ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Доктор Фелл проницательно взглянул на Марка.

— У меня невольно вырвалось проклятье, и я решил, что улики против Кэролайн Кент кем-то тщательно уничтожены. Но каким образом? Тоби Саундерс искренне убежден — о чем он громогласно объявил, — что в спортзале дебоширила Роз. Могла ли Кэролайн воспользоваться этим преимуществом? Должно быть, выскользнув из дома, она примерно к четверти первого пешком вернулась к бунгало. Ее отец, Тоби Саундерс и доктор Хьюит обсуждали эту историю. У нее была прекрасная возможность незамеченной покинуть дом. Могла ли она прихватить с собой, например, бутылку с люминесцентной краской? Смазать ею кончики пальцев убитой женщины и где-то спрятать бутылку? Правда, полиция тщательно обыскала дом. С другой стороны, Роз, как мы знаем, назвала ее «дорогая» — так женщины обычно обращаются друг к другу — и попросила дать ей закладку со стола. Тогда, может, бутылка с краской или вообще какая-то емкость была спрятана в этом чиппендейловском письменном столе? Или, возможно, в каком-то тайнике? Словом, ее нигде не оказалось. Немного поразмыслив, я пришел к выводу, что такой мелодраматический ход был бы сущей глупостью. Кэролайн Кент, которую ее мучительница довела чуть ли не до сумасшествия, совершила убийство. Но она никогда не стала бы возлагать вину за свои действия на другого человека. Если вы помните, как в воскресенье вечером она взмолилась в библиотеке, то поймете — она хотела лишь одного…

— Тоби Саундерс никогда не должен узнать об этом. Не так ли? — опередил его Марк.

Марк, который, слушая рассказ доктора Фелла, восстанавливал перед мысленным взором все сцены и диалоги в библиотеке, пришел в крайнее возбуждение.

— Да! — воскликнул он. — В библиотеке Кэролайн держалась из последних сил. Она хотела, чтобы смерть Роз была признана самоубийством. Я так и слышу, как она кричит: «Если вы и дальше будете говорить, что это убийство, вы навлечете ужасные неприятности на голову человека, который мне очень до рог!» Она имела в виду Тоби. Он ведь ничего не должен знать. Но неужели вы не можете найти ни одного, пусть и ложного, свидетельства, которое защитило бы ее?

— Ни одного.

— Или придумать какой-нибудь способ спасти ее?

Такового не существует. Кроме того, Джудит Уолкер знает, что Кэролайн виновна.

— Но Джудит не может выдать Кэролайн! Теперь-то я понимаю, о чем она говорила прошлой ночью, когда была под воздействием лекарств.

— Сегодня днем миссис Уолкер мне призналась, — хмыкнул доктор Фелл, — что выболтала массу способов приобретения светящейся краски и изготовления копии ключа от изолятора.

— Да! Она говорила о Кэролайн! В то время я этого не понял; я вел себя с ней резко и нетерпимо, и, спохватившись, она сказала, что имеет в виду Роз Лестрейндж. Но вовсе не о ней она вела речь! Затем, когда она поняла, что я раскрыл тайну запертой комнаты…

— Мой дорогой сэр, — прервал его доктор Фелл, — миссис Уолкер не знает тайны запертой комнаты!

— Нет. Но она поняла, что я раскрыл ее. И, поняв это, она сказала…

Со стороны лестницы отчетливо донесся голос Джудит Уолкер.

— Повторить вам, что я сказала? — спросила Джудит.

Марк обернулся. Доктор Фелл поднял глаза.

Спускаясь, Джудит остановилась на середине лестницы. Она была в черном платье, и в конусе света, который упал на нее от лампы, четко видны были ее лицо и глаза.

— Нет, — хрипло произнесла она, — я не поехала в Ричмонд. Не смогла. Думаю, доктор Фелл знал, что я все время была в доме.

— И ты слышала?… — начал Марк.

— Да, — ответила Джудит. — Я все слышала. Ты обещал позвонить мне, Марк, но я знала, что ты забудешь. — Она усмехнулась. — Да! Я напомню тебе все, что говорила прошлым вечером. Я сказала, что тебе не стоит дальше заниматься этим делом. Я сказала, ты не понимаешь, на что может пойти женщина, если она всерьез увлечена мужчиной, пусть даже он и не заслуживает такого отношения.

Она осторожно преодолела оставшиеся ступеньки. Остановившись, она откинула голову, вокруг которой огненным ореолом вспыхнули ее рыжие волосы.

