ЛитМир - Электронная Библиотека

— Мой отец, который терпим к некоторым вещам, очень резко настроен против католиков. Ему не нравится герцог Йорк. Более того, он считает, что разразится несчастье, взойди тот на трон. Он говорит, народ этого не позволит и будет революция. Отец за то, чтобы наследником стал Монмут.

— А как бы он поступил, если бы обнаружил Джоселина Фринтона в вашем имении?

— Не знаю! Он знал его отца, и наверняка ему было известно, что они — католики, но ведь несколько лет назад никого это не заботило. Народ начал волноваться, лишь когда появился Титус Оутс со своим Папистским заговором. Я уверена, случись какой-нибудь конфликт, отец скорее встанет на сторону Монмута, чем брата короля, хотя отец нерелигиозен.

— Да, — согласилась Кристабель, — возможно.

— Не знаю, выдал бы он его властям или нет, но не думаю, что он помог бы ему или одобрил наши поступки. То, что делает Эдвин, — это его личное дело, потому что Эдвин — мужчина, и мой отец не отец ему. Что бы решила мать, я не знаю. Наверное, встревожилась бы очень, потому что мы подвергаем себя опасности. И, понимаешь, есть еще Карл. Отец любит его до безумия, а Карл сам настоял на своем участии.

— Ему это нравится! Для него это просто приключение, и я заметила, что он обожает быть в курсе всех дел!

— Представляю отца в молодости — должно быть, был таким, как Карл сейчас!

— Можешь быть в этом уверена! — В ее голосе прозвучали резкие нотки, напомнив мне прежнюю Кристабель, которую я знала до приезда Эдвина и Ли.

— Тихо! — сказала я. — Кажется, они возвращаются!

Я оказалась права. Мы приникли к окну, замерли и вскоре действительно увидели Ли и Эдвина, въезжающих в ворота. Мы помахали им, и вскоре они поднялись в мою спальню.

— Все хорошо, — прошептал Ли. — Отличное место! Молодец, Присцилла, что вспомнила! Я вспыхнула от удовольствия.

— На завтра он едой обеспечен и хорошо защищен. Думаю, устраивать там пикники ни у кого желания не возникнет!

— Какие пикники в ноябре, да в таком холодном месте?

— Вот насчет холода ты правильно заметила, — сказал Эдвин, — но у него есть одеяла.

— Сколько он сможет оставаться там? — спросила Кристабель.

— Ну, долго он там не протянет, — ответил Эдвин. — Нам надо придумать что-нибудь, пока зима не стала совсем холодной.

— Присцилла беспокоится о том, что сюда вовлечен Карл! — поделилась нашими опасениями Кристабель.

— Да, и я тоже, — согласился Эдвин.

— Он хороший мальчик, — добавил Ли, — но его бьющая через край энергия может выдать нас!

— Утром я с ним поговорю, — решил Эдвин.

— Надо попытаться перевести Фринтона в другое место, и сделать это лучше до возвращения твоего отца, — обратился ко мне Эдвин.

С этим я была полностью согласна.

— Но уже поздно, — сказал Ли, — на сегодня хватит! Кто знает, может, за нами кто-нибудь шпионит? Я не думаю, что кто-либо заметил нас, но все мы должны понять, что это не игра, и нет смысла рисковать по пустякам. Это может кончиться смертью для того юноши и серьезными неприятностями для нас, поэтому ведите себя, как обычно. Сегодня все, что могли, мы сделали, пока что он вне опасности. Завтра мы отвезем ему еще еды. Выезжать на прогулки будем тоже, как обычно, но мы должны быть осторожны.

На цыпочках они вышли из моей комнаты и отправились к себе. Я не могла заснуть. Сомневаюсь, что кто-нибудь из остальных спал той ночью. Ли был прав, когда сказал, что мы оказались в серьезном положении. Я продолжала думать о том юноше: в нем было что-то благородное, что заставило меня помочь ему. Все мои мысли были с ним, в пещере Белого утеса.

Следующим утром мы все вместе выехали на прогулку. На кухне я сказала, что мы едем в лес и хотели бы захватить еду с собой, чтобы не заезжать в таверну. Это выглядело довольно правдоподобно, но необычно: каждый раз мы этой отговоркой пользоваться не сможем. Я лично руководила сбором корзины с едой и даже вздрогнула, когда Элен сказала: «Пищи у вас на целый полк хватит!"

