ЛитМир - Электронная Библиотека

— Стой! — крикнула Скалли и бросилась вперед, выхватывая пистолет.

За углом было темно, поэтому на какое-то время она потеряла гиганта из виду. Впрочем, он сам напомнил о себе — в закутке справа от двери раздался стук, будто что-то упало на пол. Скалли мгновенно развернулась на звук, держа пистолет перед собой обеими руками.

— Стой, иначе буду стрелять!

Стук повторился, а затем в глаза Скалли ударил поток яркого света. На мгновение зажмурившись, она успела заметить, как массивная фигура прораба проскочила в распахнувшуюся дверь. Но теперь она уже была нормального роста — Джерри Шнауц проявил невероятное проворство, успев отстегнуть ходули.

За дверью оказалась лестница, залитая солнечным светом: внешняя стена здания в этом месте представляла собой сплошное вертикальное окно — правда, сейчас пока затянутое пленкой. В несколько прыжков Скалли преодолела два лестничных пролета и оказалась на первом этаже, в мраморной прихожей. Через это место она уже проходила, поднимаясь наверх. Беглец тоже был здесь — его массивная фигура хорошо выделялась на светлом фоне окна, почти у самого выхода. Скалли подняла пистолет, прицелилась в потолок над головой прораба и нажала на спуск.

Грохот выстрела и посыпавшаяся сверху штукатурка будто отрезвили Джерри Шна-уца — он неподвижно застыл на месте, словно статуя. Не опуская пистолет, Скалли медленно подошла и уткнула ствол ему между лопаток.

— Подними руки и сцепи их за головой. Живо! Предупреждаю — при малейшем резком движении буду стрелять.

Осторожно, стараясь держаться на максимальном расстоянии от задержанного, она охлопала карманы его куртки и необъятного размера штанов. В куртке не оказалось ничего, кроме какой-то тряпки и нескольких монет, которые Скалли даже не стала извлекать. Правый карман штанов был пуст, а в левом обнаружился какой-то продолговатый предмет. Соблюдая максимальную осторожность, Скалли запустила левую ладонь в этот карман — и тут же отдернула ее, едва удержавшись от того, чтобы не вскрикнуть. Рука напоролась на какой-то острый предмет, на подушечку большого пальца выкатилась капелька крови.

Слизнув кровь языком, Скалли вновь запустила руку в этот карман и выудила из него странный предмет. Более всего он напоминал дагу — кинжал для левой руки из фильмов о королевских мушкетерах и прочих любителей драться на шпагах. Однако при ближайшем рассмотрении оказалось, что узкий клинок имеет острие, но не заточен с краев и вообще состоит из двух отдельных лезвий, соединенных у рукояти шарниром, как у ножниц. Рукоять имела два кольца. Словом, Скалли держала в своих руках какое-то странное подобие ножниц, пригодных как для резки бумаги, так и для убийства. Например, если сильно ударить человека такой штукой в ухо…

Полицейское управление Теннесс-сити, штат Мичиган Следующее утро

— Как-как ее зовут? — переспросил Джерри Шнауц. Скалли подумала, что он бы даже приложил ладонь к уху — если бы его руки не были скованы наручниками.

— Элис Брэнд, с расстановкой повторила она. — Так зовут вторую женщину, которую вы похитили. Где она сейчас находится?

Арестованный глубоко вздохнул:

— Я не имею ни малейшего понятия, о чем вы говорите.

— Джерри, пожалуйста, скажи нам, где она находится, — Скалли обращалась к арестованному прорабу, как к маленькому ребенку. Он и выглядел ребенком — большим пупсом, восседающим на жестком стуле перед голым облезлым столом посреди пустой комнаты на первом этаже здания полицейского управления Теннесс-сити. Утреннее солнце, пробившееся через переплет окна, расчертило каменный пол желтыми квадратами, над которыми в потоке света клубились золотистые пылинки. Внезапно на ум Скалли пришел совершенно сюрреалистический образ — темный подвал инквизиции, падающий сверху колодец света и фанатичные священники, колдующие над одержимым бесами. Изгнание дьявола с помощью зловещего пыточного инструментария…

Да и Джерри Шнауц действительно походил скорее на одержимого, чем на преступника.

