ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— …и все это ужасно, и я, конечно, понимаю, как ужасно все это для тебя, я тебе ужасно сочувствую, но я говорю, что это так нелепо, когда мы так ждали этих милых праздников; но похоже, куда бы я ни направилась, всюду одно и то же. Ты благополучно сюда добрался?

— Мелитта, — прервал поток ее речи Кент, — ты в курсе, что случилось? Тебя хочет видеть начальник полиции.

Из— за ее своеобразной манеры разговора невозможно было заметить изменения предмета беседы. Она перескочила на него так легко, будто они все время обсуждали именно это. Но, продолжая рассеянно смотреть на Кента, она вдруг в очередной раз проявила свою озадачивающую многих способность к проницательности.

— Мой дорогой Кристофер, мне уже все рассказала горничная, за что я подарила ей шиллинг. Бог видит, шиллинга мне не жалко, хотя я считаю, что в Англии все стоит так дорого, и, когда я вижу цены в витринах магазинов, я просто ахаю и не могу представить, как они могут платить такие огромные деньги, когда дома точно такую же шляпку я могу купить всего за двадцать семь фунтов и шесть шиллингов. Бедняжка Дженни. Ее магазин был намного лучше здешних. Там можно было приобрести даже парижские модели! Бедняжка Дженни, у меня сердце разрывается при мысли о ней, правда, но только мне не нравится, что Дэн позволяет им нести всю эту чушь. Но ты ведь знаешь, каковы люди, и особенно Дэн, который хочет со всеми поддерживать хорошие отношения…

Кент давно уже знал, что в беседах с Мелиттой нужно только найти мысль, которую ты можешь понять, и проследить ее путь назад до момента отклонения от предмета обсуждения. Тогда только и можно найти нечто важное.

— Несут чушь? Насчет чего?

— Кристофер, ты отлично понимаешь, о чем я. Почему это кто-то из нас должен был сотворить такое с Родом или Дженни? Дома мы же этого не делали, верно? Я уже говорила раньше и сейчас говорю, хотя тебе не нужно повторять, что не доверяю этому сэру Гайлсу Гэю, хотя он и носит важный титул. Я наслышалась о нем еще дома, но Дэн, конечно, к моим словам не прислушивался, про него говорили, что в бизнесе этот Гэй ничем не лучше настоящего Твистера. Но ведь Дэн такой легкомысленный и доверчивый…

Вряд ли Кент дал бы Дэну такую характеристику.

— Стоит ему с кем-нибудь познакомиться, как он считает его отличным человеком. Да, я знаю, что ты хочешь сказать, но все мужчины таковы. Я признаю, что он заставил меня смеяться, но, как говаривал мой дедушка, берегись людей, которые заставляют тебя смеяться, потому что обычно у них на уме недоброе.

— Это… — забормотал Кент, немного ошеломленный, — это самое циничное замечание, какое только я слышал. Но какое все это имеет отношение к Роду и Дженни?

— Не знаю, — безмятежно отозвалась Мелитта, — но что знал Род, то знала и Дженни, в этом можно быть уверенным.

— А какое это имеет значение? На мой взгляд, полная бессмыслица.

— О, вздор! — вскричала Мелитта, внезапно теряя расстроенный вид и проявляя живость, которая до сих пор заставляла Дэна сиять от гордости. — Кому нужен смысл? Слава богу, я на это не претендую, хотя всегда была более здравомыслящей, чем большинство людей, и уж тем более любой из вас. Если хочешь знать, что произошло, просто подумай обо всем, что могло произойти. Один из вариантов и есть правильный ответ. Вот и все!

Кент смотрел на нее с нескрываемым уважением. Если бы Мелитта выпила сейчас бокала два шампанского, кислая мина сразу же исчезла бы с ее лица, и она была бы по-настоящему красивой.

— Думаю, это основной принцип в раскрытии преступлений, — признал Кент. — Но раз уж ты такая проницательная и тебе известны все тайны, какое впечатление на тебя производила Дженни?

— Впечатление?

— То есть, как ты представляла себе ее характер?

— Еще одна чушь! Люди не составляют представление о членах семьи. Они принимают то, что есть, и, видит бог, это еще не самое худшее. Думаю, Кристофер, тебе не следует говорить такие глупости, хотя должна сказать, что в рассказах они вполне к месту. Дженни была очень милая девушка.

