ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Ни о чем большем я не мог бы и мечтать. А что думаешь ты?

– Мне эта идея тоже нравится. Но, знаешь ли, мне еще не исполнилось семнадцати.

– Я думал, когда тебе исполнится восемнадцать…

– Это что-то вроде предложения? Я никогда не думала, что предложение делают таким образом.

– Неважно, как его делают… если оно устраивает обе стороны.

– Дело вот в чем, Джоэль Я еще не жила… – Это Прозвучало настолько банально, что я сама расхохоталась, но все же продолжила:

– Это правда. А ты сам пожил, Джоэль? – Он молчал, поэтому я добавила:

– Я плохо разбираюсь в людях – , в мужчинах, я имею в виду. Получается, что нас выбрали друг для друга наши семьи. Ты считаешь, что это самый лучший путь найти жену или мужа?

– Мы знаем друг друга давным-давно. В нашем случае, пожалуй, не обнаружится никаких неприятных сюрпризов, как это бывает с другими.

– Да, не будет никаких сюрпризов – ни приятных, ни неприятных.

– Ну что ж, мне кажется, что это хорошая идея.

– Мне тоже так кажется.

Он вдруг повернулся ко мне и поцеловал меня в щеку.

– Можно ли считать, что мы помолвлены?

– Неофициально… И знаешь, Джоэль, если ты влюбишься в другую, у тебя не возникнет неприятностей – Надо же такое» выдумать!

– Ничего неизвестно заранее. Я где-то слышала, что страсть поражает, подобно молнии И ты не знаешь, откуда она придет.

– Я уверен, что никогда не полюблю никого так, как тебя.

– Да разве можно это знать? С тобой просто не случалось ничего подобного. На твоем пути может встретиться какая-нибудь потрясающая женщина, которую ты увидел впервые в жизни… загадочная какая-нибудь… неотразимая.

– Ты болтаешь чепуху, Люси.

– Знаешь, я тоже надеюсь, что это чепуха.

Он взял меня за руку, и мы тесно прижались друг к другу. Потом он сказал:

– Мы помолвлены.

– Тайно, – напомнила я ему. – Не нужно, чтобы наши семьи начинали что-то планировать. Я должна стать чуточку повзрослее, а ты съездишь в эту самую Буганду или как ее там.

– Если я поеду, то, когда я вернусь…

– Это будет наиболее эффектным моментом для того, чтобы объявить о помолвке. Герой, вернувшийся в ореоле славы…

– Да что ты, Люси! Это всего лишь небольшое поручение. Полдюжины членов парламента выезжают, чтобы ознакомиться с некоторыми фактами. Славы на этом не заработаешь.

– Ты вернешься домой и выйдешь на прямой путь к должности премьер-министра – лет через двадцать – тридцать. Премьер-министры обычно бывают весьма преклонного возраста, не так ли? После твоего возвращения мы и объявим о помолвке. Вот будет весело!

Мой отец страшно обрадуется.

– Я надеюсь на это.

– Ты не надеешься, а знаешь об этом. Ведь ты его протеже. Ему нравится следить за твоим продвижением. Мне кажется, он думает, что если ему самому не удалось стать премьер-министром, то он сделает премьера из тебя. Он наверняка сделает это ради мужа своей дочери. Так что тебе даже выгодно жениться на мне.

– Я надеюсь оправдать его ожидания.

– В будущем существует одна-единственная личность, чьи ожидания ты должен надеяться оправдать, и эта личность – я. Впрочем, я понимаю твои чувства к моему отцу. Он удивительный человек, и, хотя мы с ним большие друзья, я подчас не вполне понимаю его. Это его беспокоит.

– Я тоже считаю его удивительным человеком, – сказал Джоэль.

Домой мы возвращались умиротворенными.

Мы помолвлены. Наш брак предрешен. В одобрении наших семей можно не сомневаться.

События развивались самым благоприятным образом.

Пришли новости из Австралии. Ли написала письмо Седеете, а Белинда – мне. Как обычно, письма нам подали за завтраком, и Селеста показала мне, что ей написала Ли.

Было очень грустно читать это письмо. Ли считала, что умирает. Ничто уже не могло ей помочь. Она была настолько слаба, что боялась не выдержать длительного путешествия.

