ЛитМир - Электронная Библиотека

Он пробежал мимо шестиугольной комнаты, где, как ему показалось, звучали тихие голоса Пэм и другой женщины, которой здесь ни в коем случае быть не могло, и успел открыть парадное до звонка.

На лестнице оказался мужчина без шляпы, в дождевике с поднятым воротником вместо пальто, который посмотрел на него снизу вверх — он стоял на фут с лишним ниже, на второй ступеньке. Увидев коротко стриженные черные волосы на длинной голове, взволнованные темные глаза, Хью узнал его прежде, чем молодой человек представился:

— Моя фамилия Лейк. — Он тряхнул головой и, как бы раздраженный своей хрипотой, нетерпеливо прокашлялся. — Джералд Лейк, адвокат. Вероятно, лорд Саксемунд никогда не слышал обо мне. Но если возможно, если он случайно дома, мне хотелось бы с ним повидаться по чрезвычайно важному и неотложному делу.

Туман был еще гуще вчерашнего, если такое возможно, — не видно было даже другой стороны улицы.

На Хью смотрели честные, серьезные глаза идеалиста. Он очень хорошо помнил адвоката из конторы над антикварным магазинчиком мистера Коттерби, с которым познакомился незадолго до жестокой уличной драки. Именно Джералд Лейк предупредил Батлера об опасности.

— Я… — тихо вымолвил Хью.

Судя по взгляду, Лейк его не узнал, что, впрочем, неудивительно, поскольку он стоял в темном дверном проеме. Если он что-нибудь и видел, то лишь силуэт Хью и его костюм: темный короткий пиджак с полосатыми брюками, приличествующий не только человеку какой-нибудь профессии, но и в высшей степени достойному швейцару.

— Проходите, сэр, — еще тише шепнул Хью, абсолютно не понимая, что он делает, черт побери.

Тем не менее Хью отступил глубже в тень и придерживал створку двери. Лейк кивнул, шагнул в дом, и Хью совершенно беззвучно закрыл дверь.

— Не знаю, дома ли лорд Саксемунд, — еле слышно шепнул он, что обоим вовсе не показалось странным. — Сейчас справлюсь.

— Спасибо. — Лейк снова прокашлялся. Повернувшись к нему спиной, Хью пошел ко второй двери слева, не зная, куда она ведет, может быть в гардеробную. Однако дверь открылась в какую-то гостиную.

— Обождите, пожалуйста, здесь, — попросил он, кивая на кресло.

Хью не осмелился включить свет, прикоснуться к каким-нибудь выключателям, ибо могла загреметь музыка, лишив рассудка обоих молодых людей. Лейк кивнул, снова поднял глаза, в которых явственно промелькнуло безумие.

Неизвестно чего испугавшись, Хью быстро выскочил, закрыв за собой дверь.

В любом случае обязательно надо добраться до телефона в передней комнате. Промчавшись по коридору, он увидел неподалеку дверь, к тому времени совершенно забыв, что несколько минут назад слышал там голоса. Приготовившись широко распахнуть ее, он открыл створку дюймов на десять и замер.

Один голос принадлежал Пэм. Одетая в серое платье, она сидела спиной к нему на жестком стуле, лицом к письменному столу, стоявшему у окна. Другая девушка расположилась в кресле за столом лицом к Пэм. Обе тонули в сумерках.

— …я позвонила по телефону и попросила разрешения прийти сюда, — довольно громко и резко говорила другая девушка, — чтобы спросить, что вы делаете.

С такими словами она протянула руку и включила лампу в зеленом абажуре. Лампа осветила стол, пространство в несколько футов над ним, и больше ничего. Виднелся только силуэт Пэм, неподвижно сидевшей на стуле перед письменным столом со светящимся ореолом вокруг белокурых волос. Четко высветилось лицо другой девушки, одновременно пылающее и бледное.

— Что ж вы делаете? — почти прокричала она.

Это была Элен, невеста или, возможно, бывшая невеста Хью.

Глава 16

Элен явно была в расстроенных чувствах. Губы бесстрастно сжаты, в карих глазах, более темных, чем волосы, сверкал гнев, который она старалась сдержать. Девушка была в меховой шубке, в ярком, наброшенном на голову шарфе, выделявшемся на фоне темных задернутых штор.

— Исключительно между нами, — доверительно продолжала девушка. — Я прекрасно понимаю, что вы далеко не такая глупышка, какой притворяетесь.

Пэм молчала.

