ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Правильно или неправильно мое предположение, – продолжал Клайв, – но оно только подкрепляется тем, что сказала – вернее, тем, чего не хотела говорить Пенелопа Бербидж. Сейчас я объясню, что я имею в виду.

Клайв коротко пересказал свой вчерашний разговор с Пенелопой.

– Что вы можете на это сказать?

– Ну-у... В своем роде обоснованная гипотеза.

– В своем роде? Что это значит? Либо миссис Каванаг – убийца, либо нет!

– Действительно, – задумчиво кивнул Уичер. – Это вполне справедливо.

– Мистер Уичер!

Отставной инспектор с неожиданной силой в голосе перебил Клайва.

– Не горячитесь! Придержите чувства, сэр! Вы еще не понимаете, что мы имеем дело с самым гнусным убийцей, какого мне приходилось встречать, а я имел много случаев повидать их! Это не игра! Вы подождете меня здесь, пока я в задней комнате переговорю с одним моим товарищем, а потом...

– Надеюсь, мне не придется долго вас ждать. Кейт сидит в кебе там, на улице.

У Уичера округлились глаза.

– Мисс Кейт здесь?

– А почему бы и нет?

– Ну-у, не знаю. Да нет, для страхов нет никаких причин. Я поговорю со своим приятелем, а потом... потом, возможно, возникнет несколько запутанная ситуация. Посмотрим.

Клайв вскочил было со стула, но тут же снова сел.

Движения на Лестер Сквер почти не было. Через площадь видно было розовое здание "Альгамбры", башенки которого возвышались, словно минареты странной мечети, муэдзины которой призывали правоверных не к молитве, а к созерцанию пикантных танцовщиц.

Положив перед собою газету и телеграмму, которой его вызвал Уичер, Клайв задумался о жизни и смерти.

Думая о Джорджетте Деймон, он вспоминал ее живой, со смеющимися голубыми глазами, стоящей перед ним в зимнем саду. "Я заглядываю в свою душу и вижу, что она ничем не хуже, чем у лорд-мэра, и ничем не лучше, чем у бедного Джека. Наденьте на меня красную мантию, повесьте на шею золотую цепь, накормите до отвала пудингом – и я отлично сыграю роль судьи, вынеся после сытного обеда приговор Джеку". А потом – изменившимся голосом: "Но морите меня голодом, держите подальше от книг и порядочных людей, дайте мне в качестве единственных развлечений кости и джин..."

Джорджетта декламировала это не ради шутки.

А потом перед Клайвом всплыло посиневшее лицо и неподвижное тело на скамейке под индийской азалией.

И Мэтью Деймон...

Клайв поспешил отогнать эти мысли. Заглянув в газету, он увидел напечатанный огромными буквами заголовок, сообщавший о том, что вчера скончался лорд Пальмерстон.

Разумеется, это не было ни для кого потрясением, но заставило каждого вспомнить о событиях, ставших уже достоянием истории. Покойный был министром иностранных дел в кабинете лорда Рассела, премьер-министром во время Крымской войны, а потом еще раз – в 1861 году, когда Англия чуть не вмешалась в гражданскую войну в Америке.

В то время здесь, за три тысячи миль от полей сражений, все разделились на два жарко поддерживавших ту или другую сторону лагеря (газеты, разумеется, были на стороне южан). Небольшая демонстрация, помнится, состоялась даже перед "Альгамброй".

Крымская война, восстание сипаев, гражданская война – повсюду выстрелы из пушек, ружей, револьверов... А теперь револьверный выстрел прозвучал и в Хай – Чимниз...

Хватит об этом!

Уичер вернулся из задней комнаты с озабоченным лицом.

– Мистер Уичер, – спросил Клайв, – кто нашел ее?

– О чем вы?

– Вот телеграмма, – Клайв показал на листок, – которую вы прислали мне из Рединга. Вы говорите, что провели весь день в Хай – Чимниз и успели со всеми побеседовать?

– А что? Вам что-то пришло в голову? – внимательно глядя на Клайва, спросил Уичер.

– Да нет, ничего особенного. Просто мне хотелось бы знать, кто после того, как мы с Кейт ушли, нашел труп миссис Деймон. И еще – куда девалась полиция? И почему была заперта входная дверь?

– Не обижайтесь, – с холодной вежливостью проговорил Уичер, – но лучше будет, если сначала вы расскажете, каким образом вы обнаружили труп.

Клайв рассказал рассеянно насвистывавшему что-то сквозь зубы Уичеру историю вчерашнего вечера.

