ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Теперь спокойнее! — сказал себе Фентон,

Он начал спускаться вслед за Джайлсом, псы бежали за ним. Пока Джайлс ставил канделябр на уступ колонны винтовой лестницы, Фентон сделал несколько шагов по нижнему холлу и остановился в изумлении.

Пол был отполирован до блеска. В стенных канделябрах горели свечи ярким, но в то же время мягким светом. Холл был пуст, если не считать человека, стоявшего в открытых дверях парадного входа.

Это был высокий, крупный мужчина в наполовину расстегнутом красном мундире с кружевным воротником, вооруженный тяжелым тесаком. Черный блестящий парик покрывала лихо заломленная набок широкополая шляпа с плюмажем. Его лицо цвета мускатного ореха в настоящий момент было багровым от злости, огромные черные усища топорщились, задевая локоны парика. Голубые глаза сверкали под черными бровями.

Фентон посмотрел на Джайлса, поставившего канделябр и подошедшего к нему.

— Джайлс, — заговорил он, — произошла еще одна досадная ошибка. — Фентон улыбнулся вновь прибывшему: — Сэр, по-моему, вы капитан О'Кэллахан из Первого полка королевских драгун?

— Честь имею! — выпрямившись, откликнулся капитан О'Кэллахан.

— Джайлс, будь внимателен! — приказал Фентон, кивнув в сторону открытой двери.

Снаружи, откуда веял прохладный воздух, освежая легкие Фентона, виднелись липы и аллея, освещенные серебристым полумесяцем. За деревьями, лицом к дому, неподвижно стоял отряд конных драгун. У каждого на левом боку висела длинная шпага, а к кожаной перевязи, тянувшейся от левого плеча к правому бедру, был прикреплен кремневой мушкетон или легкий мушкет.

— Неужели ты забыл, Джайлс? — осведомился Фентон. — Это же капитан О'Кэллахан, который велел своим солдатам отсалютовать нам в ту ночь, когда мы сражались с» Зеленой лентой «!

Фентон шагнул вперед, протянув руку. Гром, самый крупный из мастифов, следовал за ним.

— Капитан, — промолвил Фентон с искренним радушием, — простите, что не смогу оказать вам достойного гостеприимства. Дело в том, что я немного приболел, а слуги в замешательстве, так как моя жена…

Он не договорил. Что-то явно было не так. Капитан О'Кэллахан выглядел смущенным, но не сдвинулся с места и не протянул руки.

— Что все это значит? — спросил Фентон.

— Сэр Николас, — заговорил капитан, — разрази меня гром, если я не ценю вас чрезвычайно высоко! Должен признаться, что выполняю свое поручение с величайшей неохотой. Но это мой долг! Однако позвольте сначала сказать вам несколько слов.

Рукой, затянутой в черную кожаную перчатку, капитан О'Кэллахан указал на Джайлса.

— Заставьте этого парня придержать язык, сэр Николас, — сердито произнес он. — Не то я сделаю это сам, всадив ему шпагу в глотку!

— Вы находитесь в моем доме, сэр, — ответил Фентон с подчеркнутой вежливостью, — и позвольте уж мне самому распоряжаться моими слугами: Джайлс, ты чем-то рассердил капитана О'Кэллахана?

Джайлс скривил губы.

— Боюсь, что так, сэр. Но вы сами сможете судить о его» поручении «. Не сомневаюсь, что оно исходит от» Зеленой ленты «.

Последовала краткая пауза.

— Что?! — в изумлении рявкнул капитан О'Кэллахан.

— Я имею в виду, сэр капитан, милорда Шафтсбери и его партию.

Изумление О'Кэллахана перешло в бешеный гнев. Рука его инстинктивно метнулась к эфесу шпаги. Однако стоящий рядом с Фентоном Гром зарычал столь грозно, что рука капитана вернулась на прежнее место.

— Стоять! — приказал псу Фентон.

Не имея сил удержать мастифа, он склонился над Громом и успокаивающе заговорил с ним, но у него от слабости потемнело, в глазах, и он снова выпрямился.

— Джайлс, — сказал он, — мы ошиблись оба.

— Ошиблись, сэр?

— Да, — Фентон кивнул в сторону капитана. — Вы спросили у ирландского католика, не выполняет ли он поручение банды убийц, состоящей целиком из приверженцев государственной церкви или пуритан, которые с удовольствием разделались бы с ним самим.

