ЛитМир - Электронная Библиотека

Карлтон обернулся и взглянул на нас.

— Этим может воспользоваться любой из вас, но только в самом крайнем случае, и перед тем, как открыть эту дверь, вы должны убедиться, что за вами не следят.

Он зажег канделябр, поднял его повыше и сделал нам знак следовать за ним.

Мы оказались в какой-то комнате, где царила кромешная тьма, но когда Карлтон осветил все вокруг, я увидела, что комната заполнена вещами. Здесь были свернутые в рулоны гобелены, картины в рамах, прислоненные к стене, сундуки, кресла, столики и тому подобное.

— Ты не знал об этом тайнике, не так ли, Эдвин? — спросил Карлтон. Однажды я чуть было не решился показать тебе его, но подумал, что чем меньше людей знают о его существовании, тем лучше.

Он подозрительно посмотрел на меня и Харриет.

— Что за безумная идея взять с собой этих женщин? — спросил он.

— Эдвин не брал нас, — ответила я. — Мы сами… догнали его.

В глазах Карлтона я прочла легкое презрение.

— Видишь ли, — объяснил Эдвин, — мы совсем недавно поженились.

Карлтон с пренебрежением покосился на меня и громко расхохотался.

— Отсюда ничего не слышно, — сказал он. — Я когда-то проверял это с твоим отцом. Только здесь можно безопасно разговаривать. Но до того, как откроешь эту дверь из библиотеки, нужно убедиться, что наружная дверь заперта на ключ. Итак, вы здесь, и вам теперь предстоит поработать.

— Мне кажется, присутствие Арабеллы и Харриет сделает мою легенду более достоверной, — сказал Эдвин.

Карлтон пожал плечами.

— Возможно, — признал он. — Они, конечно, знают цель твоей миссии?

— Да.

— В таком случае они должны понимать, сколь многое зависит от их осторожности и осмотрительности.

— Мы все понимаем, — сказала Харриет, глядя ему прямо в глаза.

Хорошо ее зная, я была уверена, что она хочет привлечь к себе внимание Карлтона. Я также понимала, что он — мужчина, имеющий немалый опыт общения с женщинами, и уж никак не может стать легкой добычей. Он должен был догадаться, что Харриет пытается его очаровать, но по нему этого не было заметно.

Он смотрел на меня. Полагаю, я интересовала его как жена Эдвина. Наконец он заявил:

— Мне известно, что вы дочь генерала Толуорти. О, не удивляйтесь! Я хорошо осведомлен о текущих событиях. Я верю в то, что вы будете вести себя здесь, руководствуясь здравым смыслом, на что имеет право надеяться ваш отец.

— Какова здешняя обстановка? — спросил Эдвин.

— Хорошая. Точнее, обнадеживающая. Нам еще предстоит многое обсудить. Карлтон взглянул на нас, и я мысленно продолжила за него: «Когда мы избавимся от присутствия женщин». — В этой округе мы можем рассчитывать на прочную поддержку. Но многое еще надо уточнить. Мы должны выяснить, кто же наши друзья. — Слегка улыбаясь, он переводил взгляд с меня на Харриет. — Очень может статься, что вы, дамы, действительно нам пригодитесь. Вы можете собрать кучу слухов. Но самое главное — не выдайте себя. Поменьше манерничайте, прошу вас. Приберегите все это до возвращения короля.

Харриет сказала:

— Во мне вы можете быть уверены. Я актриса и сумею сыграть свою роль. Я поработаю с Арабеллой.

— Надеюсь, что лучшим стимулом для Арабеллы будет ее отношение к мужу, заметил он. — Вам следует знать о том, что под совершенно гладкой поверхностью где-то в глубине может бурлить поток. Мы пытаемся выяснить, насколько глубоко он скрывается. Дамам придется потрудиться на кухне и в огороде. Здесь все работают, и нет места безделью. Прислушивайтесь к разговорам слуг. Будьте осторожны в своих высказываниях. Не забывайте о том, что вы живете в Честере. Надеюсь, они выучили свои роли наизусть, Эдвин?

— Вскоре выучат. Уверяю тебя, Карлтон, ты не должен опасаться за них.

