнить и пережитое, и что мы «натворили» в то жестокое лихолетье, ведомые историческими личностями и своей слепой преданностью им.

Гражданская война, годы двадцатые

В книге Жукова, в главе, которая называется «Участие в гражданской войне», изложена общая обстановка на фронтах, на востоке, на западе, на юге, но все это в очень крупных масштабах, и мало сказано о личном участии Жукова в боях Из автобиографии в его личном деле и из отдельных эпизодов в воспоминаниях можно составить следующую короткую хронику его участия в гражданской войне

В Краевую Армию вступил добровольно в августе 1918-го Службу начал в 4-м кавалерийском полку 1 и Московской кавалерийской дивизии. Полк формировался в Москве, в казармах на Ходынке. Был в этом полку рядовым, затем, командиром отделения, помощником командира взвода.

Весной 1919 года возникла опасность для молодой Советской республики на востоке. Оттуда вел свою трехсоттысячную, хорошо вооруженную армию Колчак. Сюда, на этот фронт, и был брошен полк, в котором служил Жуков. Он вспоминает о прибытии в район боевых действий довольно живописно.

«Помню момент выгрузки нашего полка на станции Ершов. Изголодавшиеся в Москве красноармейцы прямо из вагонов ринулись на базары, купили там караваи хлеба и тут же начали их поглощать, да так, что многие заболели. В Москве-то ведь получали четверть фунта плохого хлеба да щи с кониной или воблой.

Зная, как голодает трудовой народ Москвы, Петрограда и других городов, как плохо снабжена Красная Армия, мы испытывали чувство классовой ненависти к кулакам, контрреволюционному казачеству и интервентам. Это обстоятельство помогло воспитывать в бойцах Красной Армии ярость к врагу, готовность их к решающим схваткам».

К середине апреля создалась реальная угроза соединения войск Колчака и Деникина, потому что Колчак находился в непосредственной близости от Казани и Самары. В этот критический момент командование южной группой войск Восточного фронта было возложено на М. В. Фрунзе. Умелым ударом по открытому левому флангу Фрунзе нанес белым поражение под Бугульмой, Белебеем и под Уфой. В этих боях участвовал, еще в небольшом звании, в должности помкомвзвода, и Жуков Тогда же он впервые увидел Фрунзе. Конечно, он тогда стоял в строю, а Фрунзе был для него большой, недосягаемый начальник, но все же эта встреча навсегда запомнилась Жукову, он с большой теплотой отзывался о Михаиле Васильевиче.

В это время уже совсем определяется и политическое лицо Георгия Константиновича. До марта 1919 года он состоял в группе сочувствующих (тогда еще не было кандидатов партии), а 1 марта 1919 года его приняли в члены РКП (б). В партию Жуков вступал, как говорится, с открытой душой, полностью разделяя ее программу — социальное положение и жизнь крестьянина-бедняка сформировали его взгляды и чаяния, они совершенно соответствовали тому, что провозглашала и осуществляла партия. В своих воспоминаниях он, уже будучи пожилым человеком, с жаром пишет— «С тех пор все свои думы, стремления, действия я старался подчинять обязанностям члена партии, а когда дело доходило до схватки с врагами Родины, я, как коммунист, помнил требования нашей партии быть примером беззаветного служения своему народу».

И это действительно так. В сабельных рубках, в стычках с врагами Жуков был храбрым бойцом, что отмечали его товарищи и командиры. Во второй половине 1919 года его, как человека, проявившего себя в боях и заслуживающего дальнейшего роста, намеревались послать на курсы красных командиров. Но в эти дни в районе села Заплавное белые внезапно переправились через Волгу между Черным Яром и Царицыном, и полк вместе с другими частями был брошен на ликвидацию этого плацдарма, поэтому Жукова на учебу не отправили. Да к тому же в этих боях он был и ранен. Это произошло в рукопашной схватке — недалеко от Жукова разорвалась ручная граната, и осколки впились в левую ногу и левый бок. Жуков был отправлен в лазарет.

После лечения он получил месячный отпуск на поправку. Поехал к родителям, в свою родную деревню Стрелковку. Здесь было голодно, жилось трудно. Сразу после отпуска Жуков явился в военкомат и попросил, чтобы его отправили в действующую армию. Но военком, посмотрев на него, сказал, что он еще слаб, надо бы ему полечиться, и поэтому отправил его на кавалерийские курсы в Старожилово Рязанской губернии.

6
{"b":"13261","o":1}