ЛитМир - Электронная Библиотека

Типичные журналистские штучки, туманные намеки для развлечения в серый день. Я прочел заметку в клубном вестибюле после звонка Мастерсу и задумался, надо ли ее показывать Холлидею.

Приняв решение, я вернулся в курительную комнату и протянул ему газету, наблюдая за выражением его лица во время чтения.

— Не принимайте так близко к сердцу, — посоветовал я, видя, как на побледневшем лице проступают веснушки.

Холлидей неуверенно встал, посмотрел на меня и швырнул газету в камин.

— Все в порядке, — заверил он, — не беспокойтесь. У меня па душе стало легче. В конце концов, поступок вполне человеческий, правда? Мне кое-что другое не нравится. За всем этим наверняка стоит тот самый чертов экстрасенс, Дартворт. Во всяком случае, план, в чем бы он ни заключался, задуман человеком. Намек в этой проклятой статейке абсурдный. Что автор хочет сказать? Луис Плейг явился за своим кинжалом?

— Мастерс сейчас приедет, — сообщил я. — Вам не кажется, было бы лучше, если бы вы что-нибудь нам рассказали?

Он крепко стиснул зубы.

— Нет. Вы дали обещание, и я прошу вас его сдержать. Ничего не скажу… пока. По пути в чертов дом заеду к себе на квартиру и кое-что для вас захвачу. Многое прояснится, только не сейчас… Вы мне вот что скажите: я со всех сторон слышу, что злые духи постоянно выслеживают, подстерегают. Дух мертвеца всегда ищет возможность вселиться в живое тело, обрести новый дом, заменить слабый ум своим собственным. Как считаете, может он завладеть…

Тут Холлидей запнулся. До сих пор вижу, как он стоит у горящего камина с легкой презрительной улыбкой на губах, с горящими карими глазами.

— Что за чепуху вы мелете? — фыркнул я. — Полный бред. Чем завладеть?

— Мной, — тихо ответил он.

Я заявил, что ему требуется не охотник за привидениями, а невропатолог. Потащил его в бар, позаботился, чтобы он выпил пару стаканчиков виски. Он повиновался с какой-то забавной готовностью. Когда мы снова — в который раз — заговорили о газетной заметке, к нему вернулось прежнее лениво-веселое настроение.

Тем не менее я с облегчением увидел Мастерса. Он стоял в гостевой комнате, высокий, довольно тучный, с безмятежным видом и проницательным взглядом, в неприметном темном пальто, прижимая к груди котелок, словно перед торжественным шествием с государственным флагом. Волосы с проседью старательно зачесаны па плешь, у него появился второй подбородок, в общем он выглядел старше, чем при нашей последней встрече, хотя глаза по-прежнему смотрели молодо. В нем можно было узнать полицейского, но не сразу. Что-то чувствовалось в тяжелой походке, в остром взгляде, которым он быстро окидывал окружающих, однако без всякой величественной суровости, неизменно свойственной охранникам общественного порядка. Я заметил, как Холлидей расправил плечи, почувствовав себя увереннее в присутствии столь физически сильного и опытного человека.

— Ах, сэр, — начал Мастерс после того, как я их представил друг другу, — стало быть, вы хотите избавиться от привидения? — Он сказал это так, будто его просили провести в комнату радио, и улыбнулся. — Как сообщил вам мистер Блейк, я интересуюсь такими делами. Всегда интересовался. Что касается Плейг-Корта…

— Вам о нем все известно, как я понимаю, — кивнул Холлидей.

— Н-ну… — протянул Мастерс, склонив набок голову, — немного. Дайте вспомнить. Дом перешел в собственность вашей семьи сто с лишним лет назад. Ваш дед жил там до семидесятых годов девятнадцатого века, потом вдруг переехал и не пожелал возвращаться… С тех пор дом стал неким белым слоном — никто из ваших родственников не мог его ни сдать, ни продать. Налоги, сэр, налоги! Ужас. — Тут Мастерс незаметно сменил тон на следовательский. — Ну, мистер Холлидей, выкладывайте! Вы любезно считаете, что я способен немного помочь вам, поэтому, надеюсь, и не откажете мне в ответной любезности. Строго конфиденциально, конечно. Итак?

— Как сказать. Но думаю, это я могу вам обещать.

— Так-так. Вы, наверно, читали сегодняшние газеты?

— А… — пробормотал Холлидей. — Вы имеете в виду явление Луиса Плейга?