— Хорошо. Я привел вас сюда, чтобы наглядно показать нашу предусмотрительность. Вам надо осознать: если выяснится, что я спрятал часть наших богатств от уничтожения, сразу станет понятно, что я — человек короля. Пощады не будет. Меня, несомненно, повесят, а то, что это будет совершено благочестиво, с молитвами за мою грешную душу, мало меня утешает. Наши правители-пуритане испуганы. Возможно, они уже слышат раскаты роялистского грома. Страх порождает злобу. Мы должны быть начеку. Теперь я должен поговорить с тобой, Эдвин. Оставайся пока здесь и полюбуйся спасенными мною сокровищами. А я провожу дам в их комнаты. Там вы дождетесь служанку, которая отведет вас на кухню, где вам предстоит потрудиться. Понятно?

— Вполне, — ответила я. Он перевел взгляд на Харриет.

— Конечно, — кротко произнесла она. Мы вернулись в библиотеку. Панель скользнула на место, Карлтон отпер дверь и проводил нас в комнату.

— Помните, — шепнул Карлтон, приложив палец к губам.

Когда он вышел, Харриет бросилась на нашу с Эдвином широкую кровать и, взглянув на меня, рассмеялась.

— Как тебе понравился достопочтенный кузен? — спросила она.

— Эдвин рассказывал о нем, так что я была ко всему готова.

— Что за мужчина! — мечтательно произнесла она.

— Он, конечно, несколько жестковат.

— Мне понравилась его двойная игра, — улыбаясь, сказала Харриет. Господи, каким он был пуританином! Живо представляешь, с каким удовольствием он налагает наказание на тех, кто нарушает законы Господни, которые, разумеется, сам же Карлтон и истолковывает. Кажется, что он считает себя Господом. — А потом — хоп… дверка открывается, и мы видим совсем другого человека. Просто невероятно, как он умеет перевоплощаться! Ты заметила? Он даже смотрел на нас по-разному. Ты, конечно, не обратила внимания. Там он воспринимал нас… как женщин. А вот в качестве пуританина выяснял, насколько мы грешны.

— Похоже, что он тебя очаровал.

— А тебя?

— Что ты имеешь в виду, Харриет?

— Ничего. Я шучу. Бедняжка Арабелла, я думаю, что лучше бы тебе сидеть за прялкой, ожидая возвращения мужа.

— Я не умею прясть.

— Это образное выражение. Слушай, мне не нравятся разговоры о работе на кухне. Я приехала сюда не для того, чтобы работать служанкой.

— Зачем же ты сюда приехала?

— Я приехала только потому, что знала: ты хочешь быть рядом с мужем.

— Знаешь, Харриет, — призналась я, — иногда мне кажется, что ты не говоришь мне всей правды.

— Дорогая Арабелла, наконец-то ты стала умнеть.

До чего же странным был мир, в который мы попали! Ситуация была захватывающей. Я находилась с любимым и любящим мужем; тут же была Харриет; и все вместе мы участвовали в рискованном предприятии. Оно, и в самом деле, являлось таковым, хотя здесь, в этом доме, трудно было поверить в то, что мы подвергаемся смертельной опасности.

Как я и предполагала, мне не понравился мой новый родственник. Я находила его слишком властным, грубым и излишне самодовольным — таково было его истинное лицо. А в облике пуританина Карлтон определенно вызывал у меня отвращение. Кроме того, он усвоил в отношении ко мне снисходительную насмешливость. Обращаясь к Эдвину, он называл меня «твоя добрая жена», и в его голосе и в выражении лица читалась ирония. К Харриет он относился холодно и весьма безразлично, что, по моим наблюдениям, злило ее. Конечно, он был незаурядным человеком, поскольку отказал ей в том, что она считала совершенно естественным, — в восхищении ею.

— Я не удивлена, что его жена вынуждена искать достойных мужчин на стороне, — ядовито заметила она. — Женщина, которая вышла замуж за такого человека, просто обречена на это.

Она делала вид, что презирает Карлтона, но на этот раз ей не удалось обмануть меня.

Том якобы уехал в наш несуществующий честерский дом, а на самом деле укрылся в надежном месте поблизости, откуда мы должны были вызвать его по окончании нашей миссии.

Мы с Харриет начали работать на кухне. От нас не ждали ни мытья полов, ни другой грязной работы, поскольку Харриет ясно заявила, что мы хозяйки честерского поместья и хотя, подобно всем честным пуританам, терпеть не можем безделья, все-таки привыкли к более благородным занятиям.

30
{"b":"13306","o":1}