ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Вопрос был отнюдь не риторическим. Доктор Фелл не сводил с Марка настойчивого взгляда, ожидая ответа.

— Я сказал, — ответил Марк, — что едва ли злоба этого персонажа была направлена против Джорджа или Губерта Джонсонов и что мотивов тут искать не стоит. Я сказал, что, скорее всего, этот шутник специально старался привлечь наше внимание к спортзалу, чтобы все наши мысли были прикованы именно к нему.

— Ага! «Специально старался привлечь наше внимание к спортивному залу, чтобы все наши мысли были прикованы именно к нему». Вы произнесли эти или очень похожие слова?

— Да! Но я не понимаю…

— Стоп! — приказал доктор Фелл. — А сейчас представьте себе снова тот воскресный вечер, вы снова встречаете Джудит Уолкер у боковой двери Новой библиотеки. Сразу же за дверью с полки падает книга. Миссис Уолкер испугана, она говорит, что в библиотеке кто-то есть. Вы пытаетесь успокоить ее, удивляясь, чего она так испугалась. Вы спрашиваете ее, слышала ли она о происшествиях в спортивном зале. Что она ответила, когда вы спросили ее?

В памяти у Марка мгновенно всплыла эта сцена.

— Она сказала, что слышала. Она сказала…

— Сэр, вспомните ее слова в точности! Пожалуйста, это важно!

— Она сказала: «Глупые рисунки светящейся краской? Идиотские фокусы, чтобы напугать бедного старика и шестнадцатилетнего мальчишку! Миссис Хьюит, миссис Кент и миссис Мэйсон только об этом и говорят!»

— Хорошо! Отлично! Задним числом вы процитировали очень важные слова Джудит Уолкер. Что она сказала затем?

— «Но в этом есть и положительный момент», сказала Джудит. Все совершенно забыли Роз Лестрейндж и того молодого человека, которого она приводила в изолятор, чтобы…

— Чтобы?… Что она имела в виду?

— Она имела в виду использование изолятора для тайного свидания, которое мы будем вежливо называть любовным романом.

— Сопоставьте эти два куска информации. «Словно кто-то специально старался привлечь наше внимание к спортивному залу, чтобы все наши мысли были прикованы именно к нему». Почему это было сделано? С каким результатом? «Миссис Хьюит, миссис Кент и миссис Мэйсон только об этом и говорят. Они совершенно забыли о Роз Лестрейндж и о том молодом человеке, которого она приводила в изолятор для любовного свидания». Свет еще не забрезжил перед вами?

— Да! — воскликнул Марк. — Иными словами, происшествия в спортивном зале были лихорадочной, отчаянной попыткой отвлечь внимание от того, что случилось в изоляторе? И скрыть любовные похождения, которые грозили скандалом?

— Именно это я и имел в виду.

— В таком случае конечно же…

— В таком случае вы конечно же готовы заявить, что шутник из спортзала должен был быть в крайней степени отчаяния, так? — спросил доктор Фелл. — Вы правы. Этот тип потому и совершил убийство. — Доктор Фелл, отдуваясь, поднял руку, словно призывая к молчанию. — Позвольте мне суммировать факты, — предложил он, — сначала те, что мне были известны еще до приезда сюда, когда Сэм Кент дважды звонил мне в Нью-Йорк. Некий молодой человек и некая женщина весело проводили время, находясь, как мы вежливо говорим, в любовных отношениях. Молодым человеком, как мы знаем — да он и сам никогда этого не отрицал, даже перед вами — был Фрэнк Чедвик. Что это была за женщина? Исходя из показаний двух свидетелей, которые утверждают, что видели, как она открывала ключом дверь изолятора, это была Роз Лестрейндж.

— Но этого не могло быть! Вот тут я возражаю!

— Вот как? — вежливо спросил доктор Фелл. — Почему бы вам не объясниться?

— Потому что, как я сказал прошлым вечером… — Марк вдруг остановился.

— Ага! Теперь вы начинаете вспоминать?

— Не то чтобы начинаю… Я помнил все время. Роз Лестрейндж была… ну, словом, называйте ее, как хотите. У нее, как мы знаем, никогда не было любовника, и она никогда не хотела иметь такового! Все ее интересы, вся ее жизнь были сосредоточены на одном: доставлять неприятности людям и потешаться, когда ее жертвы испытывают страдания. Она ничего не имела против — пусть люди думают, что она с приятелем развлекалась в изоляторе. Но на самом деле она там никогда не была.

