ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Она тоже может поехать с нами. Вам обеим лучше на некоторое время уехать отсюда.

– Теперь все изменится, – сказала я. – Наверное, нам нужно будет подумать о том, что делать дальше.

Но пока я не могу ни о чем думать, кроме того, как он стоит с удивленным выражением на лице. Наверное, это длилось меньше секунды, но мне она показалась вечностью, и вот мой отец пошатывается, залитый кровью… Ах, Ребекка, это было ужасно!

Она вновь обняла меня и крепко прижала к себе.

– Постарайся выбросить это из головы. Все кончено, и мы уже ничего не можем поделать. Нужно думать о будущем.

– Хорошо, но позже…

– Дети будут так рады твоему приезду, – сказала Ребекка, – И Патрик тоже.

Я кивнула. Мне всегда доставляли удовольствие поездки к Ребекке, встречи с ее счастливой семьей.

У нее было два чудесных ребенка. Альвина, которой было почти шесть лет, и четырехлетний Джейк. Я считала их очень интересными и забавными детишками. Я любила море и пустоши, я любила сам дух этих мест. Но, находясь там, я постоянно думала о своем отце, который всегда беспокоился, когда я уезжала из дому. Поэтому у Ребекки я бывала не так часто, как мне хотелось бы, чтобы не расстраивать отца.

Я представила себе, как он говорит:

– Отправляешься в Корнуолл?

– Я уже давненько там не была.

– Ну, и сколько же ты будешь отсутствовать?

– По крайней мере, месяц. Не стоит тратить время на дорогу, чтобы ехать туда на меньший срок.

– Боже, целый месяц!

Я знала, что всю жизнь буду вспоминать такие разговоры и мое сердце будет разрываться оттого, что отец покинул меня навсегда, убитый человеком, который даже не знал его.

Ребекка хорошо знала, как обстоят дела в нашей семье, и никогда не настаивала на том, чтобы я задерживалась подольше, хотя постоянно намекала, что не прочь почаще общаться со мной. Вообще Ребекка всегда проявляла ко мне какие-то материнские чувства. Это замечалось даже в ее отношении к моему отцу. Она была одним из немногих людей, хорошо понимавших его, и это понимание вызывало в ней нежные чувства к нему Убийство моего отца оставалось главной сенсацией в Лондоне. Это касалось не только газет. Люди собирались возле нашего дома, разглядывали его и перешептывались. Невозможно было выглянуть в окно, чтобы не увидеть толпу зевак. Я поймала себя на том, что часто рассматриваю то место на тротуаре, где лежал мой отец, залитый кровью, и то место по другую сторону улицы, возле ограды, где этот человек поджидал его. Если бы я только знала, если бы могла предупредить его!

Было проведено дознание – процедура болезненная для меня, но необходимая. Весь интерес был сфокусирован на мне, поскольку именно мои показания легли в основу следствия. Я находилась на месте преступления. Я хорошо рассмотрела убийцу, которого опознала как человека, поджидавшего моего отца возле дома накануне ночью.

Вердикт гласил: «Убийство, совершенное неким неизвестным лицом или лицами».

Теперь и мое имя украсило заголовки газет:

«МИСС ЛЮСИ ЛЭНСДОН, ВОСЕМНАДЦАТИЛЕТНЯЯ ДОЧЬ БЕНЕДИКТА ЛЭНСДОНА»

«Он души в ней не чаял, – заявляет Эмили Соррел, горничная.»

«Он хранил ее как зеницу ока, – говорит домоуправительница.»

«В жизни не видел отца, который бы так любил свою дочь, – сообщил нашему репортеру камердинер.»

«Мисс Люси Лэнсдон находилась возле своего отца в момент его смерти.»

Конечно, расписали и про то, как я ожидала его вечерами с ужином.