— Извините, но вы меня, наверное, с кем-то путаете. — Подследственный улыбнулся виноватой детской улыбкой. — Я действительно не имею ни малейшего понятия, о чем вы говорите.

— Хорошо, — вздохнула Скалли. — В таком случае, объясните, пожалуйста, что это такое.

С этими словами она достала из ящика стола давешние ножницы-кинжал, упакованные в пластиковый пакет:

— Вам знакома эта вещь?

— Да, конечно. Этой штукой я конопачу щели, соскабливаю ненужную штукатурку, при необходимости — режу картон или ткань.

… — А еще этим предметом вы убили двух человек.

Глаза Джерри вновь забегали из стороны в сторону. Скалли уже заметила, что такие движения глаз означали у него состояние сильного беспокойства.

— Но вы ведь только что говорили о похищенных женщинах…

— Я говорила только об одной женщине, — улыбнулась Скалли. — Почему вы сочли, что их было больше?

— Я, наверное, оговорился. Господи, да что ж такое со мной происходит?

— Джерри, расскажите нам, когда вас в первый раз арестовали? — вступил в разговор Молдер. До этого он молча стоял у окна, скрестив руки на груди.

Джерри Шнауц глубоко вздохнул и как-то сразу осел, будто из него выпустили воздух. Молдер немного подождал, а затем начал говорить сам.

— В тысяча девятьсот восьмидесятом году вы набросились на своего отца и избили его молотком. Вы нанесли ему несколько черепно-мозговых травм, после которых он на всю оставшуюся жизнь оказался прикован к инвалидному креслу.

— Меня не отправили за это в тюрьму, — тихо, едва слышно произнес Джерри после продолжительного молчания. — Меня отправили на психиатрическую экспертизу. Врачи нашли у меня химический дисбаланс мозга, и шесть лет я провел в психиатрической лечебнице.

Молдер взял со стола пластиковую папку и перелистал ее.

— Да, вот заключение психиатрической экспертизы. Джеральд Томас Шнауц, тридцати восьми лет. Диагноз — параноидно-шизофреническое расстройство. Шесть лет провел в психиатрической лечебнице, выписан в тысяча девятьсот восемьдесят шестом году. Скажите пожалуйста, — обратился он к Джерри, — чем вы занимались начиная с восемьдесят шестого года?

— Заботился об отце. Присматривал за ним двадцать четыре часа в сутки, пытался искупить свою вину.

Джерри Шнауц глубоко вздохнул.

— В январе этого года мой папа скончался, — тихо, почти шепотом закончил он.

— Какие ощущения вы испытываете по этому поводу? — безжалостно завершил Молдер.

— Мне грустно.

В голосе Джерри действительно слышалась тоска.

— Здесь сказано, что у вас есть сестра, — вновь вступила в разговор Скалли. — Где она находится сейчас, Джерри?

— Она умерла.

— Вообще-то здесь написано, что она покончила жизнь самоубийством. В том же самом восьмидесятом году. Это был неудачный год, не правда ли?

— Что еще произошло в этом году? — спросил Молдер.

— Еще в этом году убили Джона Лен-нона. К чему это вы клоните? — внезапно озлился Джерри.

— Вы что — дух покойного доктора Фрейда и сейчас начнете рыться в моих младенческих комплексах? Может быть, вы все-таки перейдете к делу, а не будете ходить вокруг да около?

— Хорошо, давайте перейдем к делу, — согласилась Скалли. — Где сейчас находится Элис Брэнд?

Скалли наклонилась над столом и посмотрела прямо в глаза Джерри. Эти глаза жили совершенно самостоятельной жизнью — они бегали из стороны в сторону, то ли пытаясь вырваться из тюрьмы глазниц, то ли желая сообщить что-то, не передаваемое словами. При этом лицо Джерри Шнауца оставалось полностью неподвижным и почти бесстрастным.

Так продолжалось с минуту. Затем Молдер достал из папки фотографию и положил ее на стол перед арестованным.

— Джерри, это ваш отец?

На фотографии было изображено мужское лицо — то самое нахмуренное лицо, которое Мэтт Левински с помощью своего компьютера вытянул из фотографии Мэри Лафайет. Увидев это лицо, Джерри Шнауц испуганно вздрогнул

— Откуда у вас этот снимок?

7
{"b":"13331","o":1}