ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Я сказал ему: «Хорошо, вы мне не верите. Не верите, что эта девушка делает из вас дурака. Не верите, что она собирается убить свою мачеху при помощи электрического тока. Хорошо: прошу вас немного помочь нам, и вы во всем убедитесь лично. Прошу вас ехать в Париж и огласить свое предупреждение. Я все устрою так, что вам никто не помешает. Ну и посмотрите, что произойдет».

Пенник согласился. Он приехал на аэродром с полицейским в штатском, никто, кроме нас, не знал, что он находится под арестом. Очень бледный, он уселся в самолет на глазах толпы людей и под обстрелом репортерских камер. Это мне и было нужно, чтобы он уехал, прежде чем смог бы рассказать обо всем Виктории Кин… Но я также знал, что он никогда не решится произнести это предупреждение. Он просто не мог этого сделать. Его гордость подверглась унижению, и когда он разговаривал со мной, то плакал как ребенок.

Теперь мы уже знаем, что произошло. Он полетел в Париж, но мысли о Виктории доводили его до безумия. Он оторвался от сопровождающего его полицейского и исчез. Прежде чем кто-либо успел сориентироваться, Пенник на самолете вернулся в Лондон. Он должен был быть свидетелем событий. Должен был развеять свои последние сомнения…

Старший инспектор тихонько свистнул.

— Да, — прервал он Г.М. — Вы предупреждали нас, что он может это сделать. Я должен признать, что особенно удивился, что он наскочил на нас, когда мы готовились захватить врасплох эту молодую даму, — Мастерс удовлетворенно улыбнулся, — со значительной поддержкой ее мачехи.

Доктор Сандерс с горечью смотрел на него.

— Да, но меня это удивило. Когда я увидел Пенника, поднимающегося по лестнице, ведущей на балкон, я был уверен, что он охотится на меня. Вы знали, что у него был нож?

— Я знал, — мрачно ответил старший инспектор. — Все время, пока мы стояли на этом чертовом балконе, я так крепко держал его за плечи, что он не мог пошевелиться. Но этот нож был предназначен не для вас, а для мисс Кин. Он бы покончил со всем на месте: рыдал, как ребенок, но при этом хотел ее убить! Я не слишком сочувствую этому джентльмену, сэр, хотя знаю, что вы жалеете его…

— Спокойно, сынок, без нервов! — мягко сказал Г.М.

— Нет, я нисколько его не жалею, — продолжал Мастерс с ожесточенным блеском в глазах. — Он хотел быть хозяином и владыкой над всеми, как хозяйничал в своем племени, когда время от времени появлялся в родном буше. Он рассказывал нам, как из дома своего дяди-колдуна он управлял всеми! Пенник и его резиновые маски!

— Резиновые маски? — удивился Сандерс.

Сэр Генри почесал себя по лысине. Потом с интересом посмотрел на потолок, а когда повернулся к доктору, голос его был сладким, как сироп от кашля.

— Хм-м, копия его собственного лица, выполненная из темной резины. Фетиш. Маска, какую носят колдуны в разных африканских племенах. Она больше, чем нормальное лицо, сделана из резины, так что ее можно растягивать во всех направлениях и таким образом придавать ей более страшный вид. Вы знаете, на чем основывается подобного рода фетишизм? Я слишком устал, чтобы в такое время просвещать вас относительно сходства между различными религиями. Но главные принципы те же самые, как среди африканских дикарей, так и в Европе, когда в средние века на кострах сжигали еретиков. Да, мои дорогие. Секта Водо возникла в начале двенадцатого века во Франции в борьбе со злоупотреблениями церковной иерархии. От нее, вероятно, произошло название Вуду — религия, распространенная на Антильских островах и среди негритянского населения Соединенных Штатов, основанная на суевериях и черной магии. Не знаю, помните ли вы, но Мина Констебль говорила, что Пенник чуть не вышел из себя, когда какой-то профессор на корабле назвал его месье Вуду. У Пенника было несколько таких масок, и одну из них он все время носил при себе. Виктория Кин — что за хитрая девица — выпросила или просто украла ее у него. Это могло ей очень пригодиться, если бы она захотела в нужный момент «вызвать» астральный призрак Пенника…

Серый свет вливался в комнату в незашторенные окна. Мастерс уже долгое время с нескрываемым весельем присматривался к противоположной стене. Энергичным движением он поднес к губам бокал и осушил его одним глотком. Засмеялся. Поставил, его тихий смех перешел, в громкий и неудержимый хохот.

— Клянусь Богом… — выдавил он, хлопая себя по бедрам. Сэр Генри посмотрел на него поверх очков.

— Да? Что в этом смешного, инспектор?

— Мне вспомнился тот старик из поезда: ну тот, который предлагал посадить Пенника в оцинкованный ящик, как мы делаем с радием. «Телефорс»! А люди сходили с ума от страха! И лучи смерти, которые могут разрушить в воздухе бомбардировщик! И… и все только потому, что электрический камин упал в ванну…

— Вы думаете, что это так смешно?

— А вы так не думаете, сэр?

— Нет, — серьезно сказал Г.М. — А как вы думаете, почему мы допустили весь этот шум по радио, в газетах?

— Не понимаю?

— Потому что хотели дать обществу урок здравого рассудка. Сегодня лопнет мыльный пузырь. Они узнают, что грозный «Телефорс» — это просто стечение бессмыслиц, а псевдонаучные теории годятся только для корзины с мусором. Это и было целью всей акции. И в следующий раз, когда начнут распространяться панические слухи, когда начнется болтовня о супербомбе, которая может уничтожить все Британские острова, либо о Лондоне, окутанном облаком ядовитого газа — они посмотрят на свой домик с садиком и скажут с иронией: «Телефорс»! И почувствуют себя в безопасности.

Когда вы услышите о суперсамолетах, супергазе или о нашей абсолютной беззащитности, подумайте о «Телефорсе». Тенденция верить во все превращает человеческие лица в чудовищные маски. Маски, большие, чем лица владельцев, потому что это только резина, которую можно растягивать во все стороны.

Сэр Генри тяжело встал с кресла, засопел от сделанного усилия и подошел к окну. Первые солнечные лучи осветили его лысину и упрямый подбородок, когда он стоял и задумчиво вглядывался в панораму Лондона.

53
{"b":"13272","o":1}