Письмо Селесты очень порадовало ее, и она сделала все необходимые приготовления. Ее очень утешала мысль о том, что, когда она умрет, у Белинды будет дом в Англии, и благодарила Господа за то, что он даровал ей время для улаживания этих дел, а не поразил ее неожиданной смертью.

Последние годы своей жизни она считала самыми счастливыми. Том прекрасно относился к ней и к Белинде, и жилось им втроем замечательно. Хотя большая часть его состояния была потеряна, он сумел оставить им некоторые средства. Эти деньги перейдут к Белинде, так что нищей она не окажется.

«Просто-напросто мне хотелось бы, чтобы у нее был свой дом, – писала Ли, – и теперь я спокойна, зная, что она может вернуться туда, где провела свое детство. Странно у меня сложилась жизнь.

Наверное, такое случается с теми, кто делает неподобающие вещи. Но теперь, когда я знаю, что Белинда может вернуться домой, я чувствую покоив.

Когда Селеста читала это письмо, в ее глазах стояли слезы – Я так рада, что Бенедикт согласился на ее приезд! – сказала она, – Бедная Ли! У нее была добрая душа. Как жаль, что ей так недолго удалось побыть счастливой!

От чтения письма Белинды во мне ожили воспоминания.

« Дорогая Люси!

Я знаю, что моя мать написала вам и что она очень больна. Через какое то время мне придется приехать в Англию. Я так часто вспоминаю свою жизнь там, а особенно тебя. Вспоминаешь ли ты меня?»

О да, Белинда, подумала я, тебя-то я никогда не забуду.

« Какие ужасные вещи я творила в то время!

Удивительно, что ты меня не возненавидела. Я думаю, иногда ты была близка к этому… но не всерьез, Люси. Ведь мы, были почти сестрами, правда? Я очень многое помню из тех времен. Помню, как я переоделась в платье твоей матери и притворилась, что это она восстала из могилы. Тогда я сильно напугала и тебя, и Селесту. Но вы не очень обижайтесь на меня.

Возможно, я и не стала совсем новым человеком, но, по крайней мере, достаточно повзрослела для того, чтобы не делать таких глупостей.

Меня очень беспокоит состояние мамы. Когда умер Том, это было ужасно. Все произошло совершенно неожиданно. С ним было все в порядке, и вдруг сердечный приступ. Трудно поверить, но его больше нет на этом свете.

После этого все сразу изменилось, и моя мать тут же заболела. Она действительно очень больна.

Я немножко боюсь. Здесь, в этой стране, я чувствую себя чужой без Тома и без мамы. На самом деле я считаю своей родиной Мэйнорли и Лондон… вместе с тобой, Люси. Скоро ли мы с тобой встретимся?

Я знаю, что желание вернуться станет нестерпимым, если я потеряю маму.

С любовью и с добрыми воспоминаниями

Белинда.»

Действительно, воспоминания. Я хорошо помнила, как Белинда в маминой одежде, утащенной из запертой комнаты, сидела на той самой скамье в саду, о которой поговаривали, что там любит сидеть привидение.

Я вспомнила, как она клялась, что Патрик Картрайт приставал к ней, потому что хотела помешать ему жениться на Ребекке. Я вспомнила, как она, совсем еще малышка, танцевала вокруг меня с зажженной свечой в руке, от которой вдруг вспыхнуло мое платье.

Я видела Дженни Стаббс, любившую меня больше жизни, которая загасила пламя своим собственным телом и отдала свою жизнь ради того, чтобы сохранить мою.

Да, Белинда, подумала я, ты действительно вызвала у меня воспоминания Я поговорила о Белинде с Селестой и с отцом – Бедная, бедная Ли – сказала Селеста – Не знаю, есть ли хоть какая-нибудь надежда на ее выздоровление. Она не сообщает, чем именно больна.

– Да, но она достаточно больна, чтобы не вынести путешествия. Я уверена, что, если бы ей было получше, она сама привезла бы к нам Белинду – Все, что мы можем сделать, – сказал отец, – это ждать и следить, как будут развиваться события. Во всяком случае, мы предложили ей наш дом. Это все, что мы можем сделать На этом мы и закончили.

Вскоре после этого основной темой разговоров опять стали выборы.

Миссия в Бутанду, естественно, была отложена до тех пор, пока не станет известно, какое правительство придет к власти.

5
{"b":"13293","o":1}