ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Хедли был довольно прямолинеен.

— Не сомневаюсь, — сказал он, — что ребенок будет достоин и вас, и своего будущего отца. Между прочим, какое родство связывает вас с Фрэнком Доррансом?

— С Фрэнком? Никакого родства.

— Но вы постоянно говорите, что он пошел в вас.

— Так оно и есть. Не хочу утомлять вас деталями, — сказал Ник, сияя при мысли о том, что вскоре станет дедом, — но это давняя история. В колледже нас было трое… побратимов, понимаете? Боб Уайт, Джерри Нокс и я.

— И что же?

— Так вот, из нас троих только Боб Уайт имел ребенка, и только он не преуспел в этом мире. Он женился на девушке из Бедфордшира по фамилии Стентон, к которой я сам был когда-то неравнодушен, и у них родилась дочь Бренда. Все мы души в ней не чаяли, но старина Боб так любил прихвастнуть, что мы никогда не знали, как у него дела: он лгал направо и налево, будто у него все в порядке, и мы считали его маленьким Рокфеллером. Видите ли, он почти постоянно жил за границей.

Да будет мне позволено сказать, что мои дела процветали. Джерри Ноксу необыкновенно везло на сделках в Сити. Он усыновил своего племянника — Фрэнка. Заметьте, я говорю это к чести Джерри: он все делал для мальчика и добился, я бы сказал, неплохих результатов. Но и я во многом ему помогал. Так вот, однажды мы услышали — и для нас это было как гром с ясного неба, — что Боб Уайт окончательно промотался и застрелился в Нью-Йорке, а его вдова и маленькая дочь живут предположительно в Борнмуте. Там я и разыскал их. Надо сказать, я чувствовал себя преотвратно. Нелли настолько спилась, что долго ей было не протянуть. Так и вышло. Девочку я, разумеется, взял к себе.

Было уже слишком поздно, чтобы хоть как-то сформировать ее характер; мне не повезло. Это случилось всего пять лет назад. Я обнаружил, что ей не хватает элементарного школьного образования. Почти на четыре года я поместил ее в лучшую школу Англии, там она безумно страдала, поскольку была старше всех остальных девочек, — но что я мог поделать? Затем я привез ее сюда. В этом нет ничего предосудительного. — Последние слова Ник произнес почти извиняющимся тоном, хотя Хедли и в голову не приходило усматривать в его действиях что-либо предосудительное. — А тем временем мы с Джерри Ноксом строили планы. Он не меньше моего привязался к Бренде, и у него возникла идея женить на ней Фрэнка.

Надеюсь, он сейчас пьет пиво в Валгалле, — присовокупил Ник, — он всегда любил пиво. Во время этого последнего ноябрьского дела — вы его помните? — он простудился и, когда у него до предела поднялась температура, изменил свое завещание. Он по-прежнему оставлял все свои деньги Фрэнку и Бренде, но теперь лишь при том условии, что они поженятся. Адвокат сказал, что составить такое завещание мог только полоумный, но меня оно тронуло. У меня простая, не чуждая сентиментальности душа, — затемненное стекло в очках Ника блеснуло, — и эта мысль мне понравилась. Джерри был одиноким стариком, и в этом заключалась его беда. За два дня до Рождества он отошел в мир иной. Он хотел включить в завещание пункт, согласно которому первому ребенку надлежало дать его имя, но я этот пункт вычеркнул. Ха-ха-ха!

Во время паузы, последовавшей за этой энергичной речью, жужжание вентилятора стало еще громче. В комнате, в доме и в саду наступила мертвая тишина, которая всегда предшествует началу грозы. Кругом было так тихо, что Хедли показалось, будто он слышит слабые голоса, долетающие с теннисного корта. Небо потемнело. Ник потел под слоями бинтов, хотя физического неудобства они ему теперь почти не доставляли.

Тишину нарушил резкий звук — Хедли чиркнул спичкой.

— Это очень интересно, доктор Янг, — сказал он и раскурил потухшую сигару. — Извините, но у меня есть основание задать вам еще один вопрос.

— Вопрос? Какой вопрос?

— Что думают об этом условии ваши молодые люди? Они, считают его справедливым?

— Справедливым? — повторил Ник уже без всякой сентиментальности. — Конечно, они считают его справедливым. Они любят друг друга, во всяком случае, настолько, насколько это необходимо. Что конкретно вы имеете в виду?