— Но с нами трое голодных мужчин! — напомнила ей я. — Ведь когда дело касается еды, Карл не уступит взрослому! Сама знаешь, Элен, на природе аппетит во много раз больше!

Салли Нулленс, присутствующая при этом и все еще считавшая Карла своим питомцем, заметила:

— Слишком много пирожков он ест, вот что, а ему надо мяса побольше!

Бдительным оком она осмотрела нашу провизию, и во мне зародилась тревога. Я боялась Салли Нулленс, как и Эмили Филпотс. Последняя стала еще более замкнутой, чем когда-либо, потому что с Кристабель обращались, как с членом семьи, — самой ей этого так никогда достичь и не удалось. «И это после всего, что я сделала для этих детей!» — постоянно жаловалась она, и я знала, что она шпионит за Кристабель, надеясь поймать ее на каком-нибудь проступке, и критикует ее по любому поводу. В обычное время это явилось бы объектом для шуток, но сейчас мы не могли позволить себе, чтобы за нами следили.

Однако нам удалось спокойно уехать, и я думала, стоит ли предупреждать Карла об осторожности или оставить все, как есть? Он всей душой был в этом приключении, но в то же время он мог и переусердствовать.

Никогда я не забуду того ноябрьского дня, с туманом, висящим в воздухе, чайками, кричащими над головами, и сильным запахом водорослей, доносимым бризом. Мы спешились, привязали лошадей к скале и спустились к пещере. Стук гальки от наших шагов звонко разносился в воздухе.

Я представила себе затаившегося в пещере Джоселина, гадающего, кто идет. Ли подошел ко входу в пещеру.

— Все в порядке! — крикнул он.

Джоселин вышел, и теперь я могла рассмотреть его лучше, чем прежней ночью. Он был высок и строен, с белоснежной кожей, покрытой легкими веснушками, и светло-голубыми глазами. В улыбке обнажались ровные белые зубы: он был настоящим красавцем. На нем были панталоны испанского покроя, сшитые из светло-коричневого бархата, и кожаные сапоги того же цвета. Камзол (также из бархата) спускался до колен. Он был немного помят после ночи, проведенной в пещере, но Джоселин Фринтон, несомненно, выглядел очень модным джентльменом, который вынужден был уехать в спешке, не успев подготовиться к путешествию.

— Выйди на открытое место, — сказал Ли. — У нас просто небольшой пикник! Мы услышим, если кто-нибудь решит подойти к нам, да и отсюда видно все окрестности. Если потребуется, ты сможешь скрыться в пещере, но, я думаю, это не потребуется.

Мы уселись, и я открыла корзину.

— Не знаю, как и благодарить вас всех! — сказал Джоселин. — Благодарение Богу, что я вспомнил о твоем доме, Эверсли.

— Конечно, — ответил Эдвин, — ты правильно поступил, что приехал. И повезло, что Присцилла забрела в сад!

Джоселин, улыбнувшись, повернулся ко мне:

— Боюсь, я напугал вас?

— Я решила, что вы — призрак, — подтвердила я, — но я всегда хотела увидеть привидение. И я рада, что там оказалась я, а не наш старый садовник.

— Ты ехал из своего дома?

— Из Лондона. Они пришли за мной в дом на Пикадилли, этот грязный Оутс и его люди. Как далеко это зайдет? — спросил Джоселин. — Я никак не могу понять, почему никто не видит, какой он негодяй!

— Ужасно сознавать, как легко люди поддаются призывам к насилию, — с печалью в голосе вымолвил Эдвин. — Порознь они никогда бы не решились на действия, какие предпринимают, становясь толпой.

— Философия может быть весьма полезным занятием, — прервал его Ли, — но сейчас время для действий! Фринтон, это место отлично подходит для временного убежища, но мы должны придумать что-нибудь получше.

— Я уйду из дома и буду охранять тебя! — воскликнул Карл. — Я возьму с собой собак и научу их бросаться на всякого, кто захочет войти в пещеру!

— Знаешь, Карл, я хочу, чтобы ты кое-что сделал, — сказал Ли.

— Что? Что? Только скажи!

— Это очень просто, — ответил Ли. — Ты должен всего лишь повиноваться приказам!

— Так точно, сэр! — сказал Карл. — Ты вроде капитана, Ли? Мы должны поступать, как ты скажешь? И Эдвин тоже? А может, он не захочет, все-таки лорд?

10
{"b":"13295","o":1}