— В таком случае тебе лучше заранее определиться, прежде чем ты встретишься с Хэдли и с шефом полиции, доктором Феллом. — Подобные замечания Мелитты всегда задевали Кента. — В этом деле непонятного больше, чем ты думаешь. Могу сказать как старый друг, Мелитта, тебе только пятьдесят, и не нужно раньше времени рассуждать как старуха.

Через мгновение он пожалел, что сказал это. Лицо ее исказилось от искренней горечи. Но ничего уже не поделать. Шагая к номеру Гэя, Кент задал ей только один вопрос:

— Ты когда-нибудь видела у Дженни браслет из белого золота с черным камнем, вроде обсидиана?

— Нет, — впервые так коротко ответила Мелитта.

Тем не менее, появившись в гостиной Гэя, она была настроена добродушно, дружелюбно и даже весело. Хэдли заканчивал допрос Гэя и прервал его, позволив ему на правах хозяина подчеркнуто почтительно приветствовать Мелитту. Когда Гэй представил ей доктора Фелла, она проявила даже некоторое возбуждение при знакомстве с такой знаменитостью. Хэдли, держа на колене блокнот, упорно двинулся вперед, как военный грузовик.

— Значит, сэр Гайлс, вы проснулись сегодня только в половине десятого?

— Правильно.

— Как вы услышали об убийстве?

— От одного из ваших людей, от какого-то сержанта. Я позвонил, чтобы принесли горячей воды для чая. На звонок ответила горничная, но вместе с ней пришел и сержант. Он сообщил, что миссис Кент убита, и попросил меня оставаться в номере. Я повиновался.

— Последний вопрос. Полагаю, это вполне распространенный факт: когда вы заказали комнату в гостинице, вам выдали маленькую, сложенную пополам карточку, где указаны номер комнаты, цена и все такое?

Гэй нахмурился:

— Не знаю. Определенно, так принято в большинстве отелей. Но я впервые останавливаюсь здесь.

— Разве вам не дали такую карточку?

— Нет.

Хэдли задержал руку с карандашом в воздухе.

— Я объясню, почему спрашиваю об этом. Сегодня утром, с семи двадцати до семи тридцати, мистер Кент стоял перед этой гостиницей. Одна из карточек — не передадите ли вы ее мне? — вылетела из окна, очевидно откуда-то отсюда. — Он взял протянутую ему Кентом карточку. — Видите, она для номера 707, комнаты миссис Кент. Но окна ее комнаты выходят на вентиляционную камеру. И карточка могла выпасть только из вашего или из окна номера мистера Рипера, выходящих на Пикадилли. Мы хотим знать, как эта карточка могла оказаться здесь и почему она выпала из окна в указанное время.

Последовала пауза, во время которой Гэй твердо встретил суровый взгляд Хэдли.

— Я не знаю, господин полицейский. Насколько мне известно, из моего окна она не могла выпасть.

— Что вы можете сказать нам по этому поводу, миссис Рипер?

— Устройством занимался муж, — рассеянно произнесла Мелитта. Унылые морщины снова заставили поникнуть ее лицо, так что невозможно было понять его выражение. Кент догадался, что они с Хэдли сразу не понравились друг другу. — Я очень хорошо помню, что визитных карточек было много. Естественно, их выдали моему мужу пачкой, потому что это он пригласил сюда наших друзей и сам платил за комнаты. Я совершенно уверена, что он положил их на бюро в нашей спальне. И хотя я не ожидаю, чтобы со мной советовались на этот счет, думаю, все было очень просто. Карточка просто вылетела.

— Как это — вылетела?

— Карточка вылетела из окна, — терпеливо повторила Мелитта. — Поскольку муж всегда спит с открытыми окнами, а в гостиницах имеют обыкновение помещать бюро в простенке между окнами, не могу сказать, что меня это удивляет. Вероятно, утром поднялся ветер («И верно», — подумал Кент, вспомнив, как стоял у гостиницы, ежась на ветру, когда и слетела эта карточка), потому что муж вставал закрыть окна и все валялось вокруг бюро.

Хэдли молчал с видом человека попавшего впросак. Если такой многообещающий след окажется всего лишь следствием порыва ветра, расследование превратится в сущее мучение.

— Вы уверены, что среди них была карточка номера 707?

20
{"b":"13280","o":1}