— Именно!

— И следовательно… — Марк снова остановился.

— Следовательно, — в тишине комнаты загремел голос доктора Фелла, — наши две свидетельницы сознательно лгут, когда говорят, что в женщине, которая устроила свидание в изоляторе, они опознали Роз Лестрейндж. Или же они искренне заблуждаются: должно быть, они видели кого-то другого.

Марк повернулся к окну. Ему показалось, что он услышал шум автомобильного двигателя, но он ошибся, было тихо.

— Значит, почти с уверенностью можно утверждать, — продолжил доктор Фелл, — что свидетельницы ошиблись. Что какая-то неизвестная женщина, отнюдь не Роз Лестрейндж, забыв о приличиях, крутила роман с Фрэнком Чедвиком. Рассуждая о том, что это за женщина, мы можем руководствоваться несколькими подсказками. Почему эта пара решила встретиться в изоляторе колледжа? Почему из всех неподходящих мест выбрали это, хотя Чедвик имеет хорошую обустроенную квартиру в Вашингтоне? — Доктор Фелл поднял вверх палец. — Должно быть, по настоянию женщины. Она не могла, не осмеливалась ехать в какое-то другое место — что любопытно само по себе. У нее был ключ. То есть можно сделать вывод, что она имела довольно близкое отношение к колледжу. Это женщина с сильным темпераментом, коль скоро она решилась на встречу в таких странных обстоятельствах. Тем не менее она должна была — просто обязана! — в этих условиях соблюдать приличия.

— Да бросьте! — возбужденно сказал Марк. — Должно быть, у вас уже сложилось мнение о том, кто она?

— Мнение? — повторил доктор Фелл. — Мой дорогой сэр, у меня есть не просто мнение! Но я хотел посвятить вас в ход собственных мыслей. Так я рассуждал, когда прибыл сюда и стал знакомиться с разными свидетельствами. Мне кажется, что тот дебошир в спортзале и есть убийца. Но с другой стороны, обстоятельства убийства как бы опровергают эту концепцию. Шутник из спортзала действовал грубовато и небрежно, словно начитался дешевых триллеров. Поведение же убийцы совершенно иное — хладнокровное, продуманное. — Доктор Фелл сделал паузу. — Таким образом, моя теория несостоятельна. Есть два аспекта этого дела, которые не сочетаются, не со ответствуют друг другу. Разве что… — Он опять задумался. — Разве что, как мне пришло в голову в «Колледж-Инн», в преступлении принимали участие два человека — но не как соучастники или заговорщики. Они не могли быть ни в тех, ни в других отношениях. Они действовали совершенно независимо. С самого начала я был убежден, что человек из спортивного зала и есть настоящий убийца. Он вошел в дом Роз Лестрейндж, нанес ей удар кинжалом и скрылся. Через несколько часов туда явился кто-то другой и весьма искусно запутал улики, чтобы внушить нам ложную мысль о самоубийстве. Учитывая все, что мы успели узнать, мне вряд ли стоит ломать себе голову над этим. Тоби Саундерс, убежденный, что защищает жену своего друга, сделал это. Только на самом деле защищал. он совсем другого. Ирония судьбы! Но, клянусь, не самая худшая в этой печальной комедии убийства.

Доктор Фелл присел. Его звучный голос отдавался эхом в темных панелях стен и замирал в длинных рядах книг в ярких обложках.

Марк настороженно смотрел на него.

— Доктор Фелл, как давно вы уже знаете, кто убийца?

— Со вчерашнего вечера.

— Но вчера, уже поздно вечером, в бунгало, вы сказали, что не знаете его! Вы сказали, что колеблетесь между двумя подозреваемыми.

И снова доктор Фелл повысил голос.

— Я сознательно солгал, — ответил он. — Существовала опасность, что вы с Сэмом Кентом непозволительно приблизились к правде. Это было слишком очевидно. И я надеялся, что таким образом мне удастся скорее скрыть правду, чем выявить ее. Конечно, я не предполагал, что мне предстоит объясняться с полицией. Когда вы поймете, почему я так поступил…

— Вы можете объяснить мне прямо сейчас.

— Едва ли — и это тоже ирония судьбы. Я предвижу, что по окончании этой истории доверие ко мне заметно уменьшится, но не могу даже предположить, насколько. А ведь лейтенант Хендерсон в расследовании обошел меня по всем статьям. Силы небесные, если бы не он!…

46
{"b":"13283","o":1}