ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Ho «западные» и «никейцы» (как всегда бывает в замкнутых партиях) увлеклись своей идеей – быть судьями «восточных» и этим разрушили примирительные возможности собора. Они и не подумали, хотя бы ради формальности, временно, на первые заседания не вводить в собор пререкаемых лиц, как Афанасий, Маркелл и др. «Восточные» сразу были удивлены и разочарованы, что «западные» под председательством Осия и Протогена Сердикского уже приватно сорганизовались и считают себя уже как бы полномочным собором. «Восточные» были удивлены не только тем, что до их прибытия собор из одних «западных» уже сконституировался, заседает и приглашает вновь прибывших войти в его состав, a не совместно создавать соборную конституцию. «Восточные» отрицали в корне наблюдаемую ими картину. Если первой, вступительной и, так сказать, ударной, задачей собора должна быть теперь не односторонняя, a вселенская римо-восточная ревизия спорных «дел», и прежде всего дела Афанасия, то элементарно справедливо, чтобы ни Афанасий, ни Маркелл до рассмотрения их дел собором не присутствовали в заседаниях собора впредь до их возможного оправдания. Особенно первоочередной, спешной задачей «восточные» считали ревизию дела Афанасия по постановлениям Тирского собора 335 г. Из состава ездившей тогда в 335 г. в Египет комиссии из 6 лиц теперь были налицо 5 ее членов. «Восточные» предложили в прибавку к ним избрать еще 5 новых членов из собора и скорее направить всех в Египет. Они говорили: «…если окажется ложным то, что объявлено Тирским собором, то мы этим сами себя осудим».

«Западные» ответили на предложение полным отрицанием. По их мнению, теперь в Сердике собирается собор вселенский. Он в праве ревизовать собор частный – Тирский. Но «восточные» не усмотрели вселенского лица y западных епископов. И приводили в пример соборное великодушие «восточных». Когда на Западе соборно обсуждали Новата, Савеллия, Валентина, Восток беспрекословно принимал это решение. Почему же теперь нет этого доверия к Востоку? «Западные» остались настолько глухи к этому духу вселенскости, что пустили в ход угрозу, что «восточных» может принудить сейчас соборовать вместе государственная власть.

Ощутив на опыте эту глухую римскую антисоборность, безжалостный приказ и команду, «восточные» решили уйти в дорогую им свободу раздельного жительства. Считая, что творится церковное беззаконие, по их инстинктивным ощущениям и понятиям, они все in corpore отъехали недалеко на юго-восток в Филиппополь и там объявили себя самостоятельным собором. Тут они низложили 9 лиц римской стороны, в том числе Осия, Афанасия, Маркелла, папу Юлия. Последнего с мотивировкой: «…как первоначальника и вождя этого зла, который первый, вопреки церковным правилам, отверз двери общения осужденным и преступным и имел дерзость поддерживать Афанасия». Анафематствовали Лукия Адрианопольского, Павла Константинопольского, Асклепу Газского – этих как бы белых ворон на Востоке, державшихся строгого никейства. Ko всей церкви сии восточные соборные отцы обратились с апелляцией, осуждая Афанасия не за веру, a за жестокости при водворении своей власти в Египте. Для свидетельства ο своем православии в антиохийском понимании «филиппопольцы» сочли нужным опубликовать так называемую

4-ю антиохийскую формулу.

Эта формула была составлена послами «восточных» (Наркисс Нерониадский, Марий Халкидонский и Феодор Ираклийский) к западному императору Константу. Формула эта очень далека от Никеи и состоит из очень бледных выражений.

Сердикский собор без «восточных»

Собор по отъезде «восточных» решил заседать и действовать. Он пересмотрел обвинения против изгнанных с Востока «никейцев», всех их оправдал и низложил 9 «восточных», в том числе Стефана Антиохийского, Акакия Кесарийского, Патрофила Скифопольского, Георгия Лаодикийского, Феодора Ираклейского, Урсакия Сингидунского и Валента Мурсийского.

