ЛитМир - Электронная Библиотека

Я смотрела на кровать, на которой познала часы блаженства.

Снизу послышался шум. Я поняла, что это Жерар. Я поспешила к лестнице. Мне надо было первой заговорить с ним, чтобы он неосторожными словами не выдал нас.

— Кто здесь? — крикнула я. — Мне просто показывают коттедж.

Жерар стоял в маленькой комнате.

— О, это же монсеньор д'Обинье из Эндерби, — произнесла я. — Должно быть, вы, как и я, заинтересовались открытой дверью. Я беседую с новыми жильцами.

Он поклонился молоденькой женщине, которая вся зарделась от такого внимания.

— Прошу прощения за вторжение. Я увидел, что дверь открыта, и вспомнил, что в течение некоторого времени этот дом стоял пустым.

— Теперь его сдали нам, сэр.

— И она, и ее муж очень рады, что у них теперь есть собственный домик. Спасибо, что все показали мне.

Она снова сделала книксен и произнесла:

— Мое почтение.

Жерар поклонился мне, сказав:

— Прекрасная погода, не правда ли? — И мы разошлись в разные стороны.

Я поражалась его спокойствию, с которым он так легко вышел из положения. Я надеялась, что и у меня это получилось не хуже.

Мы оба едва не выдали себя. Но хорошенькая обитательница домика ничего не заподозрила. Она была так упоена собственным счастьем, что не обратила на нас особого внимания.

Отойдя не слишком далеко, Жерар развернулся и догнал меня.

— Итак, — сказал он, — мы лишились места для наших свиданий. А я уже привязался к этому дому.

— Было очень рискованно приходить сюда. Нас могли заметить в любой момент.

— Где же мы теперь будем встречаться? — спросил он. — Если ты действительно решилась покинуть меня в пятницу…

— Да, Жерар. Я должна.

— Завтра настанет наш последний день. Не знаю, как я смогу дальше жить без тебя?

— А как я буду без тебя?

— У тебя есть еще время передумать.

— Нет, это невозможно.

— Нет ничего невозможного.

— Слишком велика цена.

— Возможно…

— Нет, — сказала я. — Пожалуйста, Жерар, пойми. Я была твоей любовницей… Я нарушила супружеский долг… Я вела себя так, как никогда не представляла себе возможным, но теперь все кончено. Я вернусь и постараюсь быть хорошей женой Жан-Луи.

— Ты измучила меня, — произнес Жерар.

— Я измучила себя.

Этим и закончился наш разговор. И хотя я была охвачена сомнениями, одно оставалось ясным. Я не смогу бросить Жан-Луи.

Подошла наша последняя ночь. Жерар хотел провести ее со мной. Если бы коттедж оставался пустым, то, возможно, я могла бы там остаться с ним и поутру как-нибудь пробраться в Эверсли-корт.

Хотя я знала, что Жерар не остановится ни перед каким риском, я не могла предположить того, что произошло.

Мы отправлялись в дорогу рано утром. Грумы предупредили, что выезжать придется на рассвете, чтобы успеть за день доехать до постоялого двора, где мы останавливались на пути сюда.

Я пообещала, что поднимусь пораньше. Я распрощалась с дядей Карлом — мне не хотелось будить его поутру. Джесси сказала, что они с Эвелиной встанут, чтобы проводить меня.

Вещи были уже упакованы. Все было готово.

С Жераром мы попрощались накануне. Он уже не пытался переубедить меня и, казалось, понял неизбежность разлуки.

Я уже собиралась ложиться в постель, когда услышала, как кто-то скребется в окно.

Я подошла к нему и, к моему изумлению и восторгу, увидела Жерара. Он забрался ко мне, цепляясь за росший по стене вьюнок, и умолял впустить его.

Я открыла окно и через мгновение оказалась в объятиях Жерара.

— Ты и не мечтала, что я приду и буду рядом с тобой, ведь так? — спросил он.

Эта ночь была для меня полна сладострастия. Неожиданное счастье находиться рядом с Жераром, разрывающее сердце, осознание того, что все происходит в последний раз, — все делало эту встречу поистине неповторимой.

Мы достигли вершины страсти. Счастье наперекор всему, смешанное с острым сожалением.

Мы лежали рядом и прислушивались к шуму ветерка в ветвях деревьев. Комнату освещал месяц. Я хотела сохранить каждый миг этой ночи, как дома я сохраняла лепестки роз, засушивая их в Библии, чтобы потом вспоминать день, когда сорвала их.

