ЛитМир - Электронная Библиотека

Мистер Розен радостно приветствовал меня, и я немедленно поинтересовалась, доставил ли монсеньор Жерар д'Обинье завещание.

— Конечно, — ответил тот, — очаровательный джентльмен, готовый помочь. Теперь у вас нет причин для беспокойства. Все в полном порядке.

Мне стало стыдно, что я не совсем доверяла Жерару. Это чувство еще усилилось, когда, проходя мимо постоялого двора, я заметила там его коляску.

Я поторопилась отойти подальше, но услышала сзади стук копыт.

Жерар д'Обинье притормозил и очень лукаво улыбнулся мне:

— Должно быть, вы проверяли меня. Я решила, что могу быть с ним абсолютно откровенной и нет никакой нужды притворяться, что я оказалась здесь по каким-то другим делам.

— Я должна была убедиться.

— Разумеется.

Он помог мне подняться в коляску.

— Ну, а теперь, — добавил он, — вы удовлетворены.

— Да, и все благодаря вашей помощи. Жерар улыбнулся, и мы покатили к дому.

Подошел день ярмарки. Мы ежедневно виделись с Жераром. Я чувствовала, что должна как-то искупить проявление недоверия, и с тех пор наша дружба все крепла. Я думаю, он понимал, что я чувствую некоторую неловкость сложившейся ситуации. Удобно ли замужней женщине так часто видеться с мужчиной, который не является ее супругом? Он подчеркивал, что оба мы здесь ненадолго, подразумевая, что наши отношения — лишь эпизод в жизни. Очень скоро нам придется разойтись в разные стороны, и нет причин, по которым нам нельзя оставить приятные воспоминания об этих встречах.

Я думаю, это послужило некоторым оправданием для меня, когда мне вдруг пришла в голову мысль, что моя дружба с этим мужчиной стала намного глубже, ближе и отличается от всего, что происходило со мной когда-либо прежде.

Итак, настал день ярмарки.

Думаю, там собрались все люди, живущие неподалеку. Джесси, по настоянию дяди Карла, который сказал, что очень устал и хочет отдохнуть, тоже ушла на ярмарку вместе с Эймосом Керью. В полдень, после обеда, на праздник ушли и слуги.

Как Джесси объяснила мне, это было важное событие, так как ярмарка проходила дважды в год.

— Я надеюсь, что и вы будете там, — сказала мне Джесси.

Я подтвердила, что обязательно посещу ярмарку, и направилась на встречу с Жераром. Он ничего не говорил насчет ярмарки, но я не сомневалась, что и он не откажется побывать там.

Он встретил меня прямо за живой изгородью, и мы направились в сторону Эндерби.

— Мне кажется, что все обитатели дома ушли на ярмарку, — сказал Жерар. — Эндерби выглядит совершенно иначе без людей. Мне бы хотелось показать вам дом. Вам уже приходилось видеть его?

— Нет. Я, конечно, много слышала о нем, но его продали, когда меня еще и на свете не было. Моя мать жила здесь, будучи еще ребенком, но тетя, которая воспитывала ее, умерла. Ее муж был убит горем. Вскоре он утонул, и, я думаю, никто не возьмется утверждать, было ли это несчастным случаем или он сделал это преднамеренно. Ни моя мать, ни ее кузина Сабрина не охотно говорят об этом.

— Давайте зайдем и осмотрим дом, — предложил Жерар.

— Я думала, что неплохо было бы сходить на ярмарку.

— Лучшее покажу вам дом. Вы хотели посмотреть его, и сейчас предоставляется такая возможность. Кроме того, он действительно по-другому выглядит, когда пустой. Тут большую роль играет сама его атмосфера.

Жерар д'Обинье взял меня за руку и ввел в дом. Я вспомнила свой сон и прозвучавшее в нем предостережение. Я знаю, что, когда спала, только вообразила, что нахожусь в доме, а сейчас меня влекло туда какое-то необъяснимое чувство и вновь какая-то часть моего существа предостерегала меня.

Жерар открыл дверь, и мы остановились в зале. Сводчатые потолки, красивые панели. Мне приходилось видеть много подобных залов, но этот был полон теней. В царившей здесь тишине я почувствовала, как мое сердце бьется все сильнее и сильнее, так, что, казалось, я слышала его. Жерар обнял меня. Я выскользнула.

— Вы выглядите такой уязвимой, будто нуждаетесь в защите, — промолвил он.

