ЛитМир - Электронная Библиотека

В тот вечер в окнах горели одна-две лампы. Это были керосиновые лампы, поскольку электростанция, дававшая энергию во времена Чарльза Хэммонда, еще бездействовала.

Казалось, свет в окнах разгорался ярче по мере того, как сгущались сумерки и становилось холоднее. Теперь был хорошо слышен заглушаемый дневным шумом плеск воды у маленькой плотины. В сумерках неясно вырисовывались очертания качелей под ярким навесом, плетеных стульев и стола для чаепития, поставленных на лужайке западнее излучины ручья.

Майлс Хэммонд стоял, держа над головой лампу, в пришедшейся ему по сердцу узкой и длинной комнате, расположенной в задней части дома.

— Все в порядке, — твердил он сам себе. — Я не совершил никакой ошибки, привезя ее сюда. Все в порядке.

Но в глубине души он понимал, что далеко не все в порядке.

Пламя маленькой лампочки с крошечным стеклянным цилиндрическим абажуром изгнало почти все тени из книжного царства, подобного царству мумий. Разумеется, эта комната не заслужила того, чтобы ее именовали «библиотекой»: то было книгохранилище, склад, где громоздились пыльными грудами две или три тысячи томов, скопленных — как скапливается пыль — его покойным дядей. Старые и поврежденные книги, относительно новые и яркие книги, книги ин-кварто, ин-октаво и ин-фолио, книги в красивых суперобложках и книги в поблекших темных переплетах; Майлса возбуждал затхлый запах этих сокровищ, на которые он еще не успел толком взглянуть.

Книжные полки доходили до потолка, окружая ведущую в столовую дверь и ряд выходящих на восток створчатых окон. Книги на полулежали рядами, образовывали насыпи и неустойчивые башни разной высоты, создавая лабиринт, по узеньким дорожкам которого почти невозможно было пройти, не задев какого-нибудь фолианта и не подняв клубы пыли.

Майлс стоял посередине этого книжного лабиринта, высоко подняв лампу, и осматривался.

— Все в порядке! — с горячностью произнес он вслух. Дверь открылась, и вошла Фей Ситон.

— Вы звали меня, мистер Хэммонд?

— Звал вас, мисс Ситон? Нет.

— Извините. Мне послышалось, что вы меня зовете.

— Должно быть, я разговаривал сам с собой. Но, возможно, вам будет интересно взглянуть на эту неразбериху.

Фей Ситон стояла в дверном проеме, по обе стороны которого громоздились книги самых разных форматов и цветов. Довольно высокая, тоненькая, изящная, она немного наклонила голову набок. Она тоже держала керосиновую лампу, и, когда девушка подняла ее, осветив свое лицо, Майлс испытал нечто вроде шока.

При свете дня, в «Беркли», а потом в поезде она показалась ему… не то чтобы старше, хотя, разумеется, она стала старше, не то чтобы менее привлекательной… но ее облик неуловимо отличался от образа, запечатлевшегося в памяти, и это почему-то вызывало в нем тревожное чувство.

Сейчас при смягчающем свете лампы ее лицо было точно таким же, каким оно предстало перед ним впервые на фотографии прошлым вечером. Он только мельком увидел ее глаза, щеки, рот, когда она подняла лампу, желая оглядеться. Ее отрешенное лицо с застывшей вежливой улыбкой казалось неживым, и это сбивало с толку, мешая судить о ней.

Майлс тоже высоко поднял свою лампу, и свет обеих ламп создал изменчивую, неторопливую, но причудливую игру теней на стенах книжных башен.

— Ужас, правда?

— Далеко не так плохо, как я ожидала, — ответила Фей. Она говорила тихо, почти не поднимая глаз.

— К сожалению, я не произвел никакой уборки, даже не смахнул нигде пыль перед вашим приездом.

— Это не имеет значения, мистер Хэммонд.

— Насколько я помню, мой дядя приобрел картотечный шкафчик и невероятное количество карточек. Но он так и не приступил к составлению каталога. Они находятся где-то в этих джунглях.

— Я их разыщу, мистер Хэммонд.

— Моя сестра… э-э-э… снабдила вас всем необходимым?

