ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я должна поговорить с Чарли. Не приведешь ли ты его ко мне?

Берт кивнул и с готовностью побежал за братом.

Вскоре они вернулись вместе.

– Чарли, я хочу поговорить с тобой о миссис Денвер.

Глаза его сузились.

– Она на нашей стороне, Чарли. Мальчик недоверчиво посмотрел на меня.

– Мне нужно кое-что объяснить тебе. Правда, что миссис Денвер немка. Но они не все плохие, как ты знаешь. Более того, ее и ее семью преследовали… Гитлер такой же ее враг, как и наш… возможно, даже больше.

Я попыталась кратко и ясно рассказать, что случилось в замке в тот незабываемый вечер, и думаю, что сделала это хорошо. Чарли умный мальчик, и я думаю, он кое-что понял.

– Ты понимаешь, Чарли, для нас всех очень важно победить в этой войне.

Он серьезно посмотрел на меня, и я поняла, что достигла цели.

Должно быть, прошел месяц после случая со светящейся рыбой. Мы с Дорабеллой дежурили в саду и наблюдали за морем. Темная ночь, серп луны, полночное небо и спокойное, почти тихое море.

Страх перед вторжением уже не так парализовал нас. Удивительно, как быстро человек привыкает. Духовно мы стали крепче благодаря частым обращениям премьера к нации, и каждая прошедшая неделя означала, что наша оборона еще более усилилась. Нам говорили, что девять дивизий, которые были эвакуированы из Дюнкерка, сейчас переформированы и стали соответствовать требованиям. Также в нашей стране были войска из колоний, были поляки, норвежцы, датчане и французы, последние создавали армию под руководством генерала де Голля. По всей стране мужчины вступали в организацию добровольцев.

Мы ни в коем случае не успокоились, но смотрели на мир оптимистически и были уверены, что, когда придет время, мы выстоим и победим. – Ты понимаешь, – сказала Дорабелла, – прошел почти год, как все началось, а кажется, что все это продолжается целую вечность.

Она задумчиво улыбнулась. Она знала, что я думаю о Джоуэне. Где он? Увижу ли я его снова?

Вдруг я заметила слабый свет, но не на горизонте, как это было с рыбой, а намного ближе к берегу.

– Ты видишь… Дорабелла уставилась в море:

– Рыба?

– Да, возможно…

Свет исчез, и опять стало темно.

– Они все еще смеются над нами из-за той ночи, – сказала Дорабелла. – Только недавно… О, посмотри, опять!

Свет появился и исчез. Было темно и тихо, только слышался шелест волн на пляже внизу. Дорабелла зевнула.

– Ладно, – сказала она, – мы получили урок. Никаких тревог по поводу рыбы.

– Они так веселились…

– Что-то в этом есть. Если люди смеются, то не такое уж плохое наше время.

– Гретхен стала счастливее…

– У нее все прекрасно. Я желаю… Она замолчала.

– Я знаю, – сказала я, – мне осталось только надеяться.

– Скоро будут новости. Я чувствую это всем своим существом.

Она пыталась поднять мое настроение. Интересно, верила ли она в самом деле, что Джоуэн вернется домой целым и невредимым.

И вот опять я в прошлом, думаю о местах, где мы встречались, вспоминаю, о чем мы говорили, как постепенно узнавали о нашем чувстве друг к другу. Как несчастлива я была, когда думала, что Дорабелла умерла. Как Джоуэн успокаивал меня. Опыт изменяет людей, делает их зрелыми. Какой невинной девочкой я была до посещения Германии!

Дорабелла внезапно шагнула вперед:

– Смотри! Внизу! Я видела на воде что-то темное и подпрыгивающее на приливной волне.

– Это лодка, – сказала я и услышала шум мотора.

– Возможно, это какой-нибудь рыбак возвращается.

Мы подождали несколько секунд и никак не могли увидеть лодку, идущую к пляжу.

– Поднимем тревогу? – спросила я.

– И снова сделаем из себя посмешище?

– Но мы должны…

– Гордон, правда, сказал, что мы тогда поступили правильно. Как мы могли забыть об этой проклятой рыбе?

– Спустимся вниз и посмотрим, кто это, – предложила я. – Спорю, что это старик Джим Триглоу, или Гарри Пенлор, или какой-то другой рыбак. Они просто хотят подшутить над нами… и еще раз посмеяться над «этими чужаками». – А вдруг это секретный агент?

– Не смеши меня! Это одна из старых рыбачьих лодок. Их целая куча в заливе.