— Да! Я говорила о Кэролайн. Но с тем же успехом могла сказать это и о себе. — Джудит сделала короткий легкий жест рукой. — Впрочем, это не важно, — торопливо добавила она. — На самом деле речь идет о справедливости — и только. Если Кэролайн убила эту ужасную женщину, она всего лишь сделала то, что мог и захотел бы сделать любой человек на ее месте. Доктор Фелл, могу ли я задать вам вопрос?

— Можете, — кивнул доктор Фелл.

— Поскольку вы обязаны защитить Бренду Рутвен, на которой нет никакой вины, вам придется сказать полиции, кто на самом деле убил Роз? И полиция арестует Кэролайн?

— О нет, — возразил доктор Фелл. — Я в замешательстве, миссис Уолкер. Но не до такой степени.

Воцарилось молчание, неожиданное, как удар гонга в тишине.

— Значит, ее не арестуют? — воскликнула Джудит.

— Я бы хотел обратить ваше внимание, — вежливо сказал доктор Фелл, — на некоторые обстоятельства. Первое: если полномасштабное полицейское расследование будет проводиться со всей отдачей, оно скоро выйдет на Кэролайн независимо от того, упомяну я о ней или нет. Второе: хотя при сложившихся обстоятельствах доказательств ее вины для суда более чем достаточно, шансов, что какое-либо жюри присяжных осудит ее, почти нет. Третье: в случае если дело попадет в суд, к ответственности привлекут и Тоби Саундерса как соучастника. Но здесь тоже шансов, что осудят человека, который спасал и выгораживал свою суженую, очень мало…

— Но Тоби оберегал не ее! — вмешался Марк. — Это точно. Он думал, что спасает Бренду!

— Сэр, я в курсе дела. Так же как и мистер Хендерсон, и его начальство, хотя оно предпочитает делать вид, что не верит в это. Короче говоря, они не хотят проводить расследование. А когда ваш покорный слуга, удивившись, спросил, чем объясняется такое отношение…

— Да? — с замиранием сердца произнес Марк.

— Я получил ответ, который в наше время не мог не изумить меня. Они верят в справедливость!

— Значит, у Кэролайн и Тоби есть какой-то шанс, что все наладится? Неужели все обойдется?

— Сэр, вы что, считаете меня оракулом или авгуром? Как я могу это утверждать? Если он действительно любит ее, это вполне возможно. Но чтобы появилась надежда на это, мы должны решить две проблемы. Мы должны быть уверены, что Чедвик не станет болтать…

— Чедвик! — выдохнул Марк. — А я и забыл о нем.

— Возможно, но я-то не забыл, — мрачно бросил доктор Фелл. — Как вы заметили, я очень не хочу, чтобы Саундерс с ним встретился. Весь вечер я пытаюсь понять, куда он мог деться. Он давно уже должен был прийти.

— Много ли он знает?

— Надеюсь, что не очень. Но я должен это выяснить. И второе, Кэролайн Кент должна все рассказать Тоби Саундерсу.

Бурно запротестовала Джудит Уолкер:

— Но она этого никогда не сделает! Минуту назад вы сами сказали: Кэролайн больше всего озабочена тем, чтобы скрыть все от Тоби. Она ему никогда не скажет.

— Это тяжело, но она должна это сделать. И я повторяю, — рявкнул доктор Фелл, — для них это единственная возможность! Если она не объяснится с ним по поводу романа с Чедвиком, если она не заставит его понять, что это было всего лишь минутное помутнение рассудка… — Доктор Фелл замолчал и вскинул голову.

На улице печально угасал закат, и в кронах деревьев уже сгущалась темнота. Бренда, едва державшаяся на ногах, распахнула дверь; она дрожала от волнения и, искоса взглянув на Марка, быстро отвела взгляд.

— Кэролайн… — выпалила Бренда. — Она уже все рассказала Тоби.

За ней со стуком закрылась дверь. Через несколько секунд Бренда окончательно восстановила дыхание.

— Тоби, — сказала она, — отсюда пришел прямо ко мне. Затем появилась Кэролайн. Она… она была сама не своя. Похоже, она думала, что я видела ее в бунгало Роз. Но я не видела ее! Мне и в голову не могло прийти, что Кэролайн сделала… что это она убила эту женщину… — Бренда готова была зарыдать. — Признаю, что я заходила в бунгало. Но я не видела ее и ничего не слышала, кроме того, о чем уже рассказывала. Марк, ты должен мне верить! Кэролайн все рассказала Тоби: и о Фрэнке, и вообще обо всем. Я и представить себе не могла, что у Тоби может быть такое лицо. Оно было… я даже не знаю… просто серым.

49
{"b":"13283","o":1}