ЛитМир - Электронная Библиотека

— Вас зовут, сэр, — сказала она Скиннеру.

Скиннер бросил последний взгляд на Малдера, потом встал и, поблагодарив Скалли, вернулся в зал. Скалли смотрела, как за ним закрывается дверь с таким выражением, словно это причиняло ей боль. Малдер некоторое время пристально вглядывался в ее лицо, потом сказал:

— Не знаю, что ты им говорила, но не нужно меня защищать.

Скалли покачала головой.

— Все, что я им сказала, — чистая правда.

Малдеру показалось, что она прячет от него глаза.

— Они пытаются нас разделить, Скалли. — Он повысил голос. — Мы этого не допустим.

Только теперь Скалли пристально посмотрела прямо в глаза своему напарнику.

— Они уже разделили нас, Малдер. Они нас расщепили.

Малдер долго непонимающе смотрел на нее и наконец спросил:

— Что? О чем ты говоришь?

— Послезавтра мне дадут новое назначение.

Малдер был поражен.

— Почему?

Скалли со вздохом опустилась на банкетку.

— Я думаю, ты понимаешь. Они процитировали мне историю вопроса, начиная с 1993 года.

— Но ведь они сами назначили нас напарниками… — горячо возразил Малдер.

— Потому что им было нужно, чтобы я доказала несостоятельность твоей работы, — перебила его Скалли, — дискредитировала твои исследования паранормальных явлений. Но я думаю, что дело даже не в этом…

— Ты здесь ни при чем, Скалли. — Малдер смотрел на нее настойчиво, почти умоляюще. — Они это сделали из-за меня.

— Они ничего не делали, Малдер. — Скалли глядела в сторону, чтобы не встречаться с ним взглядом. — Я бросила медицину, потому что думала, что в ФБР легче себя проявить и сделать карьеру. Когда меня завербовали, мне сказали, что женщин в Бюро всего девять процентов. Мне казалось, что это не помеха, а, наоборот, возможность отличиться. Но не тут-то было. И теперь, даже если меня отправят в Омаху, или Вичиту, или в какой-нибудь другой штаб, где, я уверена, можно сделать хорошую карьеру, — это больше не представляет для меня того интереса, как раньше. После того, что я видела и делала, мне тошно даже думать об этом.

Она затихла и уставилась на свои руки. Малдер не мог поверить тому, что только что услышал.

— Ты… уходишь?

Скалли немного помолчала, потом пожала плечами.

— Не вижу больше причин оставаться… — Она обернулась и пристально поглядела на Малдера ясными голубыми глазами. — Возможно, тебе тоже следует спросить себя, нужно ли тебе все это.

Дверь позади них заскрипела и распахнулась. Малдер оглянулся, все еще ошеломленный словами Скалли, и увидел Скиннера, который стоял в коридоре и жестом подзывал его к себе.

— Агент Малдер. Зовут.

Скалли печально посмотрела на него.

— Прости, — тихо сказала она. — Удачи тебе.

Он повернулся к ней и подождал, не скажет ли она еще что-нибудь. Он хотел дать ей шанс изменить решение, предложить лучшее объяснение, все что угодно. Но Скалли ничего больше не сказала. Наконец Малдер встал и пошел в кабинет вслед за Скиннером. Теперь лицо его выражало отчаяние. Скалли проводила его взглядом. Прежде чем он вошел в дверь, она окликнула его. Малдер обернулся, но она только подняла и показала ему пиджак, который он забыл. Малдер подошел и взял его.

Только после того как за ним закрылась дверь, она отказалась от своего решения и издала громкий вздох, больше напоминающий всхлип.

Бар Кейси

Юго-восток Вашингтона

Округ Колумбия

У Кейси никогда не бывало много народу в будние вечера. Несколько завсегдатаев, правительственные служащие, которые наудачу забредали сюда с Мэл, прежде чем сесть в метро и на последнем поезде отчалить к себе в Фоллз-Черч, или Силвер-Спринг, или в Бетезду. Малдер торчал здесь с четырех часов вечера, и барменша уже спрашивала себя, когда же он наконец утолит жажду и пойдет домой.

— Я бы сказала, что сегодня ты несколько превысил свою минимальную дневную норму, — сказала она, наливая в низкий стакан очередную дозу текилы. Поставив стакан перед ним на стойку, она улыбнулась, отвела назад прядку обесцвеченных волос и убрала бутылку.