Инспектор Мастерс добродушно улыбнулся в ответ и понизил голос:

— Признайтесь теперь, как мужчина мужчине, не припомните ли вы какого-нибудь знакомого, настоящего, из плоти и крови, которому понадобилось бы украсть кинжал? Вот о чем я вас спрашиваю, мистер Холлидей. А?

— Хороший вопрос, — признал Холлидей, присев на краешек стола и что-то перебирая в уме. Потом бросил на Мастерса проницательный взгляд. — Сначала, инспектор, позвольте вас тоже спросить. Знаете ли вы некоего Роджера Дартворта?

На лице Мастерса не дрогнул ни один мускул, но вид у него был довольный.

— Видимо, вы его сами знаете, мистер Холлидей?

— Да. Хоть не так хорошо, как моя тетушка леди Беннинг, моя невеста мисс Мэрион Латимер, ее брат Тед и старик Фезертон… Кружок довольно многочисленный. Лично мне Дартворт определенно не правится, но что тут можно сделать? С ними не поспоришь, они лишь снисходительно улыбаются и говорят: «Ты ничего не понимаешь». — Он закурил сигарету, раздраженно загасил спичку, на лице его играла саркастическая усмешка. — Хотелось бы только узнать, известно ли что-нибудь Скотленд-Ярду о нем или о его малолетнем рыжеволосом сообщнике.

Холлидей с инспектором обменялись понимающим взглядом. Вслух Мастерс осторожно ответил:

— У нас нет никаких свидетельств против мистера Дартворта. Вообще никаких. Я встречался с ним — симпатичный джентльмен. Очень даже симпатичный, без всякой показухи. Никаких дешевых эффектов, если вы меня понимаете…

— Понимаю, — подтвердил Холлидей. — Тетушка Энн в моменты особенного экстаза объявляет старого шарлатана святым.

— Правильно, — кивнул Мастерс. — А скажите мне… гм… Извините за щекотливый вопрос… Нельзя ли признать обеих дам несколько… м-м-м…

— Легковерными? — Таким образом Холлидей истолковал утробное мычание Мастерса. — Господи боже мой, нет! Совсем наоборот. Тетушка Энн с виду кажется милой старушкой, а на самом деле — железная леди, смазанная медом. А Мэрион… это Мэрион, понимаете…

— Ясно, — опять кивнул инспектор.

Биг-Бен отбил полчаса, когда швейцар раздобыл нам такси; Холлидей назвал шоферу адрес на Парк-Лейн, объяснив, что хочет захватить кое-что из своей квартиры. Было зябко, по-прежнему шел дождь, на темных улицах сверкали блики отраженного света.

Мы подъехали к одному из новых многоквартирных домов из белого камня с зелеными и никелированными панельными вставками, похожему на модернистские коробки, растущие как грибы на тихой пристойной Парк-Лейн. Я вышел, прошелся под ярко освещенным козырьком подъезда, куда поспешно нырнул Холлидей. Дождь поливал темную улицу, лица прохожих выглядели — как бы лучше сказать? — нереально. Меня донимал яркий образ в газетной заметке: отвернувшийся худой мужчина, заглядывающий в макет камеры смертников, медленно крутя и дергая головой. Самое жуткое, что охранник назвал его «джентльменом». Когда Холлидей тронул меня сзади за плечо, я едва не шарахнулся в сторону. Он держал в руках плоский пакет в коричневой оберточной бумаге, перевязанный лентой, и вручил его мне с предупреждением:

— Пока не открывайте. Там кое-какие факты или домыслы, касающиеся некоего Луиса Плейга.

На нем был тонкий, застегнутый доверху дождевик, в котором он ходил в любую погоду, и шляпа, надетая набекрень. Дин с улыбкой протянул мне мощный фонарик, предварительно снабдив другим Мастерса. Когда инспектор садился со мной рядом в машину, я почувствовал что-то твердое у него в боковом кармане, мне показалось, фонарь, захваченный из дома, однако я ошибся — это был револьвер.

В Уэст-Энде легко толковать о кошмарах и ужасах, но, поверьте мне на слово, я не слишком уверенно себя чувствовал среди огней, перемежающихся темнотой. Шины слабо поскрипывали на мокрой мостовой, хотелось о чем-нибудь поговорить.

— Я ничего не слышал о Луисе Плейге, — начал я, — хотя, мне кажется, по газетной заметке нетрудно реконструировать историю его жизни.

3
{"b":"13289","o":1}