ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Вы ошибаетесь, мистер Уичер. Никаких ни забот, ни сомнений у меня нет.

Уичер глубоко вздохнул и еще раз взглянул на визитную карточку Тресса, которая все еще была у него в руке.

– Я хотел бы, чтобы вы пошли ко мне, сэр, и рассказали обо всем, что произошло вчера вечером. Лучше – если вы не возражаете – сделать это еще до того, как мы отправимся в Хай – Чимниз и возьмем за шиворот того, кто знает всю правду. Кстати, сегодня никаких особенных событий не было?

– В Хай – Чимниз не было. Здесь, однако, я по чистой случайности увидел на улице миссис Деймон и вошел вслед за нею в театр "Принцесса". Я был свидетелем того, как она оставила там на хранение мужской костюм – костюм убийцы, надо полагать. Я слышал, как она намекнула, что кто-то – имени она не назвала – заслуживает "беличьего колеса" и, вероятно, получит его.

Никогда нельзя сказать заранее, что оставит безразличным, а что поразит другого человека.

Вообще говоря, Уичер почти не проявлял своих чувств, даже голос его оставался неизменно негромким и спокойным, но, когда прозвучали слова "беличье колесо", бывший инспектор вздрогнул, и это еще больше обеспокоило Клайва.

– Сэр, – сказал Уичер, дружелюбно похлопав Клайва по плечу; – я предлагаю сделать так: отправимся ко мне, а по дороге вы расскажете свою историю. Не только о том, что было в театре, а все от начала и до конца.

Когда они уходили, Клайв готов был поклясться, что за решеткой окошка одной из камер мелькнула тень мужчины с бакенбардами, на удивление напоминавшего Виктора Деймона.

На Оксфорд Стрит Клайв мчался в таком темпе, что коротконогий Уичер едва поспевал за ним.

По дороге Клайв начал свой рассказ. Он говорил по порядку обо всем, что случилось в Хай – Чимниз, о беседах, в которых участвовал сам и свидетелем которых ему довелось быть, даже о тех своих мыслях, которые казались ему достойными упоминания.

Веснушчатое лицо становилось все мрачнее и мрачнее.

– Черт побрал бы все! Нет никакого сомнения, сэр, что я в немалой степени несу ответственность за эту смерть.

– Каким образом? Что вы три месяца назад сказали мистеру Деймону?

– Не сердитесь, сэр, но пока что я попрошу вас продолжать дальше.

Уже возле самого "Пантеона" они – по предложению Уичера-зашли пообедать в небольшой ресторанчик. Кормили в сыром, похожем на тюремную камеру подвальчике отвратительно. Клайв больше пил, чем ел, да и Уичер то и дело потягивал разведенное водой бренди.

– Послушайте, сэр! Вы утверждаете, что мистер Деймон сказал вам именно так? Слово в слово?

– Утверждаю. Слово в слово. И это все, что я могу рассказать о вчерашних событиях в Хай – Чимниз. Добавлю только одно: вы не знаете, кто дочь Гарриет Пайк – Селия или Кейт. Так вот, по-моему, это не имеет никакого значения.

– Да? – пробормотал Уичер.

– Я просто не верю, что склонность к убийству, если отвлечься от психических заболеваний, передается по наследству. Если ребенок растет в бедности, окруженный насилием и страхом, он легко может, чтобы спастись от голода, стать и вором и убийцей – каков бы ни был этот ребенок. Но если того же ребенка воспитать в порядочной семье, ему это и в голову не придет.

– Между нами говоря, сэр, я придерживаюсь того же мнения. Случаются, однако, и исключения.

– Ну, а кроме того, – ударив по столу, сказал Клайв, – я хочу жениться на Кейт Деймон и женюсь, если только она не будет против. Кто бы ни был убийцей, я уверен, что это не она.

– Опять-таки между нами: я тоже в этом уверен.

– Спасибо, мистер Уичер!

– Минутку! – предостерегающе поднял палец детектив. – Быть может, нам еще придется изменить мнение. Нельзя требовать от врача, чтобы он поставил диагноз, прежде чем увидит больного. Однако, отвлекаясь от этого, я согласен с вами.

– Еще одно! Мистер Деймон, будучи юристом, наверняка оставил завещание. В нем или, может быть, в семейной библии упоминается, вероятно, о приемном ребенке...

