ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Во— первых, у него был ключ от дома, что означало заранее обдуманное намерение проникнуть в него. Во-вторых, он напился виски, пытаясь набраться смелости и совершить убийство Родни Кента, что в конце концов испортило ему всю работу. В-третьих, в Голубой комнате были найдены отпечатки его пальцев. Если Беллоуз не виновен, этот факт имел невинное объяснение. Я напрягал ум, пытаясь его найти. Потому что невинное объяснение не удовлетворяло меня. Я надеялся, что вы скажете: «Все это чушь!» -как думал и я сам. Что вы скажете: «Старина, все это только для отвода глаз. Ваши факты свидетельствуют против Беллоуза. Ваши объяснения не оправдывают его. Свидетель? Вы хотите, чтобы мы поверили, будто убийца так любит свидетелей своего преступления, что платит одному из них за то, чтобы тот пришел и наблюдал его? Где смысл во всем, что вы нам нагородили?» И тогда я бы радостно согласился: «Хорошо. Превосходно. Так оно и было». Но вы этого не сказали. Казалось, вы согласились с моими доводами в пользу Беллоуза. Возможно, вы заметили мое странное поведение. Это заставило меня решительно вытереть лоб и уйти домой — что для меня совершенно необычно — раньше, чем подошло время прощаться.

Я пришел в особое уныние, потому что вы, мисс Форбс, чуть не угадали, что униформа — всего лишь маскарадный костюм, как я и полагал. Я до сих пор слышу ваши слова: «Тогда это должно означать, что он готовил всех к своему появлению, когда придет убивать Дженни… Но где же здесь намек в куртке и в брюках?» Я едва не рассмеялся, я подталкивал вас настойчивым взглядом, но свет уже погас. Потому что, как я и думал, а теперь знаю, действительно все началось с первого убийства.

Беллоуз хладнокровно задумал убить Родни — спокойным и искусным способом. Тогда еще не было нужды в маскировке под служащего гостиницы. Беллоуз познакомился с вами во время своего представления, показывая фокусы. Он знал Родни. Легко было выяснить, в какой комнате Родни остановился. Кстати, Беллоуз допустил еще более серьезный промах, когда без всякой необходимости солгал мне в полицейском участке. Беллоуз сказал, что он, обладающий фотографической памятью, не может вспомнить ни одной черты лица Родни. И его мотив? Это вы, мисс Форбс, подсказали мне на нашем знаменитом обеде. Многие полагали, в том числе сэр Гайлс Гэй, который любил шутить на этот счет, что Родни Кент женился на Джозефине из-за ее денег. Ее денег? Из-за денег Ричи Беллоуза. Таких, как Ричи Беллоуз, трогать нельзя. Могу себе представить, как он смотрит на приятного и неприметного Родни, и могу представить, как внутри у него закипает лютая ненависть. Представьте себе лицо Беллоуза, и вы поймете, что я имею в виду.

Но это убийство нужно было выполнить искусно. Нужно было задушить жертву — поскольку у Беллоуза была парализованная рука, он оказался бы вне подозрения. Вы знаете, что он имел достаточно времени, чтобы все продумать. Знал ли он о полезной мебели в Голубой комнате, которая помогла ему сделать свое черное дело? Разумеется, знал; эта мебель стояла там еще со времен его отца, и сэр Гайлс, наверное, приобрел ее вместе с домом. Так сказал нам сам Беллоуз.

Беллоуз покинул паб около десяти, выпив ровно столько виски, чтобы не колебаться, и с запасной бутылкой в кармане, для поддержания себя в этом духе. Он дождался двенадцати часов, когда все обитатели «Четырех входов» разошлись по комнатам и улеглись спать. Затем выждал еще пять минут и с помощью своего ключа проник в дом. Беллоуз поднялся на второй этаж. Он был в перчатках, в кармане дубинка, а под пальто кочерга, которую он придерживал больной рукой. Он вошел в комнату Родни. Только что вернувшийся Родни удивился, увидев Беллоуза, но не встревожился и не насторожился. Беллоуз чем-то отвлек внимание Родни и ударил дубинкой. Затем сделал то, для чего пришел. Приблизительно двадцать минут первого убийца осторожно спустился вниз. Он еще не закончил свою работу. Он направился… конечно же в кабинет, где, как и прежде, стояла мебель его отца, как и в Голубой комнате наверху. Он открыл запертый ящик стола своим ключом, который хранил, как и все, что мог. Кто еще мог открыть этот сложный замок, кроме Гэя? Значит, Беллоуз знал, что там он найдет фотографии.