— Ты не сможешь покинуть меня.

И вновь он целовал меня, мы сливались в одно целое в порыве страсти.

Мы лежали, держась за руки, и разговаривали шепотом.

Жерар все повторял мне:

— Когда ты вернешься, если ты вернешься, ты поймешь, как одинока и несчастна без меня. Ты поймешь, мы должны быть вместе.

— Я буду несчастна. Мне останется только безнадежно мечтать о встрече с тобой… Но я должна быть рядом с мужем.

— Ты не знаешь, что готовит нам будущее. Ты не знаешь, что может случиться. Я скажу тебе, как найти меня во Франции. У меня всегда будет надежда, — продолжил Жерар. — Каждый день я буду вспоминать тебя и ждать от тебя известий.

— Я должна находиться рядом с мужем, пока необходима ему, — ответила я. — Но кто знает…

Тут мне почудился какой-то шорох, скрип половицы. Я села на кровати, прислушиваясь.

— Что случилось? — спросил Жерар. Я приложила палец к губам и подкралась к двери.

К счастью, я заперла ее. Я знала, что кто-то стоит за дверью и подслушивает. Мне показалось, что я слышу дыхание.

Теперь я знала точно. Вновь послышался скрип половицы.

Кто-то, крадучись, шел по коридору. Жерар вопросительно посмотрел на меня. Вернувшись в постель, я сказала:

— Кто-то стоял за дверью. Возможно, наш разговор подслушивали.

— Но мы же говорили шепотом.

— Несмотря на это, кто-то в доме узнал, что я не одна.

— Любвеобильная экономка? Она не расскажет.

— Не знаю.

Но случившееся обеспокоило меня.

Рассвет настал слишком быстро. Утро, надо вставать и отправляться в дорогу. Жерар крепко обнимал меня, пытаясь в последний раз уговорить остаться с ним, но зная, как его найти во Франции, я чувствовала себя значительно лучше.

Жерар неохотно покинул меня, несколько раз он возвращался и крепко сжимал в объятиях, словно не решаясь отпустить.

В конце концов, промчались и эти мгновения; он вылез из окна. Я наблюдала, как Жерар спускается вниз, держась за выступающие части фасада и за вьюнок.

И вот, наконец, Жерар стоял внизу, а я не могла отвести от него глаз. Мне хотелось, чтобы его образ навсегда запечатлелся в моей памяти.

Небо просветлело. Грумы уже ждали. Джесси и Эвелина вышли проводить меня. Они обе смотрели, как мне показалось, очень лукаво. Я догадалась, что одна из них подслушивала у меня под дверью сегодня ночью. Одна из них знала, что у меня был любовник.

Обратное путешествие прошло без происшествий. Я едва замечала места, где мы проезжали. Все мои мысли были только о Жераре, на сердце было тяжело. Впереди я видела лишь жизнь, полную сожалений.

Меня встретили очень радушно, а когда Жан-Луи направился ко мне, опираясь на палку, я почувствовала такие угрызения совести, что чуть не разрыдалась. Жан-Луи отнес эти эмоции на счет нашего воссоединения, и я увидела, что он полон счастливого торжества.

— Время тянулось бесконечно! — воскликнул он. — О, как я рад, что ты вернулась!

— Ну как ты, Жан-Луи? — спросила я. — Я очень беспокоюсь. Что с твоим позвоночником?

— Ничего страшного. Мне кажется, много шума из ничего. У меня просто какое-то растяжение мышц спины. Это чувствуется, если я хожу слишком быстро.

Я смотрела на доброе лицо Жан-Луи и прекрасно понимала, что он старается не расстраивать меня. Он хотел уберечь меня от излишнего беспокойства, а я чувствовала себя грязной и развратной.

Моя мать с Сабриной и Диконом тоже ждали меня. Они кинулись обнимать меня, а Дикон плясал вокруг.

— Ну, на что похож дом? — кричал он. — Расскажи нам про Эверсли. Когда ты получишь его в наследство?

— Надеюсь, через долгие-долгие годы, — ответила я. — Дядя Карл, я называю его дядюшкой, потому что трудно точно определить наше родство, собирается еще пожить долго.

— Откуда вы знаете, — вытаращился на меня Дикон.

26
{"b":"13297","o":1}