Я засмеялась, но смех прозвучал неискренне.

— Я вполне способна постоять за себя.

— Я знаю. — Жерар внимательно смотрел на меня. — Вы никогда не станете делать то, чего не хотите.

Я посмотрела на галерею менестрелей.

— Да! — воскликнул он. — Это место очень любят привидения. Там их достаточно. Я обнаружил, что слуги никогда не заходят туда поодиночке. Пойдемте, Сепфора, может, мы вызовем духов.

Он взял меня за руку, и мы поднялись по ступеням.

На галерею вела резная деревянная дверь, заскрипевшая, когда Жерар открыл ее.

— Проходите, — шепнул он. Я шагнула на галерею:

— Здесь гораздо холоднее.

— Это из-за духов, — ответил Жерар. — Привидения приходят с того света.

Он взял мое лицо ладонями и заглянул в глаза.

— А вы не на шутку испуганы, — сказал он. — Да, да, это так, моя практичная разумная Сепфора. Признайтесь, Эндерби произвел на вас впечатление.

— А на вас? — спросила я.

— Сказать правду, — ответил он, — мне здесь очень нравится. Это необычный дом. А кто хочет жить в обычном? Когда я здесь, то спрашиваю себя: «Неужели это правда? Неужели духи давно умерших иногда возвращаются на места своих грехов или побед? Кто может сказать с уверенностью? Никто. Здесь все окутано тайной». Вы не находите это привлекательным?

— Конечно.

Мы стояли у перил, глядя на зал.

— Он полон теней, — сказал Жерар. — Почему?

— Из-за деревьев и кустов, которые слишком разрослись здесь. Спилите их, чтобы вокруг дома была лужайка, и сюда будет проникать свет.

— Возможно, духам это не понравилось бы. Идемте, я покажу вам остальную часть дома.

— Но где же те люди, что живут здесь?

— Они уехали. И, надо сказать, их отсутствие очень устраивает меня.

— Это удобно для вас.

— Да, очень. Я не мог бы найти более приятного места.

— Но это так далеко от Лондона.

— Да, но зато вблизи небольшого городка, где есть такая замечательная фирма: «Розен, Стид и Розен».

— Но для делового человека…

— Для моих дел она очень подходит. Здесь рядом море, и это прекрасно. Но самое лучшее, что здесь рядом — Эверсли, благодаря чему я встретил вас, Сепфора.

— Думаю, мне надо будет скоро возвращаться домой, в Клаверинг, — быстро произнесла я. — Там уже заждались меня, а все то, зачем я приехала сюда, уже сделано.

— Не говорите об этом. Живите настоящим. Это так прекрасно — жить настоящим. Прошлое зачастую полно сожалений. Никогда не жалейте ни о чем, Сепфора. Это ничего не изменит. Что касается будущего, оно неизвестно. Нам дано настоящее, чтобы жить в нем, и жизнь — это единственный смысл существования.

— Общие слова никогда не соответствуют истине, — ответила я.

Я уже начинала ощущать очарование этого дома, а может, причиной тому было присутствие Жерара. Я чувствовала себя другим человеком. Пытаясь позднее проанализировать случившееся, я говорила себе, что, вступив в этот дом, была уже не в силах владеть собой.

Мы поднялись наверх. Наши шаги эхом отзывались меж пустых деревянных стен. Жерар открыл дверь, и мы вышли в коридор.

— Как здесь тихо, — произнесла я, — возникает странное чувство, что я уже жила здесь, может, потому…

— Потому, что духи вышли к нам сегодня. Мне кажется, им не очень-то нравится суетня слуг. Они предпочитают затихший дом.

— Но мы же здесь, — сказала я.

— Только, чтобы осмотреть дом. Я уверен, что призраки хотят сохранить его зловещую репутацию. Это не слишком большой дом, — продолжал Жерар. — На этом этаже всего пять комнат. Помещения прислуги — выше. Как здесь все спокойно!

Он отворил дверь. В этой комнате стояла большая кровать с пологом. Парчовая драпировка — белая и золотая. В комнате стояла и другая мебель, но главенствовала огромная кровать.

У меня появилось смутное чувство, что я прежде бывала здесь. Или я просто вообразила это? Все мои чувства были крайне обострены, я знала, что неминуемо приближается развязка. Меня раздирали противоречия.

21
{"b":"13297","o":1}