— Вот именно! — буркнул О'Кэллахан.

— Но это еще не все, — продолжал Фентон. — Наш гость служит в армии, и ни милорд Шафтсбери, ни кто другой из его партии не мог подкупить его. Армия верно служит его величеству и подчиняется только его приказаниям.

Лицо Джайлса позеленело, как у проницательного человека, раз в жизни совершившего промах. Фентон обернулся к посетителю.

— Что касается вас, капитан, — промолвил он, изменив тон, . — то не советую вам пытаться всадить шпагу в глотку моего друга.

— Да неужели?

— Именно так! А самое главное, не делайте угрожающих жестов и не кладите руку на эфес шпаги. Гром стоит слишком близко от вас, — Фентон потрепал мастифа. — Прежде чем вы успеете выхватить шпагу, он перервет вам глотку.

— Неужели? — осведомился О'Кэллахан с прежним самодовольством. И он с вызовом потянулся к шпаге.

На рычание Грома отозвались эхом Лев и Голозадый. Видя грозящую хозяину опасность, они подобрали задние лапы, готовясь к прыжку.

Лицо капитана О'Кэллахана стало куда менее красным, а рука медленно опустилась. Однако он не отступил ни на дюйм и бодро подкрутил усы.

— По этому поводу можно было бы заключить пари, — заметил капитан. — Я бы поставил шесть против одного, что смог бы отсечь этому зверюге голову, прежде чем он прикоснется ко мне! — Рычание замерло, и он продолжал: — Но, как я уже сказал, мне следует исполнить свой долг.

О'Кэллахан снова выпрямился.

— Сэр Николас Фентон! К моему искреннему сожалению, я должен арестовать вас и препроводить в Тауэр, где вам надлежит оставаться до… ну, в течение положенного времени!

Фентон уставился на капитана, смущенно переминавшегося с ноги на ногу.

— В Тауэр? — повторил он, добавив и вовсе глупый вопрос: — В лондонский Тауэр?

— Ну а в какой же еще?

Фентон посмотрел на Джайлса, чье лицо было таким же ошеломленным. —

— По какому обвинению?

— Сэр Николас, мне не позволено сообщать вам это, но вам самому должен быть известен ответ на ваш вопрос.

— Насколько я понимаю, в Тауэр посылают лишь по одному обвинению — в государственной измене?

— Ну, — проворчал О'Кэллахан, утвердительно подмигнув украдкой, — если вы предпочитаете назвать обвинение сами…

— В измене?!

— …то не мое дело это отрицать. Но я не сомневаюсь, что через одну-две недели вы будете оправданы.

— Капитан, — произнес Фентон, чувствуя, что его голову охватывает жар, — я не могу сомневаться в вашей честности. Но клянусь, что это чудовищная ошибка! — он прикоснулся к перстню с камеей на левой руке. — Прежде чем вы меня арестуете, могу я обратиться к королю? Или, если я прошу слишком многого, могу я послать ему определенную вещь?

— Вы хотите обратиться к королю? — переспросил О'Кэллахан, перестав подкручивать усы.

— Да!

— Но, разрази меня гром, сэр Николас! Ведь приказ подписан собственной рукой его величества!

Засунув руку внутрь форменной куртки, капитан О'Кэллахан извлек оттуда свернутый в трубку лист пергамента. Он развернул его ровно настолько, чтобы была видна подпись.

— Взгляните! — предложил капитан.

Фентон не мог сомневаться, глядя на подпись» Карл R. « 119. Слишком часто он видел ее на пожелтевших от времени письмах, когда писавший их и его адресаты уже давным-давно обратились в прах.

— Это рука короля, — признал Фентон.

Пока капитан О'Кэллахан прятал пергамент на прежнее место, Фентон отошел в сторону. Джайлс и Гром последовали за ним.

Увидев королевскую подпись, Фентон почувствовал, что дверь в будущее с шумом захлопнулась перед ним, заперев его в прошлом навечно.

Лидия умерла. Король покинул его. Он обвинялся в измене, а такие обвинения, как правило, заканчивались повешением и четвертованием. Столь любимое им прошлое обернулось кровожадным чудовищем, а дьявол, очевидно, одерживал победу. Фентон ощущал одиночество и отчаяние, но тем не менее промолвил:

— Я еще не побежден!

вернуться

119

R. — сокращенное Rex — король (лат.).

70
{"b":"13273","o":1}