– Хорошо. Мы, в общем-то, так и подозревали. Хотя, надо сказать, было определенное расхождение во мнениях между Масвелом и мною. Итак, сэр, где сейчас живет ваша девушка?

– В гостинице. Но, если ее хотят арестовать, ей, я думаю, лучше туда не возвращаться. Я тоже не вернусь домой.

– Ни о чем подобном я не говорил. Я сказал лишь, что вам лучше пока не попадаться людям на глаза. Кстати, не думаю, что кого-то из вас хотят арестовать.

– Как это?

Глаза Уичера ехидно блеснули.

– Разве что я потерплю неудачу. В это, однако, я не верю. А до тех пор...

– Да?

– Сознаюсь, я был удивлен, узнав о том, что мисс Деймон ждет вас в кебе. Сейчас у нас будет много дел. С нами она пойти не сможет, так что с вашего разрешения я отправлю ее в гостиницу. Только сначала я хотел бы обменяться с ней парой слов. Как вы думаете, она не будет возражать, если я пойду поговорить с нею?

В это время они увидели, как отворилась дверца кеба и Кейт шагнула на ступеньку.

Клайв и Уичер выскочили из трактира и, спотыкаясь на грязной мостовой, бросились к кебу, оглядываясь по сторонам – не приближается ли кто-нибудь.

Надо сказать, что крупные драки и скандалы случались здесь лишь после наступления темноты, когда из ночного кабаре или из "Альгамбры" начинали выходить посетители, зачастую настроенные агрессивно. Однако и сейчас назвать эти места вполне безопасными было бы преувеличением.

Увидев их, Кейт застыла, поставив ногу на ступеньку кеба.

– Но... – начала она.

– Мисс Деймон, – успокаивающе проговорил Уичер, – нет никакого повода...

Кейт умоляюще посмотрела на Клайва.

– Я только что говорил мистеру Стрикленду, что вам пока нечего бояться полиции. Однако приличия запрещают вам оставаться здесь вне кареты.

– Ради бога, что, собственно, происходит? Уичер пропустил этот вопрос мимо ушей.

– Нам, мисс Деймон, удалось более-менее восстановить события, происходившие вчера в Хай – Чимниз.

– О чем вы?

– Я говорю о смерти вашей несчастной мачехи. От без четверти шесть и до пяти минут седьмого мистер Стрикленд беседовал с нею в зимнем саду. Так ведь? – обратился Уичер к Клайву.

– Да, примерно в это время.

– Что же случилось потом? – спросил Уичер, словно надеясь услышать ответ от Кейт. – Она поднялась в сопровождении Пенелопы Бербидж наверх, чтобы умыться и переодеться. Масвел и констебль Питерс были тогда еще в кабинете – мистер Стрикленд слышал голос инспектора.

Вы, однако, не знаете, как не знала этого и миссис Деймон, что инспектор, потеряв терпение, послал дела ко всем чертям и решил, что ему пора перекусить. Прихватив Питерса, он преспокойно ушел, пока мистер Стрикленд беседовал в зимнем саду с миссис Каванаг. Ушел, не сказав ни слова никому, кроме доктора Бленда.

Кейт хотела уже было что-то сказать, но сдержалась.

– Доктора Бленда? – спросил Клайв.

– Совершенно верно. Они случайно столкнулись в холле, и доктор, человек любопытный, проводил полицейских до ворот, где их ждал экипаж. Войдя в дом, доктор запер за собою входную дверь.

– Это он запер ее?

– Да. Он еще раньше взял у Бербиджа ключ, сказав: "Бербидж, есть тут кое-кто, кого я не хотел бы выпустить из дома".

– Но почему? – не выдержал Клайв. – Какой смысл имело запирать дверь?

– Вот именно – какой смысл?! – как эхо, отозвался Уичер.

– Но, мистер Уичер!..

– Что между тем, – невозмутимо продолжал детектив, – было с миссис Деймон? Наверх она поднялась – тут все в порядке, но переодеваться не стала. У женщин для этого требуется немало времени – даже если не менять белье. Она немного поплакала, потом умыла лицо и направилась вниз, чтобы разоблачить убийцу перед полицией.

В зимнем саду миссис Деймон во весь голос сказала, что знает о том, кто убийца. Через несколько минут она спустилась сверху, постучала в дверь кабинета и вошла. Вы следите за ходом моей мысли, сэр?

28
{"b":"13281","o":1}