Я колебалась.

Мы не должны поднимать тревогу, если это не нужно. Если бы мы тогда подождали немного, то поняли бы, что увидели косяк рыбы, а не вторгающуюся армию.

– Давай пойдем, – сказала Дорабелла. – Посмотрим, когда они подплывут к берегу, и в случае опасности бегом вернемся сюда и поднимем тревогу. Времени хватит.

Мы спустились по тропинке к пляжу и, тесно прижавшись друг к другу, встали под укрытием нависающей скалы. Мотор был выключен, огни потушены. Все ближе и ближе приближалась лодка. Вот она коснулась песка, и я услышала мужской голос, сказавший что-то по-французски.

Дорабелла затаила дыхание. Мужчина посмотрел вверх в направлении дома.

Затем он повернулся, и из лодки стала вылезать, как мне показалось, женщина.

Мы должны были действовать, то есть незаметно исчезнуть и поднять тревогу. Ведь никому не позволено приставать к берегу без разрешения.

Мужчина посмотрел в нашу сторону и увидел нас. Он почти шептал, но слова его четко были слышны в ночном воздухе.

Дорабелла произнесла:

– Жак…

Мужчина услышал. Он шагнул к нам, девушка следовала за ним.

Дорабелла вышла из укрытия:

– Жак, что ты здесь делаешь? Он повернул голову.

– Дорабелла, крошка…

Они стояли лицом друг к другу. Затем, повернувшись к своей попутчице, мужчина сказал:

– Это моя сестра, Симона.

Я знала, кто он такой, так как видела его на рождественском вечере у Джерминов. Именно там он познакомился с Дорабеллой. Он был французским художником, который рисовал корнуоллские берега, и благодаря которому Дорабелла подстроила случай с утоплением и уехала во Францию, оставив мужа и маленького Тристана.

Он повернулся ко мне и протянул руку. Я пожала ее.

– Я так рад вас видеть, – произнес он с акцентом. – Я и не думал, что мы доберемся. Море спокойно, но лодка старая… и путь не короток.

– Почему… почему? – заикаясь, спрашивала Дорабелла.

– И ты спрашиваешь! Мы не можем жить во Франции… пока мы не свободны. Ни Симона, ни я. Это невозможно. Мы лишь двое из многих, которые пытаются добраться сюда. Они идут к морю… берут лодку… рискуют жизнью… но что хорошего жить как рабы, а? Итак, мы спаслись.

– Понимаю. Очень смелый поступок.

Дорабелла изучающе смотрела на Симону – небольшого роста темноволосую девушку, которая казалась романтично красивой среди этой темной ночи. Она дрожала.

– Вам, должно быть, холодно, – сказала я.

– Мы долго пробыли в море, – ответила она. – Это нелегко… этот Ла-Манш. Нет… даже в такую ночь, как эта. Нам холодно, и мы голодны, но мы радуемся, что нам повезло. Мы здесь… как и хотели.

– Мы накормим вас. Идемте в дом. Вы расскажете нам, что происходит за проливом.

– А вы… почему на улице в это время? – спросил Жак.

– На вахте, – ответила Дорабелла. – Смотрим за такими, как вы. Нет, не за вами, конечно. На самом деле за немцами.

– Врагами… вы ожидаете?..

– В любую минуту, – сказала Дорабелла. – Мы дежурим каждую ночь.

– И вы обнаружили нас! Я не ожидал такой скорой встречи с вами. Я планировал пристать к берегу и подождать до утра. А затем уж искать вашего покровительства. Мы должны бороться, чтобы сбросить иго этих извергов, которые захватили нашу страну. Я присоединюсь к генералу де Голлю как можно быстрее, и Симоне там найдется дело.

Я сказала:

– Думаю, что вам следовало бы привязать лодку. Я пойду и сообщу Гордону, что произошло.

– Моя сестра такая практичная, – обратилась к ним Дорабелла.

– Ах да, – отозвался Жак. – Я помню этого Гордона. Хороший управляющий, не так ли? И вы должны сказать ему?

– Да. Он начальник здесь, и мы должны докладывать ему обо всем.

– Конечно, конечно.

Я оставила их и пошла к дому. Мысли путались. Какое стечение обстоятельств! Любовник Дорабеллы бежит из своей страны и приплывает к нашему пляжу! Вероятно, он поступил так, думая, что намного легче будет общаться с теми, кто его уже знал, чем с незнакомыми.

7
{"b":"13299","o":1}