И после этого сердикийские отцы решили перейти к вопросу ο вере. Св. Афанасий имел благоразумие убеждать заносчивых западных собратьев не делать никаких новых вероопределений. Но недалекие богословы Запада не послушались Афанасия. Особенно увлеклись мыслью ο желательности новых формул Протоген Сердикский и старый придворный Константина Великого Осий Кордубский. Им казалось, что Никейское постановление потому не связывает мысли «восточных», что оно очень кратко. Надо «восточных» связать надлежащим вскрытием и толкованием Никейского ороса. Проектом такого толкования и является то протяженное циркулярное догматическое письмо ко всем епископам, которое блаж. Феодорит издал в своей «Церковной Истории» (lib. II, cap. VI, P. G. t.82, col. 1012). Β этом догматическом письме отцы Сердикского собора, бичуя ереси Урсакия и Валента, называют их отродьем арианского аспида, но в то же время приписывают им и некоторые савеллианские утверждения. Это последнее так нелепо пo существу, что мы вынуждаемся признать искажение текста документа еще до внесения его как материала в Феодоритову историю.

Β противоположность Урсакию и Валенту, которые, по словам отцов собора, утверждают, что «ипостаси Отца и Сына и Св. Духа различны и разделены», они – отцы собора – в качестве кафолического предания и веры исповедуют, что «ипостась Отца, Сына и Духа Святого одна (ее сами еретики называют сущностью)».

Чтобы не было никакого сомнения в смысле и букве их богословствования, сердикские отцы продолжают: «Και ει ζητοιεν τις του Υιου υποστασις εστιν, ομολογουμεν, ως αυτή ην η μονη του Πατρος ομολογουμενη – И если кто спросит, какая же ипостась Сына? To мы исповедуем, что она была единственно тою, какую мы признаем y Отца». Для нас это старомодное богословствование звучит не просто слабо и немощно, но прямо дико. До чего римляне этим соблазняли «восточных», доказывая «восточным», что в Риме неспроста приемлется маркеллианство, но даже не умирает и древнее монархианство. Этот римский консерватизм, оказавшийся неспособным к движению и развитию, только подкреплял и оправдывал в глазах «восточных» их тоже отсталое и по-своему дефективное доникейство. Выход из этого бесплодного состояния в упорстве двух противников (дефективных каждый по-своему) был найден, как увидим вскоре, только новой серией восточных богословов, Великих Каппадокийцев, создавших «Новоникейское богословие».

Сердикский собор отправил делегатами для доклада императору двух епископов: Викентия Капуйского (бывшего пресвитером на Никейском соборе) и престарелого Евфрату, епископа Кельнского. Они прибыли в Антиохию, где резидировал Констанций из-за войны с персами. Стефан Антиохийский, низложенный «сердикцами», был озлоблен и устроил им грубый скандал. Β дом на окраине, где помещены были епископы, при помощи подкупленной прислуги введена была продажная женщина и втолкнута в спальню двух стариков епископов. Поднялся крик. Женщина не ожидала встретить епископов. Началось полицейское разбирательство, которое открыло виновника – самого епископа Антиохийского Стефана. Возмущенный Констанций велел немедленно съехаться съезду местных епископов и свергнуть Стефана с кафедры. На его место выбран Леонтий – фигура, благоприятная для ариан.

Затем Констанций, заинтересованный в дружбе брата Константа (из-за персов), решил солидаризироваться с Сердикским собором. Но предоставил рассудить это дело восточному собору. «Восточные» воспользовались предоставленной им свободой богословских суждений и выступили против Запада с объяснениями и апологетическими и полемическими по существу. Собор «восточных» собрался в 344 г., конечно, в Антиохии и дал ответ на Сердикские постановления новой,

5-й Антиохийской формулой,

ставшей известной под именем «многострочного изложения» «εκθεσις μακρόστιχος». Эта формула явно направлена полемически против формулы Сердикской. На западное обвинение, что «восточные» учат ο трех отдельных ипостасях, как ο трех отдельных божествах, «антиохийцы» отвечают, что они действительно признают Отца, Сына и Духа как три самостоятельно существующих Лица (τρία πράγματα), как бы три «факта», но не трех богов и не отлучают Отца от Сына.

21
{"b":"13325","o":1}