— О да! — Она улыбнулась ему. — Мисс Хэммонд хотела перебраться из своей спальни наверху, — девушка указала на потолок библиотеки, — чтобы предоставить ее мне. Но я не могла позволить ей сделать это. В любом случае, по некоторым причинам меня гораздо больше устраивает первый этаж. Вы не возражаете?

— Возражаю? Конечно нет! Не войдете ли вы в комнату?

— Благодарю вас.

Самые маленькие башни из книг на полу были человеку по пояс, самые большие доходили до груди. Фей послушно двинулась вперед, с такой необыкновенной бессознательной грацией лавируя между ними по узким дорожкам, что ее довольно поношенное сизое платье почти ничего не задевало. Она поставила маленькую лампу на какую-то груду фолиантов, подняв облако пыли, и снова посмотрела вокруг.

— Выглядит заманчиво, — сказала она. — Чем интересовался ваш дядя?

— Почти всем. Он был специалистом по истории средних веков. Но увлекался и археологией, и спортом, и садоводством, и шахматами. Даже преступления интересовали его, и… — Майлс резко осекся. — Вы уверены, что вас устроили удобно?

— О да! Мисс Хэммонд — она просила меня называть ее Марион — была очень добра.

Да, Майлс полагал, что она действительно была добра с Фей. И в поезде, и дома, пока дамы вместе на скорую руку готовили обед, говорила одна Марион. Она просто изливала на гостью потоки слов. Однако Майлс, хорошо изучивший сестру, испытывал некоторое беспокойство.

— Мне жаль, что у нас создалась такая ситуация с прислугой, — сказал он. — Здесь никого не найти ни за какие деньги. Во всяком случае, если ты не старожил. Мне бы не хотелось, чтобы вам пришлось…

В его голосе звучали просительные нотки.

— Но мне это нравится. Так уютнее. Нас здесь всего трое. И это Нью-Форест!

— Да.

Фей, двигаясь все с той же неуловимой грацией, неуверенно направилась к окруженным книгами створчатым окнам на восточной стороне. При свете свисающей с потолка лампы вместе с нею двигалась ее удлиненная тень. Две створки окна, словно маленькие двери, были распахнуты настежь и удерживались в таком положении упорами. Фей Ситон положила руки на подоконник и выглянула наружу. Майлс, высоко подняв свою лампу, начал неуверенно пробираться к ней.

Снаружи было еще не совсем темно.

Крутой, поросший травой склон за домом переходил через несколько футов в зеленую лужайку, окруженную покосившейся железной изгородью. За нею теснились высокие деревья, там находился лес, далекий, таинственный, а цвет его при этом призрачном освещении постепенно из пепельно-серого становился черным.

— Насколько велик этот лес, мистер Хэммонд?

— Примерно сто тысяч акров.

— Такой огромный? Я даже не представляла себе…

— Очень немногие люди представляют себе его размеры. Вы можете пойти в этот лес погулять и блуждать по нему часами, пока на ваши поиски не направят людей. Казалось бы, в такой маленькой стране, как Англия, смешно даже думать об этом, но мой дядя неоднократно рассказывал мне о подобных случаях. Сам я, как человек, недавно перебравшийся в эти края, еще ни разу не заходил далеко в лес.

— Он кажется… не знаю!…

— Волшебным?

— Что-то вроде этого. — Фей повела плечами.

— Вы понимаете, к чему я клоню, мисс Ситон?

— К чему же?

— Не слишком далеко отсюда находится то самое место, где был убит стрелой во время охоты Уильям Руфус, Красный Король. Теперь там поставили некое чугунное безобразие. И… вы читали «Белый отряд» «"Белый отряд" — исторический роман А Конан Доила.»?

Она быстро кивнула.

— Сегодня луна взошла очень поздно, — сказал Майлс, — но скоро будет полнолуние, и тогда вы и я — и, разумеется, Марион — отправимся ночью на прогулку в Нью-Форест.

— Это было бы просто замечательно.

Она все еще наклонялась вперед, положив руки на подоконник. Когда Фей кивнула, у него создалось впечатление, что она едва слушает. Майлс стоял неподалеку от нее. Он видел изящную линию ее плеч, белую шею, блестевшие в свете лампы густые темно-рыжие волосы. Запах ее духов был почти неуловим, но его нельзя было не почувствовать. Внезапно Майлс с волнением осознал ее физическое присутствие рядом с собой.

16
{"b":"13288","o":1}