У него в голове уже сложился план действий. Следующей должна была погибнуть Джозефина. Собственно, он уже отправил ей письмо и хладнокровно сообщил, что сделает это. Он знал, что она не осмелится показать письмо никому. Помните, будучи у тетушек, она получила из Норфилда два письма — одно от мужа, а почерк на втором был незнакомым. Она на него ответила. С таким же хладнокровием она посоветовала ему не предпринимать такой попытки, потому что, если с ней что-нибудь случится, у нее есть браслет, который приведет его на виселицу. Отсюда и появление браслета. Тем временем Беллоуз дает новый поворот ее тревожным ожиданиям, убив ее незаконного второго мужа Родни, зная, что она по-прежнему ничего про него не скажет.

Итак, убив Родни, Беллоуз тайком пробирается в кабинет. Он опускает шторы и включает маленькую лампочку. Вам будет интересно узнать то, о чем мы услышали сегодня утром. О месте, куда он все спрятал: кочергу, дубинку, перчатки, ключ к столу и все такое — до тех пор, пока они снова ему не понадобятся. Так вот, фактически они все это время пролежали в столе. В потайном отделении в глубине ящика — еще одно из приспособлений его отца. Лучшего места для укрытия не найти. Если бы по чистой случайности кто-то и обнаружил их, это только поставило бы под подозрение сэра Гайлса или кого-нибудь из гостей.

Спрятав вещи, Беллоуз принялся старательно рвать фотографии, в том числе принадлежащие сэру Гайлсу. Но тут его посетила еще одна идея. Я говорил вам, что этот человек не умеет вовремя остановиться. Это его и выдало. Он сохранил только одну фотографию — ту, где заснята группа людей у спуска в воду по желобу…

— Есть еще один вопрос, — вмешался Гэй. — Думаю, он оставил ее нетронутой, потому что мог использовать против миссис Кент, хотя на ней не видно ее лица. Но как он узнал, что на ней именно миссис Кент? Может, я и показывал ему фото, но я не знал, кто на нем изображен, пока мои гости не приехали и…

— А проверка памяти! — подсказала Франсин.

— Простите?

— Вот оно! — Дэн открыл от изумления глаза. — Черт побери! А я все пытался вспомнить, где я недавно видел эту фотографию! Мы оба вчера старались вспомнить. Ну конечно, проверка памяти. Один из его тестов! Показать человеку групповую фотографию со множеством деталей, а потом попросить его назвать малейшие детали, запомнившиеся с первого взгляда. Мы использовали как раз эту фотографию! И кто-то заметил, что загороженная фигура — это Дженни. Все правильно. Продолжайте.

— Вид пузырьков с разноцветной тушью, — послушно продолжал доктор Фелл, — натолкнул Беллоуза на мысль написать «Еще один умрет» на обороте фотографии и положить ее рядом с телом первой своей жертвы. Он сделал эту надпись. Но отверг эту идею, как слишком опасную. Он хотел, чтобы женщина знала об угрожающей ей опасности. Но не другие. И вот он сидел за столом глухой ночью, обдумывая эту мысль и в то же время, поскольку его работа была закончена, время от времени прикладывался к бутылке.

Рейберн вскинул на него глаза, пораженный:

— Вы хотите сказать, что, убив наверху человека, он сидел так же спокойно, как какой-нибудь гость в чужом доме…

— Вы забываете, — пояснил доктор Фелл, — что он находился не в чужом доме. В этом-то и ключ к пониманию дела. Он находился в своем доме — единственном месте, знакомом ему до мелочей. Это все остальные были захватчиками, которых он ненавидел. И вместо того чтобы поскорее убраться отсюда, глупец продолжал пить. Можно догадаться, что чем больше он пил, тем нерешительнее становился. Потому что не умел вовремя остановиться. Все ли он сделал правильно наверху? Не упустил ли чего? Это было вечным самоистязанием Ричи Беллоуза. И когда он уже почти уходил, все-таки решил проверить. Он оставил фотографии в ящике стола. В темноте поднялся по лестнице, на этот раз без перчаток, даже не подумав о такой предосторожности, лишь для того, чтобы увидеть. Он широко открыл дверь Голубой комнаты — как ее потом и обнаружили — и оставил отпечатки пальцев на выключателе, когда включал свет. У него оставалось достаточно здравого смысла, чтобы понять, какого он свалял дурака, но было поздно. Не успел он выключить свет и выйти в коридор (при лунном свете), как вы, мистер Рипер, открыли свою дверь. Беллоуз не мог убежать, он едва передвигался. Поэтому он сделал то, что подсказал ему инстинкт, — рухнул на диван и притворился полностью отключенным. Надо признать, это было лишь отчасти притворством.

49
{"b":"13280","o":1}