– Гм, я в этом не сомневаюсь.

– Так вот, раз уж мы дошли до этого, – с пересохшим горлом продолжал Клайв, – надо ли, чтобы об этом знали Кейт и Селия? Я подумывал уже о том, чтобы довериться Кейт и все рассказать ей, но у меня не хватило духу причинить ей такое потрясение – я уже не говорю о том, как тяжело пережила бы это Селия. Если полиция не сочтет нужным посвятить их, почему бы все не могло остаться между нами?

– Может остаться, сэр. Думаю даже, что так будет лучше всего.

– Спасибо, большое спасибо.

– Ну, что вы так переживаете, сэр! Успокойтесь, прошу вас! Эту тайну можно будет сохранить, предполагая, конечно, что нам удастся получить ответ на интересующие нас вопросы от того, кто помимо нас, знает правду.

– Ради бога, мистер Уичер, кто этот человек?

– Вы еще не догадались? – Уичер с задумчивым видом откинул голову на спинку стула. – Послушайте, я не очень образованный человек, но кое-что все-таки читал. Скажите, сэр, это вы – тот Клайв Стрикленд, который написал роман под названием... "Будь у смерти удобное кресло..."? Я прочел его. Вы написали этот роман?

– Да, – с легким удивлением ответил Клайв. – А почему вы об этом спрашиваете?

– Да ерунда, знаете ли, просто ерунда. Название не очень-то связано с содержанием книги, и все-таки оно долго не выходило у меня из Головы. "Будь у смерти удобное кресло..." Оно меня, можно сказать, просто преследовало.

– Со мной было то же самое. Потому я и назвал так книжку. Это первая строка старинной баллады. Но какое отношение это имеет к нашему делу?

– Никакого. К убийству мистера Деймона – никакого.

Клайв удивленно посмотрел на Уичера.

– Впрочем, – наклонившись вперед, продолжал Уичер, – кое-какое все же имеет. Судя по этой книге, из вас мог бы получиться вполне приличный детектив. Сейчас я уже просто уверен в этом. А теперь слушайте: вы хотите знать, кто убил мистера Деймона?

– Да. – Клайв с трудом сдерживал себя. – По-моему, я уже говорил об этом.

– Но ведь Деймон сказал вам, кто хочет его убить! Думаю, во всяком случае, что сказал. Только во время вашего разговора он, видно, был не совсем в себе: он, как это часто делают юристы, говорил примерами, приводил их один за другим, но главного так и не объяснил прямо.

– Потому что у него не было для этого времени! О главном он и не начал говорить!

– Сэр, он по крайней мере трижды упомянугг вам о том, что считал самым главным.

Они поднялись с мест и взяли пальто и шляпы.

Обед стоил им по шесть пенсов (о, счастливые старые времена!) с каждого и шиллинг за выпивку. Клайв положил на стол полкроны, надел пальто и, стараясь, чтобы его голос звучал равнодушно, проговорил:

– Мистер Уичер, я понимаю, что вы не хотите высказывать окончательное мнение, прежде чем поговорите с теми, кто остался в Хай – Чимниз. Я попрошу вас об одном: начав что-то, доведите дело до конца или лучше совсем не начинайте.

– Не волнуйтесь, сэр, нет никаких причин для беспокойства.

– По-моему, – буркнул Клайв, – для беспокойства есть все причины! Пойдемте!

Они вышли на улицу и через минуту поднимались по грязной лестнице соседнего с "Пантеоном" дома. Газовая лампа освещала лестничную клетку перед канцелярией Уичера.

– Я только сейчас сообразил, – проговорил, поднимаясь по лестнице, Клайв, – что уже второй час. Я спокойно сидел в ресторане и начисто забыл, что еще в двенадцать попросил друга подождать меня здесь! Впрочем, не думаю, чтобы он до сих пор ждал меня.

Виктора, действительно, не было.

Зато вместо него на лестничной площадке стояли мистер Ролло Бленд и еще кто-то. Как только Клайв их увидел, все его раздражение мгновенно улетучилось.

– Кейт! – воскликнул он. – Каким ветром тебя сюда занесло?

10. Кейт Деймон

Кейт стояла у сводчатого окна, в кругу света газовой лампы. Черный с красным костюм очень шел ей, украшенная пером шляпа в форме лодочки плотно прилегала к темным волосам.

18
{"b":"13281","o":1}