— Опять же между нами, — добавила Элен, повышая тон, как бы желая ударить или встряхнуть собеседницу, вывести ее из ступора. — Признаюсь, что в отеле вчера вечером вы меня поставили в жуткое и почти неприличное положение. И кто же мне помог — Хью, Пат Батлер? Никто! Они помчались в театр «Оксфорд». А через пять минут явилась полиция. Едва не разразился скандал!

— Да, — равнодушно проговорила, наконец, Пэм. — Кстати, вы знаете, что у нашего дома стоит полицейский автомобиль?

Элен этого, очевидно, не знала. Она привстала, чтобы взглянуть в окно, однако передумала и снова села. Лицо ее все больше краснело от раздражения.

— Нет! — отрезала она. — Пока не знаю. Слишком густой туман. Наверно, не заметила. Только пытаюсь угадать: какую игру вы ведете сейчас?

— Никакую, — отчужденно ответила неподвижная Пэм. — Если вы мне не верите, пойдите и поговорите с теми, кто сидит в машине.

Элен в страхе хлопнула обеими ладонями по стопке бумаги на письменном столе.

— Это правда?

— Да.

— Значит, они приехали, чтобы арестовать…

Пэм промолчала. Элен снова стукнула по бумаге.

— Ты ведь дочка ужасно богатого человека…

— Какая ты дура, — заключила Пэм после паузы недрогнувшим, ровным голосом. — Если хочешь, я тебе скажу, о чем ты действительно хочешь спросить.

— Будь добра.

— Ответ отрицательный, — объявила Пэм. — Я Хью ничего не сказала.

— О чем? — воскликнула Элен.

— О том, что ты говорила полицейскому инспектору, шотландцу, явившемуся в отель после бегства Хью с Патом.

Теперь она повысила тон, но не сильно, — видно, она изо всех сил старалась сохранить спокойствие.

— Заявила, будто ничего не знаешь. Понятия не имеешь, что Хью разыскивает полиция. Заявила, будто он подарил тебе поддельное кольцо, которое ты, узнав об ужасных событиях, — Пэм тяжело сглотнула, — швырнула ему в лицо вместе с обручальным. Сказала, что кольца валяются в коридоре. Там их полиция и отыскала. А потом окончательно доказала свою добропорядочность, сообщив полицейским, что Хью отправился в театр «Оксфорд». Пролила крокодильи слезы и ушла из отеля.

Элен выслушала тираду без всяких эмоций.

Можно было бы сказать, что лицо ее чересчур раскраснелось, взгляд стал слишком жестким, но она твердо смотрела на Пэм, сцепив на бумаге руки.

— Ты запаниковала. Я тебя не упрекаю. Ты на самом деле хорошая, добрая… — продолжала Пэм.

— Спасибо.

— Но не доводи меня, — предупредила Пэм.

На секунду Элен содрогнулась от холодных, вызывающих, угрожающих слов, хотя Пэм опять успокоилась.

— Ведь когда ты впервые услышала историю, которую Хью рассказывал Пату у него дома, ты очень сильно расстроилась из-за того, что никто ему не помог. И решила, что запросто можешь помочь. Потом пришла в отель…

— Где ты, — вставила Элен с быстрой колкой усмешкой, — устроила красочное представление у администраторской стойки…

— Правильно, — подтвердила Пэм, кивая, как загипнотизированная. — Знаешь, это не трудно. Я всю жизнь разыгрываю дурочку в угоду папе и маме, которые ничего больше мне не позволяют. Поэтому было очень легко…

— Потерять голову из-за бедняжки Хью? — усмехнулась Элен, снова сильно хлопнув по листам бумаги. — Изображать глупенькую девчонку? Причем в конце концов практически ничего не добиться, не правда ли?

— Правда.

— И дальше ничего не получится, милочка. Теперь тебе это ясно?

— Да, — подтвердила Пэм, опустив голову. — Но я еще не ответила па вопрос, ради которого ты пришла.

— На какой?

— Я ему не сказала, что ты отреклась от него, предала, как и все остальные. Я в стельку напилась, опрокидывая рюмку за рюмкой и выдумывая всякую чушь, чтобы направить полицию по ложному следу. Только я была не такой уж пьяной. Я ему ничего не сказала и не скажу. Пускай сам поймет, что в толпе окружающих его чертовых снобов хотя бы один человек будет стоять за него насмерть. Даже если бы это была ты. Хотя ты… оказалась почти хуже всех.

36
{"b":"13279","o":1}