Фокс Малдер сидел перед ней на высоком табурете, уставясь на липкие кольца, оставленные стаканами на темной полированной поверхности стойки. Тусклый свет ламп золотил грани четырех пустых низких стаканов. Барменша придвинула ему полный стакан. Малдер с глубокомысленным видом повертел его в руках, залпом осушил, со стуком поставил на стойку и облизнул облитые текилой пальцы. При этом он спьяну сбил пустые стаканы, и девушка за стойкой едва успела их подхватить.

— Придется тебе поучиться поднимать такие тяжести, — заметила она, поглядывая на него с некоторым беспокойством: этот парень явно не из тех, кто имеет большой опыт по части выпивки.

Малдер склонил голову набок, словно раздумывая над ее советом, потом махнул барменше, чтобы налила ему еще. Девушка наполнила пустые стаканы, заинтригованная его задумчивым молчанием.

— Тяжелый день? — рискнула спросить она.

— Угу. — Голос Малдера звучал непривычно низко.

— Женщина?

Он отрицательно покачал головой.

— Работа?

Малдер кивнул. Барменша посмотрела на него сочувственно, но он снова указал пальцем на бутылку текилы, и всю ее симпатию как рукой сняло.

— Ты уверен? — спросила она. Он не сводил с бутылки настойчивого взгляда, и барменша с большой неохотой налила ему еще порцию. Малдер опрокинул содержимое стакана в рот и слегка передернулся, когда текила обожгла ему горло. Потом он с маху поставил стакан на стойку и, сев вполоборота к залу, закрыл глаза, чтобы справиться с головокружением. Когда через минуту он открыл их снова, то увидел, что на другом конце стойки сидит незнакомец и смотрит прямо на него. Мужчина был немолод, вероятно, лет шестидесяти с небольшим. У него было широкое, обветренное лицо, и одет он был в старый летний полотняный бруковский костюм того же цвета, что и немногочисленные пока седые волосы у него на висках. Малдер посмотрен на него мутным взглядом, лишенным всякого любопытства, и снова повернулся к девушке за стойкой.

— Еще.

Она неохотно плеснула ему новую порцию, а потом принялась собирать пустые стаканчики и складывать их в пластмассовый таз.

— Чем ты занимаешься? — спросила она Малдера в надежде, что разговор отвлечет его от поглощения спиртного.

— Чем я занимаюсь? — Малдер посмотрел на барменшу и с готовностью кивнул. — Я — ключевая фигура в бесконечной правительственной шараде. Заноза в заднице для начальства. Объект насмешек для равных по положению. Они называют меня Чудик. Чудик Малдер…

Что ж, ничего удивительного, ведь когда он был еще маленьким мальчиком, пришельцы похитили его сестру, он видел это собственными глазами. Теперь он гоняется за маленькими зелеными человечками со значком в одной руке и с пистолетом в другой, взывая к небесам и вообще ко всем, кто готов его слушать…

С лица барменши сошло сочувственное выражение. “Ты, парень, какой-то ненормальный или наркоман”, — вот что означало ее сдержанное молчание.

— У нашего правительства есть манера говорить правду, в то же время не разглашая секретов. Мол, небо падает, и когда оно брякнется, будет величайшая в истории человечества дерьмовая буря. Буря столетия.

Он закончил свою тираду и одарил барменшу горькой улыбкой.

Она ответила ему суровым взглядом и быстро выхватила у него из-под носа стакан, который только что наполнила.

— Думаю, с тебя хватит, Чудик. — Она бухнула стакан в мойку и начала выписывать счет.

— Почему хватит?

— Похоже, восемьдесят шесть — твое счастливое число.

Малдер печально посмотрел на нее. Никто ему не верит.

— Это самое одинокое и грустное число.

Она покачала головой и решительно придвинула ему счет.

— Сожалею. Для тебя мы уже закрылись.

Малдер равнодушно пожал плечами и соскользнул с табурета. Он слегка покачнулся и инстинктивно оглянулся по сторонам, чтобы убедиться, что никто не заметил его нетвердой походки. Но барменша уже отвернулась, а пожилого незнакомца не было у стойки. Малдер сделал шаг к дверям, но вспомнил про счет и вернулся. Выложив на стойку несколько банкнот, он вперевалку прошел к двери и вышел в коридор, где находились туалеты. На двери мужского туалета была пришпилена записка:

7
{"b":"13333","o":1}