— Ничего. Я просто спрашиваю.

— У вас какое-то странное выражение лица, — настаивал Ник, обратив к Хедли зловещее затемненное стекло своих очков. — К чему вы клоните? У вас есть основания считать, что я не прав? — Он задумался. — Есть один молодой человек, некто Роуленд. Хью Роуленд. Если я не ошибаюсь, он строит глазки Бренде. Но я не вижу здесь особой опасности. Хотя, Бог мой, ежели подумать…

— Нет причин для беспокойства, доктор Янг. Роуленд? Роуленд, Роуленд. Постойте, не сын ли это известного адвоката? Роуленд и Гардслив?

— Да, это он, — подозрительным тоном подтвердил Ник. — Что из того?

— Видите ли, сэр, — сухо сказал Хедли, — это не мое дело, но если бы вы столкнулись с ним на профессиональной почве, я не был бы так уверен в успехе. Он очень умный молодой человек.

Ник недоверчиво хмыкнул:

— Молодой Роуленд? Умный? Что за вздор! Умный!

— Что ж, как ни говорите, но он нас побил, — сказал Хедли. — Возможно, вы помните отравительницу миссис Джуел. Несмотря на решение суда, я по-прежнему считаю ее отравительницей. Против нее у нас были почти неопровержимые улики, но ее оправдали. И этим она обязана усилиям Роулендов, старшего и младшего — главным образом младшего.

— Ерунда! — сказал Ник. — Я знаю это дело. Ее вытащил Гордон-Бейтс.

— Да. Обычно все заслуги приписывают выступающему адвокату, Барристеру. Но не следует заблуждаться. Барристер руководствуется изложением дела. А это дело было подготовлено вашим молодым другом; даже патологоанатому пришлось сдаться. Однако! Что произойдет, если либо мисс Уайт, либо мистер Дорранс откажутся вступить в брак согласно завещанию вашего друга?

Ник откинулся на спинку кресла. Голос его теперь звучал почти по-стариковски.

— Послушайте, — начал он. — Что вы имели в виду, придя сюда и доставив мне немалое беспокойство? Что вы имеете в виду, когда сидите в моем кресле, курите мои сигары и строите из себя сурового полисмена с парой наручников наготове? Какое вам до всего этого дело? Умный! Фрэнк в два счета разрушит ваши иллюзии на сей предмет. Фрэнк способен выставить его дураком и часто делает это. Недавно вечером у нас была дискуссия на тему преступлений, и Фрэнк посадил его в лужу. Разумеется, Бренда и Фрэнк поженятся. Если же нет, то все деньги Джерри до последнего пенса пойдут на благотворительность. Держу пари, они этого не допустят.

— Я этого и не предполагал, доктор Янг. А что будет, если молодой Дорранс умрет до свадьбы?

Наступило молчание.

За окнами тяжелый, густой воздух слегка всколыхнулся от легкого порыва ветра. Грома слышно не было, лишь легкая вибрация, но сам воздух словно пришел в движение. Даже издалека они слышали стук теннисных ракеток.

Ник неожиданно фыркнул; он снова пришел в себя.

— О, едва ли это возможно. Видите ли, Фрэнк весьма крепкий парень. Но если один из них умрет, то все наследует оставшийся в живых. Однако, думаю, Ллойд может представить вам исчерпывающие доказательства здоровья Фрэнка.

— Не сомневаюсь.

Электрический вентилятор снова зажужжал несколько громче.

— Эй, выкладывайте, что там у вас, — приказал Ник. — Вот уже целых десять минут вы ходите вокруг да около. В чем дело?

— Дело вот в чем. Вы когда-нибудь слышали о девушке по имени Мэдж Стерджес?

Ник громко, с облегчением вздохнул:

— О Господи! И это все? По вашему виду можно подумать, будто вы собираетесь сообщить мне, что мальчик ограбил Британский банк и убил охранника. Значит, он связался с девушкой по имени Мэдж Стерджес, так? И в чем же дело? Нарушение обязательств?

— Нет.

— Тогда все в порядке, — сказал Ник с еще большим облегчением.

— Одну минуту, доктор Янг. Вы рассказали мне поучительную историю, теперь послушайте меня. Вот факты из дела Мэдж Стерджес. Около двух месяцев назад ваш молодой протеже, мистер Фрэнк Дорранс, встретил Мэдж Стерджес в мюзик-холле «Орфеум»…

6
{"b":"13275","o":1}