Селеста велела держать газеты подальше от меня, но я желала знать все, что в них пишут На следующий день после вынесения предварительного вердикта меня посетил инспектор Грегори, крупный мужчина с пронзительными синими глазами, с суровым лицом, но с приятными манерами Со мной он обращался очень мягко Он сказал – Я буду откровенен с вами, мисс Лэнсдон. Ваше свидетельство оказало нам огромную услугу Вы дали очень точное описание человека, которого мы хотели бы допросить, и, как нам кажется, мы уже знаем, кто он Это ирландец, фанатичный сторонник самоуправления Ирландии, уже давно находившийся у нас на заметке Есть основания полагать, что причиной гибели вашего отца была его оппозиция в законопроекту о самоуправлении Человек, которого мы подозреваем в убийстве, был замешан в целом ряде сомнительных инцидентов Мы давно уже хотели с ним хорошенько побеседовать Теперь у нас есть возможность схватить его Нам нужны были какие-то конкретные факты, чтобы предъявить ему обвинение Собственно говоря, мы уже задержали этого человека Я прошу, чтобы вы зашли к ней и опознали его. Он будет находиться среди нескольких похожих на него людей Я прошу вас опознать его, и, если это тот самый человек, который застрелил вашего отца, мы займемся им вплотную.

– Значит, вы уже поймали убийцу?

– Мы еще не уверены. Конечно, мы надеемся, что это тот самый человек, но нам нужна полная уверенность. Вы были свидетелем убийства, и вы же совершенно отчетливо видели этого человека в ночь накануне убийства Так что мы хотим, чтобы вы подтвердили нам, действительно ли человек, которого мы вам покажем, является тем самым, кого вы видели с оружием в руке и в ночь накануне убийства под своим окном. Вы выберете его из группы людей. Это очень простая процедура Я знаю, это для вас тяжкое испытание, но продлится оно недолго. Уверяю вас, будет огромным облегчением для нас и для всех законопослушных граждан, если этот человек окажется за решеткой. Мы должны помешать ему совершать подобные преступления.

– Когда я должна приехать?

– Завтра утром. Мы пришлем за вами экипаж в десять тридцать.

– Я буду готова.

Инспектор слегка коснулся моей руки.

– Благодарю вас, мисс Лэнсдон, – сказал он.

Когда он ушел, я продолжала размышлять о том мужчине, удивляясь, как можно хладнокровно убить другого человека, которого ты даже не знаешь Он даже не подумал о горе, которое он принесет множеству людей Складывалось впечатление, что он сделал это в соответствии со своими убеждениями Но какие убеждения могут оправдать убийство и горе, которое приносят такие преступления другим людям?

В эту ночь я почти не спала. Среди ночи я встала с кровати, подошла к окну и взглянула на опустевшую улицу. Свет фонаря падал на мокрый тротуар.

Я вздрогнула, представив, что снова увижу там этого человека.

Утром за мной прибыл экипаж.

Меня провели в комнату, где ждал инспектор Грегори.

– Благодарю вас, мисс Лэнсдон, за то, что вы приехали, – сказал он. – Нам сюда.

Он провел меня в комнату, где выстроились в шеренгу восемь мужчин.

– Пройдитесь и посмотрите, не узнаете ли вы кого-нибудь, – попросил инспектор.

Я приблизилась в этим людям. Одни мужчины были выше, другие – пониже, некоторые – среднего роста, темноволосые и шатены. Я медленно пошла вдоль шеренги.

Он стоял пятым с краю. Я сразу же узнала его. Он попытался немножко изменить внешность, срезав свою челку, но, приглядевшись повнимательней, я заметила ее следы, а кроме того, отчетливый белый шрам на левой щеке, который, как мне показалось, он замазал чем-то вроде грима. Когда я вернулась к инспектору, у меня не было ни малейших сомнений.

– Это он, – сказала я. – Пятый с краю. Я вижу, он немножко изменил прическу и попытался скрыть свой шрам. Во второй раз я не видела его волос, однако и тогда узнала его. А сейчас я совершенно уверена в этом.

– Очень хорошо. Вы оказали нам огромную помощь, мисс Лэнсдон, мы исключительно благодарны вам.

Меня отвезли домой. Я чувствовала; – себя опустошенной. Я постоянно вспоминала тот момент, когда мы встретились с ним глазами, и не могла понять их выражение. Он понял, что я опознала его. Возможно, он видел меня в окне в ту ночь; мы смотрели друг другу в глаза, когда он держал в руке пистолет. Теперь в его глазах читались какой-то вызов, насмешка, даже презрение. О да, он понимал, что я опознала его.

Приехав домой, я сразу ушла в свою комнату. Селеста принесла мне стакан горячего молока на подносе.

– Это было очень тяжело? – спросила она.

10
{"b":"13293","o":1}